Облик столицы

Сухаревич, Сухович, Сухач …

Из окон средней школы № 6, что на улице Горецкого, видна группка частных домов, спрятавшаяся между многоэтажками. Это то, что осталось от большой деревни Сухарево. Она-то и дала название крупнейшему жилому району столицы

Тайна имени

Одно из первых упоминаний о Сухарево приходится на 3 августа 1503 года как о поместье боярина Богдана Корейвича, доставшееся от отца пана Корейвы. А он в свою очередь выслужил его у Великого князя Литовского Жигимонта. Но появился населенный пункт гораздо раньше. По данным белорусских историков, в частности Леонида Колединского, на территории бывшего сельского кладбища, в полукилометре от деревни, археологи обнаружили курганный могильник. При раскопках были найдены различные предметы старинной утвари, детали украшений и даже останки девушки, относящиеся приблизительно к XI-XII столетиям.

Как произошло название деревни, точно не известно. Раньше через Сухарево протекала река Нижняя Немига. Хатки батраков, которые жили вдоль берегов, часто заливало, но паны, по свидетельству сельчан, жили на возвышенности, там всегда было сухо.

Может, поэтому усадьба получила такое имя? Или от фамилии первого поселенца — Сухаревича, Суховича или Сухача? С течением времени название деревни видоизменялось: Сухорово преобразовалось в Сохарево, потом в Сухажево, Сухаржево и, наконец, в Сухарево.

Азбука и карта Западной Европы

В 1908 году в Сухарево земство открыло народное училище. Постоянного помещения не было: по договоренности занятия велись в домах жителей. Учительствовала в учебном заведении Вера Ивановна Волосевич. Закон Божий преподавал настоятель Екатерининского собора протоиерей Павел Петрович Афонский, кандидат богословия Московской духовной академии. Человек мудрый, знал несколько языков. В 1913 году в училище чтению, грамматике и арифметике обучались 35 мальчиков и 30 девочек.

Школьных принадлежностей и учебников не хватало. Из наглядных пособий использовались только азбука и карта Западной Европы. Тем не менее дети учились очень прилежно.

У Георгия Яновича, жителя деревни, до сих пор хранится свидетельство об окончании Сухаревского народного училища в 1912 году, выданное его матери Елене Паркун.

Горсть зерна за трудодень

Дима Осос переехал с родителями в старое Сухарево в 1999 году в шестилетнем возрасте. Сейчас юноша заканчивает одиннадцатый класс. Он мой гид и провожатый, интересуется историей своего края. Несмотря на то что со всех сторон деревеньку окружил мегаполис, здесь в какой-то степени еще сохранилась самобытность. Дмитрий показывает деревенскую школу, построенную примерно в конце 1920-х. Когда она закрылась, дом выкупили, обновили и сделали жилым.

Но старых домов в деревне не так и много. Один из них на улице Ковалева. Здесь почти полвека живут супруги Щасные.   

— Я, как в народе говорят, примак, — улыбается Николай Петрович. — Прижился. Привел в порядок дом, купили корову, поросенка, держали кур. Работал на заводе медпрепаратов. Иногда за жену выходил на полевые колхозные работы.

— Мы привычные к крестьянскому труду, — продолжает Мария Родионовна. — Я на прополке в колхозе по две нормы выполняла, да только не платили ничего. Начисляли трудо-дни — 200 граммов зерна за каждый. И все!

Сейчас у Марии и Николая есть небольшой огород да коза. Козье молоко — продукт полезный, к тому же корма козе нужно гораздо меньше, чем корове. Так и живут…

От прабабушек

Еще один дом, к которому подводит Дмитрий, отличается добротностью и ухоженностью. Во дворе — газоны, беседка, детские качели. Хозяйка — 82-летняя Валентина Бозановская, в девичестве Денскевич. Рядом построились и живут с семьями ее внуки.

— Здесь родились я, мама, бабушка, прабабушка, прапрабабушка, — говорит она. — На старом кладбище возле деревни похоронены пять-шесть поколений моих предков. Помню, в детстве забирались с мамой на печку и слушала ее рассказы. Мои прапрабабушка и прапрадедушка были крепостными. Каждый день батраки работали в панской усадьбе. Женщины носили воду в деревянных ведрах, которые зимой покрывались коркой льда. А когда приходили домой и садились за стол, чтобы поесть, то сразу же и засыпали. А еще мама от своих предков слышала: когда наполеоновские войска отступали, стояла очень суровая зима и французы вымерзали сотнями. Из округи их привозили сюда и хоронили на нашем кладбище. 

Лихолетье

Когда началась война, Вале Денскевич исполнилось 12 лет. Гитлеровцы сожгли полдеревни. Жили сельчане в землянке, а зимой — в старой школе. Чтобы не умереть с голоду, собирали мерзлую картошку — называли ее шаймурами — и пекли. Ели сразу: остывшая, она становилась твердой, как камень.

Родители Вали поддерживали связь с партизанами. Мать — Елена Васильевна — возила в город куриные яйца, масло, которые ей давали на продажу односельчане, а оттуда — лекарства и оружие для партизан. Бог миловал: фашисты ее миссию не раскрыли, она осталась жива. Но двое братьев Валентины — Андрей и Петр — с войны не вернулись.

На телевизор

— После войны школу я так и не окончила, — говорит Валентина Павловна. — Нашлось другое занятие. Запрягалась в плуг и пахала землю. Мужчин в деревне почти не осталось, а выживать как-то надо было. Работали еще и в колхозе. После тяжелого трудового дня собирались в клубе и танцевали под гармонь. В 18 лет вышла замуж, родила троих детей. Построили дом. Помню, в начале 1960-х мы с мужем первыми в деревне купили телевизор — «КВН» с маленьким экраном. Вот было событие! Односельчане по вечерам приходили смотреть фильмы, это называлось «пойти на телевизор». Стульев и табуретов на всех не хватало, муж сколотил скамейки. Они стояли рядами, как в кинотеатре. Смотрели кино, смеялись, плакали, а назавтра тому, кто не видел фильма, пересказывали сюжет.

Потом и телевизоры, и холодильники появились у всех…

В 1998 году деревню включили в городскую черту.

Судьба решена

Сейчас в Сухарево около 200 домов и 7 улиц. Три из них сохранили старые названия — Торговая, Школьная, Колхозная.

Некоторые хаты в Сухарево купили приезжие, снесли их и построили коттеджи. Среди них и семья Димы Ососа.

— Мы с братом Артуром помогаем достраивать наш дом, — говорит Дима. — Собираемся здесь жить и дальше. Почему бы не сохранить этот исторический уголок столицы для наших потомков?

Но судьба бывшей деревни уже решена. По проекту на ее месте и близлежащей территории возведут четыре микрорайона. Здесь будут проживать более 21 тысячи человек, а жилищный фонд составит 530 тысяч квадратных метров. Преду-
смотрено строительство трех школ и детских садов на 1.160 мест. Впрочем, новые коттеджи обещают не сносить.