А я вспомнила их историю – из далекой жизни, когда мы жили в бараке на улице Котовского.
- Кто тут Гирели? – раздался зычный голос. – Выходите, вам посылка из Америки!
Гирель – фамилия моей бабушки. В барачный коридор вылезли и стар и мал.
Бабушка помнила, как в начале двадцатого столетия уезжали в Америку ее двоюродные братья. В голодные послевоенные годы американцы решили помочь сестре материально.
…Соседи громко стучат в дверь – всем понадобились спички, соль. Да и Фане хочется поскорей угостить их вкусненьким: послевоенная голодуха…
А тут – посылка из богатой Америки!
Быть пирушке! На свет появляется длинная жестяная коробка с красочной этикеткой. А в коробке что-то абсолютно невиданное! Соленые орешки для пива. Их тут же попробовали. Причем здесь какое-то пиво, когда такая заморская вкуснота!
Баба Фаня, смеясь, прикидывает на себя обновку – яркое, с огромным вырезом платье. Затем появляются поношенная пестрая юбка, туфли-лодочки на высоченных каблуках, кусок шелка от парашюта и… необыкновенные бусы. Пластиковые горошины синего цвета меня несказанно радуют. Тут же украсила себя ими, а бабушка, нацепив очки, пытается прочесть американское письмо: «Фанечка, думаю, эти наряды подойдут тебе. А бусы – к твоим синим глазам. И на танцах ты будешь красавицей царицей Стефанией.
Помнящая тебя Аня – жена твоего брата».
В комнатушке воцарилась тишина.
Мне удалось вытряхнуть из посылки еще несколько пластинок жвачки! Не зря все-таки уехал дядька в Америку, радовалось детское сердце. Завязала на шее американскую юбку, наверх – бусы, во рту – жвачка, и танцевать! Не царица – так царевна! Не радовалась только бабушка. Краем косынки убрала соринку из глаза и ушла угостить соседских детей орешками.
Ответ в Америку так никто и не послал. Конверт с фотографией и адресом куда-то засунули «на всякий случай». А бусы до сих пор лежали в старой шкатулке. Но вот примерила их внучка – и всколыхнула память…

Галина Григорович