Экономический курьер

Вклады: как остаться в плюсе

 – Анатолий Федорович, с финансовой точки зрения 2009-й начался довольно бурно. Насколько обоснованы предпринятые государством шаги и нельзя ли было все провести менее болезненно для жителей нашей республики?
– Девальвация была жесточайшей экономической необходимостью. И, поверьте, решение о ее проведении давалось нелегко. Когда в октябре мы обратились в МВФ с просьбой предоставить стране долларовый кредит, в республике начала работать миссия этого фонда, и ее специалисты сразу же обратили наше внимание на нецелесообразность белорусской денежно-кредитной политики, а именно поддержание высокого курса национальной валюты. Такой подход был обоснованным в докризисный период, когда за пределами страны существовал большой спрос на наши товары. Но лишь только начались негативные финансовые явления, наши основные торговые партнеры потеряли прежнюю платежеспособность, сократился спрос. Кроме того, страны, которые активно закупали белорусскую продукцию (а это в основном Россия и члены ЕС), понизили курс национальных валют. В результате отечественный производитель стал нести потери еще и на этой основе. Следующая объективная причина январских финансовых изменений кроется в том, что наши товары, стоимость которых была сформирована в рублях, постепенно стали неконкурентоспособными. Условно говоря, белорусский телевизор, холодильник сравнялся по цене с корейским или японским. А наши бренды не настолько раскручены, чтобы соперничать с мировыми. В результате товар помимо объективного сокращения спроса начал проигрывать еще и в этом отношении.
Валютная выручка резко сократилась. Поначалу Нацбанк регулировал процесс, покрывая недостаток за счет золотовалютных резервов. Прошли сентябрь, октябрь, и стало понятно, что их слишком мало. К тому же население, встревоженное обстановкой, стало активно закупать доллары и евро. Страна шла прямым путем к утрате золотовалютных резервов. Именно поэтому девальвация была жесточайшей необходимостью. Опять-таки, почему не постепенная, а резкая? Она сэкономила нам время, дала промышленности действенный инструмент для стабилизации. Второго числа в Беларуси провели девальвацию, а пятого начала работать валютно-фондовая биржа. И предприятия стали получать больше белорусских рублей, начали формировать новые цены на экспортные товары. То есть решение мгновенно заработало.
– Тем не менее выбранный подход (я имею ввиду скрытность, с которой девальвация была проведена) вызвал в народе определенные слухи, растерянность. И как результат – очереди в пунктах обмена валюты, ажиотажный спрос на бытовую технику…
– Да, люди, встревоженные происходящим, попытались обезопасить себя. Что они сейчас делают нерационально? Во-первых, покупают дорогую валюту. Это абсолютно непродуманный шаг, поскольку евро и доллар поднялись в цене, но рубль-то своей покупательской способности не утратил. Во-вторых, совершенно нерационально, когда граждане переводят свои рублевые депозиты в валютные. Получается, что человек, закрывая вклад досрочно, теряет на процентах, а потом еще и на разнице курсов. Сейчас куда выгоднее продать валюту, получить 20 процентов разницы и положить деньги на рублевый вклад. В конце года это даст стабильные 40 процентов прибыли. Вот вам реальный шаг к сохранению денег. Но его почему-то мало кто делает.
Люди еще не забыли, как потеряли советские деньги, как в 1990-х годах обесценивалась наша национальная валюта. Но сейчас совершенно иная ситуация. Белорусская экономика работает, производство не останавливается, в стране предпринимаются энергичные действия для преодоления кризиса, идет либерализация в сфере бизнеса, торговли. Кроме того, мы получили кредит МВФ. Причем переговоры прошли достаточно конструктивно, деньги выделены на комфортных условиях, в том размере, в каком мы и хотели. Первый транш (около 800 миллионов долларов) уже пришел. В течение года будут еще три поступления. Немного позже получим и российский кредит. Все эти деньги поступят в золотовалютные резервы и будут задействованы в случае необходимости для поддержания курса рубля. Идеально было бы, конечно, чтобы мы их вообще не трогали. Пусть бы они лежали как своеобразная страховка.
– Объявив девальвацию, Нацбанк одновременно повысил до 14 процентов ставку рефинансирования. Что влечет за собой эта операция?
– Это сделано для того, чтобы увеличить привлекательность сбережений в белорусских рублях и тем самым обеспечить ресурсную базу отечественных банков. Уже появились предложения, где ставка по депозитам составляет 20-21 процент. И деньги, помещенные на такой вклад, могут компенсировать гражданину потери от той же девальвации. А если взять имеющиеся доллары и перевести их в рубли, то человек останется еще и в плюсе.
Многие уверены, что доллар будет стабильно крепким. Это большое заблуждение. В прошлом году все точно так же полагались на евро. Вплоть до августа, когда эта валюта стала падать. Это может произойти и с долларом. Почему сейчас он крепнет? Дело в том, что крупные мировые инвесторы используют его как валюту убежища. Недавно произошел обвал на фондовых рынках. Длительной положительной динамики в их работе пока что нет. Инвесторы со спекулятивными настроениями, чтобы защитить свои средства, ушли с фондовых рынков и обратили взгляд на более стабильный инструмент – ценные бумаги государственного казначейства США. Они покупают эти облигации за доллары, поэтому данная валюта и стала расти. Но как только фондовые рынки успокоятся и начнется их нормальная работа, спекулянты опять начнут выводить свои средства из убежища. И доллар вновь начнет ослабевать.
– В некоторых СМИ в конце 2008 года прошла информация о том, что в январе-феврале ожидается отток средств с рублевых вкладов. Какова ситуация на данный момент? Подтвердились ли прогнозы?
– Таких данных у нас пока что нет. Но должен вам сказать, что Беларусь – одна из немногих стран, где, несмотря на финансовый кризис, не было тотального оттока денег с вкладов. Да, у нас снизились темпы прироста, мы планировали другие цифры. Но в условиях кризиса это уже не принципиально. В России, например, только за сентябрь и октябрь было 7,5 процента минуса. Люди забирали свои вклады. У нас тоже кто-то забирал, но кто-то и приносил. Поэтому в целом получился положительный итог. Что касается первых недель этого года, то, по предварительным данным, у нас происходит не столько изъятие денег с вкладов, сколько смена валюты. Люди переводят рублевые депозиты в долларовые. Причем конвертация зачастую проходит на безналичном уровне, гражданин не получает деньги на руки. Но я опять же подчеркну: закрывать рублевые и открывать взамен валютные вклады нерационально. Это никому не нужные финансовые потери.

Наталья ВАВИЛОВА, «МК»