Далекое-близкое

Обо мне расскажет кино

Он никогда не считал себя профессиональным киношником. По специальности Евгений Хрол инженер-проектировщик, строитель. Увлечение кинодокументалистикой пришло внезапно, когда однажды взял в руки любительскую камеру… 

«Рио-Рита» — вертится фокстрот…

Его домашний кабинет можно сравнить с небольшой видеомонтажной: десятки DVD-дисков на полках, монитор, компьютер. Здесь он делает кино.

Хозяин предлагает посмотреть небольшой фильм, который снял лет двадцать назад. Под песню Олега Митяева из кинокартины «Военно-полевой роман» узнаешь старые дворики Верхнего города Минска, облик которых нынче заметно изменился: затемненные арки домов, ведущие к подъездам, дети на качелях, доминошники за столиком… Инвалид, прихрамывая, «кружится» с дамой то ли в вальсе, то ли в фокстроте. Камера отъезжает, и мы видим, что одной рукой мужчина опирается на костыль…

— Этим небольшим фильмом мне хотелось передать взгляд мальчишки, вернувшегося в послевоенный Минск, — комментирует кинокадры Евгений Алексеевич. — Ведь более двух лет я не был в родном городе. А герой фильма реальный — инвалид войны Николай Гринкевич, его, правда, уже нет в живых.

До 1943 года семья Хролов жила в бараке на улице Индустриальной возле Червеньского базара. Сюда они вернулись кто через год, а кто через два. В лес к партизанам шестилетний Женя попал вместе с родителями, бабушкой и сест-ренкой после диверсии на минской ТЭЦ-2. Отец, минский подпольщик, участвовал во взрыве на электростанции. Ушли в Налибокскую пущу…

Опаленные войной

Хрол меняет диск в проигрывателе. На экране монитора фрагмент его фильма «Опаленные войной». В кадре — очевидец событий, которые происходили в деревне Клетище более полувека назад. Дед Липницкий рассказывает об операции карателей. Немцы сожгли несколько деревень, нагрянули в Клетище. Требовали, чтобы крестьяне откупились пятьюстами килограммами сала и двумя тысячами куриных яиц. Но и это не помогло. Всех жителей Клетища погнали в Столбцы.

— Отец с матерью вместе с бригадой имени Ворошилова ушли в налибокские болота. Мы с бабушкой и сестренкой прятались, возможно, и не попали бы под облаву, — рассказывает Евгений Алексеевич, — но внезапно младшенькая расплакалась. Тут нас каратели и схватили.

В Столбцах Женю, его сетренку и бабушку вместе с другими захваченными при облаве погрузили в вагоны-теплушки. Через нес-колько дней эшелон остановился неподалеку от австрийского города Линца. Кстати, Линц — родина Гитлера. Здесь нацисты построили лагерь смерти «Маутхаузен». Из него можно было «бежать» только через трубу крематория. В концлагере нацисты замучили свыше 122 тысяч узников.

— Нас определили в филиал «Маутхаузена», — рассказывает Хрол, — использовали в качестве доноров крови. То есть наша детская кровь шла на лечение раненых немецких солдат. Мы были обессилены. Питались, в основном, только жидкой похлебкой из брюквы. Иногда казалось, что с нами могут покончить в любой момент. Запомнился жуткий случай. Однажды малолетних девчонок и пацанов заставили намазать ноги гусиным жиром. Скользя, перешли в соседнее помещение здания без окон. Только здесь поняли, что нас хотят уничтожить: пол должен был накрениться и все, кто на нем стоял, поехали бы в топку. Что произошло — понять не могу. Но система почему-то не сработала.     

Наконец о себе

Автобиографический фильм, построенный на фотографиях разных лет — от далекого детства до дней сегодняшних — Евгений Хрол смонтировал недавно. Вот маленький Женя с мамой и папой — 1941 год. Первый класс 33-й мужской школы.

— Потом учился в 11-й и 42-й, — комментирует кадры Евгений Алексеевич. — В последней час-то вздорил с сынками больших начальников. Даже морды пришлось бить некоторым за подлость. Ушел в строительный техникум.

А вот Евгений Хрол в форме с погонами, служил на Севере. Первый стройотряд под казахским Акмолинском в 1957 году.

Политехнический институт. Восхождение с группой альпинистов на Эльбрус. Свадьба. Фото с сыном и внуками. 

— Моя профессия никогда не была связана с кино, хотя становился даже лауреатом любительских конкурсов, — говорит Хрол. — Начинал трудовую биографию в Минскпроекте — из него и ушел на пенсию.

Спрашиваю, о чем будет следующий фильм?

— Наверное, все о том же, — ответил Евгений Хрол. — О войне, о людях, которые, несмотря на тяжести, выпавшие на их долю, смогли все-таки прожить честную жизнь. Ведь это надо не мертвым, это надо нам, живым.

Александр ЧЕРНОВ