День с «Курьером»

Дефиле по-советски

 Хоть и не знала, как выглядит Галина Михайловна, в толпе прохожих сразу узнала свою собеседницу. «А как вы поняли, что это я?» – удивилась она. Профессиональная осанка, походка от бедра и очевидное чувство стиля подсказали: улыбающаяся блондинка и есть одна из первых белорусских манекенщиц.
– Многие современные молодые люди уверены: в Советском Союзе понятия «мода» не существовало. Покупали то, что было в магазинах. Но вам ведь лучше знать, как оно было на самом деле.
– Каждый месяц художники Дома моделей (сегодня это ОАО «Центр моды». – Прим. ред.) разрабатывали новые коллекции. Их обсуждали сначала на малом художественном совете, потом на большом. Интересные модели упрощались: на предприятиях не было хороших тканей, нужного оборудования. Другое направление работы Дома моделей – разработка перспективных коллекций для заграничных показов. Когда они «отрабатывали» свое на подиумах, их продавали «Беларусьфильму», театрам, телевидению.
Женщины, которые следили за модой, старались шить одежду на заказ. Фасоны подсматривали в кино, копировали стиль актрис любимых фильмов.
Мечта большинства советских модников – болоньевый плащ и джинсы (с иронией). Все стремились заполучить эти вещи в свой гардероб. Такая ничем не примечательная одежда, которую привозили из-за границы, стоила у нас необоснованно дорого.
– Профессия манекенщицы обязывала вести богемный образ жизни?
– Многие считали нас звездами. Но мы же воспитывались в Советской стране, где было принято держаться скромно. Поэтому, несмотря на повышенное внимание, богемой себя не ощущали. Вместе со мной в Минске в начале 1960-х годов было всего три манекенщицы. Плюс один парень – демонстратор одежды. Я пришла в Дом моделей в 1963-м, только окончив школу. Белокурая девчушка с двумя косичками. Невысокая (рост 165 сантиметров), пропорционально сложенная: 88-56-88, весила всего 45 кило. С подружкой проходили мимо Дома моделей, который тогда размещался на улице Советской. Через витрину демонстрационного зала увидели, что нас приглашают зайти. Попросили пройтись по подиуму.
Специальных курсов тогда не было, всему учились сами: ходить, делать макияж , прическу. Полгода с подругой скрывали от родителей, что подрабатываем в Доме моделей. Боялись, что рассердятся. У меня отец военный, думала – не поймет.
– Несмотря на элитарность профессии, к ней и тогда относились с предубеждением?
– Не без этого. Но когда пригласила родителей в цирк, где как-то проходил показ, их отношение к профессии изменилось. Полный зал зрителей, мы в красивых нарядах. Потом начались заграничные поездки…
Манекенщицей работала до рождения сына. После декрета вернулась в Дом моделей, но уже в отдел кадров. Со временем стала им руководить. По специальности – окончила геофак – работать не пришлось. Помню, как на одном экзамене преподаватель мне говорит: «На ЦУМе ваша фотография висит, а занятия пропускаете». И отправил на пересдачу.
– Наверное, муж вас на подиуме заприметил?
– А вот и нет. В гостях у друзей познакомились. Его профессия с модой никак не связана – заканчивал радиотехнический. Всего же у супруга три высших образования.
– Сегодня многие белорусские модели работают по контракту за рубежом. У вас была такая возможность?
– О чем вы говорите! Многие наши модели вообще были невыездными. Например, мою подругу, с которой мы всегда в паре работали в Беларуси и по Союзу, за границу не пускали, потому что она была разведена. Перед выездом мы проходили разные комиссии, собеседования. Подписывали нужные документы. Во время зарубежных командировок нельзя было выходить поодиночке на улицу, разговаривать с иностранцами…
– Даже с моделями из других стран не общались?
– Да мы и языка толком не знали, потом стали английский подучивать, когда поняли, что надо. Конечно, было жутко интересно узнать, как живут заграничные манекенщицы. Помню, приехали на международный фестиваль моды в Сокольниках в конце 60-х прошлого века. Модели-иностранки жили в гостинице «Россия», из которой выезжали на такси. Чемоданы за ними несли носильщики. Во время показов заглядывали к ним в гримерки, видели, какое у всех белье красивое. Тогда поняли: за границей профессия манекенщицы оценивается по-другому. Нам ведь за съемки в журналах не всегда платили. Месячная зарплата штатной манекенщицы Дома моделей была 63 рубля. Показ стоил 3 рубля. Килограмм свиной вырезки – 2 рубля 80 копеек, – улыбается Галина Михайловна.
– А как воспринимали нашу моду за рубежом?
– Она поражала всех непохожестью, самобытностью. На выставке EXPO-70 в Японии советский павильон стал самым посещаемым. Японцы занимали очередь с самого утра. Помню, много-много разноцветных зонтиков у входа: как раз начался сезон дождей. Павильон был оформлен в виде красного развевающегося знамени. Культурная программа начиналась с просмотра мультика «Ну, погоди!», потом выступали известные артисты. Затем – показы мод. Одежда изо льна и меха особенно впечатлила японцев. К нам за кулисы приходили, чтобы пощупать ткань халатиков и платьев. А ведь в то время Советский Союз у них ассоциировался скорее с тайгой и Сибирью, чем с модой.
В Японии с нами впервые работали профессиональные гримеры и парикмахеры. Обычно мы сами приводили себя в порядок. И такого мастерства достигли! Научились ресницы приклеивать. Косметики в СССР почти не было. В лак для ногтей добавляли чернила, чтобы получить нужный оттенок. Но, согласитесь, молодость особо не надо разукрашивать.
– На ваш взгляд, почему и тогда, и сейчас на белорусских показах мод видим одно, а в продаже – другое?
– Лет 10 назад к нам в Центр моды приезжал сам Пьер Карден. Он предложил художникам придумать эскизы на заданную тему: спортивную, вечернюю… Дал на это 40 минут. Потом посмотрел работы и сказал: «Ваши дизайнеры не хуже наших». Проблемы с сырьем и технологиями конструирования и обработки. Хорошо помню, как в конце 1960-х – начале 1970-х наши специалисты аккуратненько распарывали зарубежный костюм, чтобы понять, как он скроен.
От автора. Так что была мода в БССР! А к дефиле в Союзе относились, пожалуй, более требовательно, чем сейчас. Потому что Fashion-пространство в те времена воспринималось скорее не как бизнес, а как составляющая политической и социально-культурной жизни страны.

Читайте также:  Открытый урок

Ирина ЮДИНА,
фото Сергея ПОЖОГИ, «МК»,
и из архива Галины Чернышевой