Экономический курьер

Интеллектуальный фактор

 - Сергей Мирзоевич, давайте сперва определимся, почему для Беларуси выпуск наукоемкой продукции столь выгоден?

- Потому что данные производства не являются материало- и энергоемкими. Первостепенное значение здесь имеет наличие  высококвалифицированных специалистов. Поэтому подобные производства выгодно организовывать там, где существует хорошая инфраструктура, готовят соответствующие кадры, где энергоресурсы и материалы нужно импортировать.

Создавая наукоемкое производство, мы фактически продаем только интеллект: как раз то, что в Беларуси всегда было, в отличие от природных ископаемых.

- Но, согласитесь, что добыть, переработать и продать ту же нефть можно гораздо быстрее, чем подготовить специалиста для наукоемкого производства. Есть ли у нас сегодня соответствующая интеллектуальная база?

- Действительно, для того, чтобы вырастить высококвалифицированного инженера для конструкторского бюро потребуется не менее 10 лет. Лишь после этого человек сможет разработать что-то самостоятельно. Но дело в том, что такие специалисты у нас уже имеются. И, что не менее важно, сегодня в Беларуси есть прекрасные вузы, где готовят востребованных работников, которых, между прочим, очень активно приглашают за рубеж. Это лишний раз говорит об уровне специалистов. Почему бы нам не сделать так, чтобы люди успешно работали дома? Организовать все таким образом, чтобы они трудились, зарабатывали и пользу своей стране приносили. Наверное, это было бы разумно.

- Если у страны такой высокий интеллектуальный потенциал, то что же мешает его реализовать?

- Есть несколько негативных факторов, в том числе и финансовый. Сегодня интеллектуальный труд в республике, к сожалению, оценивается недостаточно высоко. За доказательствами ходить далеко не надо. На наше предприятие устраиваются молодые специалисты, мы их учим в течение нескольких лет, а потом они уходят в другие компании, потому что там предлагают значительно более высокую зарплату. Хорошо было бы сделать так, чтобы высококвалифицированному сотруднику было выгоднее работать по специальности, а не заниматься, скажем, техническим обслуживанием средств вычислительной техники в банке.

Финансовые трудности плавно перетекают в кадровые. Это на самом деле большая проблема, поскольку мы не только теряем молодые кадры, но и отвлекаем опытных специалистов на их обучение. Получается и те, и другие тратят свои силы вхолостую.

- Прежде наукоемкое производство финансировалось только государством. Имеется ли шанс привлечь в данную сферу частный капитал?

- Мы вели когда-то подобные переговоры с зарубежными инвесторами. Например, несколько лет назад немецкая фирма хотела приобрести одно из предприятий, занимающихся разработкой. Но, несмотря на взаимную заинтересованность, мы так и не пришли к единому мнению. Хотя за счет этих переговоров удалось, по крайней мере, почувствовать саму проблему. А она заключается в том, что в наших странах используются несхожие механизмы исчисления прибыли, и главное - разные методы расчета стоимости предприятий. За рубежом ее определяют исходя из прибыли, а в Беларуси - из балансовой стоимости основных фондов. Конечная цена получается принципиально разной. В результате - взаимное недопонимание. Есть, конечно, и другие проблемы.

- Сергей Мирзоевич, белорусский интеллектуальный продукт в разы дешевле зарубежного. Как вы считаете, эта ситуация оправдана?

- Она имеет вполне логичное объяснение. Дело в том, что цена интеллектуальной разработки, например, того же микроэлектронного оборудования, складывается из нескольких составляющих. Во-первых, себестоимости изготовления. У нас и за рубежом она в принципе одинакова. Во-вторых, из затрат на интеллектуальную составляющую. В Беларуси эта часть существенно ниже. Плюс отсутствие в цене монопольной составляющей. На западе «монопольная рента» в интеллектуальной продукции довольно высока. Вот и получается, что стоимость белорусского оборудования значительно ниже. Хотя, надо сказать, что по мере овладения рынком данная разбежка постепенно стирается, цены растут. Но тут тоже свои нюансы. Чтобы продвинуть свои разработки на новые рынки, нужны соответствующие материальные затраты, очень гибкий подход.

Важным является и то, что для заказчика, скажем, из Германии, нужна существенная мотивация для того, чтобы купить оборудование у белорусской фирмы, а не у европейской.

Сейчас мы реализуем свою продукцию в России, юго-восточной Азии. Хотелось бы закрепиться на европейском рынке, поскольку он несопоставимо шире. Но чтобы наладить устойчивые поставки в этот регион, нужны финансовые вложения. Надо, например, обеспечить выполнение целого ряда стандартов. Кроме того, первый выход на рынок, как правило, сопряжен с убытками. И это объективные экономические условия. Но мы этого себе по ряду причин позволить не можем. Есть тут и некоторые законодательные ограничения. Несколько лет назад мы не смогли выиграть тендер в Индии, потому что нельзя было продать оборудование ниже его себестоимости. А фирма из Германии сделала это и получила контракт. За первым предложением от индийцев последовали еще пять, и общая прибыль покрыла все убытки. Это экономика. Хотя, надо отдать должное, сейчас в Беларуси постоянно ведется работа по совершенствованию законодательной базы. Предприятия, изготавливающие наукоемкую продукцию, поддерживает руководство страны, в частности, финансируя ГНТП, отдельные проекты. Помогает нам и Белорусский инновационный фонд. Благодаря этому мы, например, смогли вывести поставки оборудования по некоторым направлениям на совершенно иной уровень. Наверное, скоро появятся и другие положительные изменения.

Наталья ВАВИЛОВА, «МК»,фото автора