Женская дружба, или Мужская логика в семейном интерьере

Подруги работали в швейном ателье Минска: Тоня закройщицей, Лика швеей. Тоня младше Лики на 8 лет.
Тонкая талия, длинные каштановые волосы и зеленые глаза Тони привлекали внимание мужчин. Лика после рождения дочери Софы располнела и потеряла формы.

Замужние женщины дружили семьями, праздники проводили вместе. И все бы оставалось по-прежнему, если бы Никита, муж Лики, не воспылал страстью к Тоне. В танце он прижимал ее к себе, шептал на ухо комплименты, звал на свидание. Для Тони началось хождение по мукам. К Никите она ничего не чувствовала, мужем Виктором была довольна. Лику любила и не хотела, чтобы их отношения разрушились. Поэтому приставания Никиты терпела молча, и дружба семьями продолжалась.

Но дальше – хуже.

Никита в ее присутствии стал откровенно унижать жену: и толстая она, и старая, и некрасивая. Лика рассказывала, как он требовал, чтобы к завтраку стол был накрыт белой скатертью с салфетками, приборами; чтобы тарелки и чашки блестели, а Лика с улыбкой стюардессы, макияжем, в воздушном пеньюаре будила его.

Тоня хотела дать подруге козырь против мужа-деспота и рассказать о его поведении, но все не решалась, тянула. В один прекрасный момент ее терпение лопнуло. Как-то две семьи собрались на праздник. После ужина и танцев Лика стала показывать Тоне свой новый купальник. Из-за полноты она носила купальники сплошные, а сейчас купила раздельный.

- Да куда бегемоту бикини, – откровенно издеваясь, сказал Никита. – Ты посмотри на себя в зеркало: каракатица и то изящнее. Все на пляже разбегутся, когда ты появишься в этом купальнике.

Лика постаралась перевести все в шутку, но для Тони это стало последней каплей. Назавтра в их выходной она приехала к Лике и рассказала о домогательствах Никиты. Подруга не очень удивилась.

- Знакомые не раз встречали Никиту с разными дамами и рассказывали об этом мне, – сказала она. – Что же делать, если он такой.

- Какой такой? – переспросила Тоня. – Почему ты себя не ценишь? Ты же клад, в тебе столько доброты, ты красивая, хозяйственная, умеешь прощать. Давай прижмем его, как следует, чтобы он боялся тебя потерять.

- Но как?

- Он мне много раз звонил и звал на свидание. Надеюсь, ты не сом-неваешься, что я отказывалась? А на сей раз я соглашусь. У него есть место, куда он может меня пригласить?

- Ну… если только в квартиру своего брата. Он холостой и часто уезжает в командировки.

- Заметано. Ты нагрянешь и застукаешь нас. Вот тогда-то он поутихнет с претензиями.

…Переступив порог, Лика прошла мимо растерянного мужа в комнату. Тоня сидела, напустив на себя виноватый вид. Взгляд Лики невольно отметил букет красных роз на столе – не свежие, купленные, скорее всего, по дешевке, розы имели усталый вид.

- Ну что, подруга, как же так? – спросила Лика, скорчив Тоне рожу и показав язык.

Никита шел сзади и не видел ее лица. Тоня едва удержалась от смеха.

- Лика, не подумай плохого, мы тут обсуждали…

- Да-да, я вижу… Что ж ты, Никита, винцо чепуховое прикупил? Или денег пожалел? Да, молодцы, за моей спиной – родной муж и лучшая подруга. Здорово!

Все было разыграно, как по нотам. Тоня поспешила уйти, а Никита не знал, что делать и как оправдаться перед женой.

Лика перестала готовить ему завт-раки, приходила домой поздно. Никита сам забирал дочь из школы, делал с ней уроки.

На работе Лика и Тоня обсуждали, как быть дальше.

- Ты тоже должна закрутить роман, – учила Тоня.

- Я не могу ему изменить…

- Зачем изменять? Сделай только вид. Пусть он убедится, что ты нравишься мужчинам.

…Когда Никита увидел в окно, как высокий молодой мужчина распахивает дверцу иномарки, а Лика выходит оттуда с букетом хризантем и выглядит безгранично счастливой, остолбенел. Самого себя он представлял идеальным во всех отношениях, следил за внешностью, нравился молоденьким девушкам. Как же она, мать его ребенка, могла променять такого эффектного, умного на кого-то другого?

Назавтра, вернувшись с работы, Лика увидела на столе исписанные знакомым почерком листки. На четырех страничках – упреки и претензии в ее адрес и ни слова о грешке собственном, в котором его уличили всего несколько дней назад. «Ты так рьяно и увлеченно лгала, что отступиться от всего вряд ли возможно. Мне не нужны доказательства и свидетели твоей измены. При разводе постараюсь максимально учесть твои и Софочкины интересы. Но нанесенные тобой раны никогда не заживут», – значилось в конце последней страницы.

…Они не развелись. Долго не разговаривали. Потом Софочка простудилась, слегла, и им пришлось общаться. Постепенно семейные отношения восстановились.

А потом… Никита понял, что Тоня его подставила. Он поднажал на жену и узнал, как его разыграли.

Приближался очередной праздник, и Тоня спросила, что приготовить к общему столу. Лика, виновато опустив глаза, сказала:

- Ты знаешь, мы с Никитой помирились, я призналась ему во всем. Но он поставил условие: или ты, или он.

Тоня немного помолчала и спокойно ответила:

- Конечно, он. А мы будем видеться на работе.

Их отношения оставались по-прежнему теплыми и искренними, но уже чего-то не хватало: исчезли веселые праздники и встречи, выезды за город. Виктор, муж Тони, недоумевал: почему? А потом привык.

Лика ушла на пенсию. Бывшие подруги перестали встречаться.

До сих пор Тоню мучают сомнения: правильно ли она поступила, открыв тогда все Лике и организовав спектакль? Ведь Никита не изменился, она и потом видела его с молоденькой девочкой в ресторане. Так стоило ли жертвовать прекрасной женской дружбой!?