Хутор среди небоскребов?

История с географией
Участки для строительства в начале 30-х годов прошлого века здесь получали люди разные, но в основном работавшие неподалеку: в Доме печати, 1-й клинической больнице, политехническом институте. Сельхозпоселком эту часть города назвали потому, что рядом с нынешней улицей Якуба Коласа и площадью Калинина находилась сельскохозяйственная выставка. Для ее организации отвели 75 гектаров земли, вырубили лес и построили более шестидесяти объектов, в том числе 13 легких дощатых павильонов для животных и растений, силосную башню, заводик для отжима растительного масла, переработки овощей. Позднее в помещениях разместились мастерские скульпторов и живописцев, швейных и обувных кооперативов. Но временные постройки ветшали быстро, освободившуюся землю стали делить на участки, осушая при этом местные топи. А так как вблизи размещалась известная в Европе трудами по освоению болот, основанная в 1911 году Болотная станция, а также деревня Затишье, то слово «сельхоз» как нельзя лучше подошло новому поселку. Многие хозяева усадеб пришли в город из села, и свой огородик, сад, коза или корова им были не в тягость. Скорее наоборот. Названия улиц – несколько номерных Базисных, Поселковых, Экскаваторная, Мелиоративная соотвествовали духу того времени. После войны некоторые стали носить имена героев – Гало, Лукьяновича, Олешева. Среди этого рационализма мелькает романтическая Литературная, хотя практичная Тиражная с головой выдает, что оба названия, скорее всего, были связаны с работой новоселов в Доме печати.
Старожилам центра города Сельхозпоселок напоминает о военных годах, когда, спасаясь от бомбежек, они уходили сюда, чтобы переночевать под гостеприимным кровом. Некоторые жители поселка были связными с бригадой «Дяди Коли», то есть Петра Григорьевича Лопатина, и помогали партизанам чем могли. Никаких ассоциаций с хулиганством, разбоем, пьянством в этих местах ни у кого не возникает. Хотя до сих пор седые рыцари вспоминают, что крепко стояли друг за друга. Обидеть местную девушку, тронуть пацаненка никто не смел. Хлопцы из поселка были боевые и дружные.
- Может, оно и так, – вспоминают другие, – но до сих пор наши ставни служат только для декора. Их невозможно закрыть, для этого в стенах нет отверстий. Долгое время не было моды даже на ночные шторы. Жили открыто, никого не боялись. Да и сейчас так же.

Сегодняшний день
Квартирантов, правда, теперь мало кто берет: комфорт важнее. Некоторые обновили старые дома. Другие рядом построили новые. А иные, большей частью местному люду незнакомые, скупили участки и возвели особняки. Об этих соседях старожилы мало что знают и, похоже, знать не хотят. Держатся своей проверенной годами земляческой компанией. Ждут от городских властей благоустроенных улиц, транспорта на них, стабильного напряжения в электросети, исправной подачи воды, подстриженных кустарников, аллей в межквартальных скверах, фонтанов, клумб…
Все эти блага возможны в современной застройке, план которой был предложен Сельхозпоселку. Он-то и вызвал разноречивые мнения. Со сносом согласны те, кто не успел в свое время подвести в дом воду, а теперь не могут выложить за это три тысячи условных единиц да еще столько же за сантехнику, канализацию и прочие удобства. Как и те, у кого нет средств и физических сил на ремонт крыш, «пересыпку» трухлявых бревен сруба, облицовку стен кирпичом.
А вот хозяева домов благоустроенных и даже роскошных не согласны оставить особняк, участок земли, сад и огород. Их несогласие озвучивают многочисленные жалобы, заявления, обращения, призывы к акциям протеста. Их активности способствует понимание того, что просторное, добытое тяжким трудом жилище, возможно, придется заменить на квартиры в дальних непривычных районах города или начинать жизнь сначала, ибо непременный ее атрибут, как известно, – построенный дом и посаженный сад. Перемены заставят отказаться от налаженного быта, индивидуального земельного участка с гаражом, газоном, цветами, гамаками и качелями…

Будущее
Однако формула «Жить в обществе и быть свободным от него нельзя» применима и в данном случае. Жить в городе и чувствовать себя хуторянином невозможно. Надо считаться с нуждами мегаполиса и подчиняться его правилам и требованиям, как это сделали владельцы тысяч и тысяч индивидуальных домов в других районах города.
На месте Сельхозпоселка Генеральным планом Минска предполагается строительство многоквартирных домов на 770 тысяч квадратных метров, появление здесь школ, дошкольных детских учреждений, многоуровневых и подземных гаражей. Предполагается связать зелеными зонами парк Дружбы народов, Севастопольский сквер, природный парк Северный и зону отдыха Цна. По этому бульвару будет проложена велодорожка. Сюда устремится третья линия метро, здесь пройдет участок 3-го транспортного кольца с двухуровневой развязкой. Через жилую территорию проляжет пешеходная зона, к которой примкнут зеленые участки детских садов и школ и старый нынешний сквер. В единую систему отдыха войдет Цнянское водохранилище.
 
Каждый прав по-своему
Конечно, разрушать пригодное жилье и тратиться на сооружение нового городу при многотысячных очередях «безквартирных» накладно. Но если подсчитать стоимость земли в центре, близость инженерных коммуникаций, количество жителей сегодня и возможность увеличить в разы их число в будущем, сокращение транспортных затрат по сравнению с далекими микрорайонами, то выгода многоэтажной застройки очевидна.
Хотя, чего греха таить,  потери нынешних жителей Сельхозпоселка в расчетах занижены – ведь считается только материальное. Не учитывается отрыв людей от привычной среды, места работы, соседей, социально-культурных центров. Возможно, во избежание всего этого следует корректировать не только планы застройки, но и способ, не обязательно материальный, возмещения подобного ущерба.
Но и жителям, прежде чем качать права, надо помнить, что протест только с одной позиции неразумен. У человека много ролей, и ипостась владельца усадьбы не должна затмевать в нем горожанина, гражданина, патриота. В конце концов, просто рачительного хозяина, способного сопоставить, сравнить, увидеть значение преобразований в масштабах города и себя.

Елена АВРИНСКАЯ, «МК»

29.01.2010 ,

Материалы номера