Гордость столицы - династии

Музыкальные дары Громовых

– Исполняю партию Белорецкого, – говорит Громов. – Увлечение моего героя легендами и преданиями приводит на отдаленную усадьбу, где и начинается мистика. Мне приятно петь на белорусском языке, хотя таких спектаклей в репертуаре театра, увы, немного. Ведь у нас красивый язык. По мелодичности его можно сравнить с итальянским. И главное, он удобен в пении. Я не ратую за перевод всех опер на «родную мову» – произведения должны быть аутентичными. Необычна и музыка Владимира Солтана. Гармонии там не такие привычные, как в классике, однако они мелодичны и очень точно сочетаются с сюжетом.

Графы, короли и сумасшедшие…
За десять лет работы в театре Владимир Громов исполнил много ведущих партий в разных спектаклях: Евгения Онегина, Сальери, Синей Бороды… А еще играет графов, королей и даже сумасшедшего.
– Эта роль была одной из сложнейших, – признается артист. – Драматический спектакль Вячеслава Кузнецова «Записки сумасшедшего» непрост. Тема заставляет думать, сопереживать. Оперу давали в один вечер с водевилем Гаэтано Доницетти «Рита, или Пиратский треугольник». После легкого романтического сюжета зрители с трудом воспринимали философские проблемы. И наоборот, после «Записок» уже не так внимательны были к романтическим интригам веселых персонажей. Словом, при подготовке репертуара нужно учитывать требования зрителей.

Владимир Громов:
«Когда идешь на работу с удовольствием, будет и успех. Своему сыну внушаю: если мы в детстве делаем то, что нужно, то во взрослой жизни будем заниматься тем, чем хотим. Иначе потом придется выполнять то, что тебе говорят другие».

Онегин распевался у костра
Многие партии певец изучил еще во время учебы в академии и нередко участвовал в вузовских постановках. Но выход на большую сцену для него оказался настоящим испытанием. Однако обо всем по порядку.
– Когда мама дома распевалась, я стоял у двери и подражал ей, беззвучно открывая рот, – вспоминает Владимир. – Позже в школьные годы были туристические походы и песни у костра. Мне это очень нравилось. И все-таки о карьере вокалиста я не мечтал еще долго.
В музыкальном училище Громов ходил на занятия по классу гитары, затем служил в армии связистом. Позже был переведен в ансамбль песни и пляски Вооруженных Сил Беларуси. Тогда коллективом руководил Михаил Снитко, который заметил красивый баритон солдата и посоветовал поступать в консерваторию. Так, еще срочником, будущий солист начал заниматься вокалом.
– И все-таки без преодоления трудностей не обошлось, – продолжает собеседник. – На первый курс я так и не поступил. Вернулся в музыкальное училище, но уже по классу вокала. И не жалею: моим преподавателем оказался заслуженный артист Беларуси Олег Мельников. Когда артист уезжал на гастроли, его заменял Адам Мурзич, когда-то сам учивший Мельникова. Случалось, они муштровали меня и вдвоем…
Работать Владимир Громов  умел всегда. До Большого театра республики нередко выступал дуэтом с матерью и отцом – профессиональным гитаристом. Успевал также преподавать в Детской музыкальной школе № 2. На третьем курсе академии музыки попал на сцену Большого театра. До сих пор помнит свой первый выход в небольшой роли Фиорелло в «Севильском цирюльнике». Выступление прошло как во сне. Лишь позже певец научился немного справляться с волнением.
– Надо стремиться делать сложное простым, простое – легким, а легкое – радостным, – считает Владимир Громов. – Если ты мучаешься на сцене, то и зрители будут страдать: мол, как ему, бедняге, тяжело… В любой профессии свои трудности. Но их нужно преодолевать. Хотя сейчас нам очень не хватает старой сцены. Она была намолена многими поколениями великих артистов. И еще там было несколько акустических точек, где певец в случае необходимости мог отдохнуть. Во время арии этим секретом пользовались как спасательным кругом: звук получался прекрасный. А вот на обновленной сцене такие места мы пока еще не нашли…

Читайте также:  Из класса в класс

Под «Старые письма»
Владимир Громов в свое время едва не стал военным. Так хотел его дедушка – подполковник запаса. Но, видимо, мамины гены взяли верх: Татьяна Громова – камерная певица, солистка Белгосфилармонии. Она и сейчас выступает с концертами, участвует в «Музыкальной гостиной» Татьяны Старченко и собирает полные залы. У Татьяны Громовой множество программ. Одна из самых любимых – «Старые письма», в которой звучат песни из репертуара Клавдии Шульженко, Леонида Утесова, других звезд первой половины ХХ века.
– Наверное, выбрала эту профессию не случайно, – рассказывает Татьяна Громова. – Родом из Украины. И все родственники были певучими. Нередко вечерами пели вместе в несколько голосов. В Минске живу четыре десятка лет. Здесь получила образование, нашла свое счастье. Сын тоже рос в музыкальной среде. Но мы и не предполагали, что он станет оперным артистом. Володя всегда неплохо играл на гитаре. И по идее должен был продолжить дело отца…
Отец Владимира, Валерий Громов, гитарист. Преподает в Детской музыкальной школе № 1. Недавно отметил юбилей, и столичный клуб гитаристов подарил ему фирменный музыкальный инструмент.
Семилетний Макар растет рассудительным. У дедушки с пяти лет учится играть на гитаре. А сейчас занимается по классу фортепиано в подготовительной группе Республиканской гимназии-колледжа при академии музыки. Кем будет, покажет время. Кроме музыки он также неплохо разбирается в технике. Мальчик спрашивает у мамы, какие еще есть профессии.
– Мы не хотим давить на ребенка, – признается бабушка. – Пусть решает сам. У каждого своя судьба…
С музыкой связала судьбу и жена Владимира Наталья Котова. Она известная певица и пианистка.
– Свободное время стараемся проводить всей семьей, – говорит Владимир Громов. – Гуляем по набережной Свислочи, кормим уток. У моих родителей и родителей жены – дачи. Бываем там по очереди. Все умею делать своими руками, разве что не вяжу. Летом строил гараж и варил из кусков железа ворота. Выходные в театре – как на рынке, только по понедельникам. Но и этого иногда не бывает. Часто приглашают поучаствовать в каком-либо проекте, концерте. От работы никогда не отказываюсь.

Алла КАЗАКОВА, «МК»