Экономический курьер

Лакомщики

 Нет, не так — хлебушек и булочка. А еще кекс и сушка. Пончик и пирог. Эклер и шарлотка. И нечто такое воздушное, со взбитыми сливками, кремом, желе, дольками киви, посыпанное шоколадной крупкой да еще в хрустящей корзиночке… А знаете, как это все делается? Берет Валя Шамак коржи, раз — кремом склеила, ножом подрезала. И в сторонку, ближе к Таисии Демидович. А Таисия уже крем отвесила на весах — чтобы грамм в грамм, выложила его поверх коржей, глазировочным ножом выровняла, выутюжила. Руки в постоянном движении. А чтобы крем не прилипал, она их то и дело окунает в воду… Вот торт уже почти получился. Но еще не торт. Алена Брейко должна его обсыпкой украсить. На донышко поставить. А дальше подхватывают колобок практикантки из кулинарного колледжа Илона и Марина, украшениями из шоколада, как серьгами, одаривают. И — в коробку. А там уже этикетки клеят, готовят к отправке в торговую сеть. Ах, да. Название. Что-то такое опереточное — «Марица», «Миранда»… Вкусно, одним словом.
— Нет, вкусно будет часа через два-три, — поправляет меня Любовь Николаевна. — Не люблю свежих тортов. Кремы, мастики, сахарные пудры, орешки, сухофрукты, ну и коржи, естественно, должны вступить в союз. Сплотиться, пропитаться, насытиться друг дружкой. Вот тогда и режьте торт, угощайтесь. Можете и нас добрым словом вспомнить.
Любовь Дорощенок ведет корреспондентов «МК», одетых в белые халаты и шапочки, по кондитерскому участку хлебозавода № 5. Хорошо, что мы плотно позавтракали. Иначе ошалели бы от обилия лакомств. В алюминиевых тазиках, как снега, белеют взбитые растительные сливки, крема (с ударением на последнем слоге), суфле. В котлах сиропы варятся. Топится глазурь. Длинный, как самолетная дорожка в аэропорту, глазировочный стол «выстлан» наборами пирожных «Минский десерт». По ленте транспортера из печки выезжают горячие эклеры. Аромат!..
Эклер — старый добрый бренд пятого хлебозавода, пришедший к нам из советских времен и по-прежнему любимый. Откроем секрет — делают его все те же люди.
— Было это так, — вспоминает Любовь Николаевна. — Мы на хлебозавод устроились после училища в 1972-м. Улица Калиновского, где пятью годами ранее выросло это предприятие, казалась нам глухой окраиной… Девчонки совсем зеленые. Мы еще застали голые стены, окон не было, пол подметали… А руководство уже задачу ставило: будем выпускать торты и пирожные тоннами в день. И начали мы с этих вот самых эклеров…
— Девчонки все деревенские, пришли в цех, а тут — сказка! — вспоминает кондитер 5-го разряда Нина Писарик. — Пирожные, торты… Самый любимый — песочный с грибочками. Помните? Стоил он 2 рубля 5 копеек. А зарплата у нас была 120 рублей. Общежитие дали… Разве уйдешь из такой сказки? Нет, конечно. Так всю жизнь и проработали на сладком конвейере…
Нина Степановна немного лукавит. Совсем не зефирно-мармеладная жизнь у кондитеров: восемь часов на ногах. Не увидели мы нигде стульчиков. Зато заметили огромную сосредоточенность у кондитеров, которых, если перевести это слово с латыни, следует назвать лакомщиками. Торт, особенно элитный или заказной, изготовить — все одно что дом возвести. И, несмотря на то что уже не таскают они баки с сиропами, как раньше, ручная работа здесь главенствующая.
— Творчество? Ну как без этого, — Людмила Головацкая улыбается: стесняется своего испачканного передника. — И рецептура утверждена, и стандарт соблюдаем… Но ведь те же карамельные розочки можно по-разному поставить на тортовый постамент. Наша душа, наше настроение — все это есть в готовом изделии.
…В старину, чтобы определить характер невесты, будущая родня просила ее испечь каравай либо коврижки. У доброй, веселой, независтливой хозяйки и тесто было пышным, и выпечка ароматной, и вкус отменным.
Дело ведь не в качестве воды и муки. Дело в самом человеке. Только он мера и эталон…

Светлана ШИДЛОВСКАЯ, «МК»