Анонсы фильмов

От токарного станка до красной дорожки

В этом году короткометражный фильм «Дверь» ирландского режиссера Хуаниты Уилсон, главную роль в котором исполнил актер Республиканского театра белорусской драматургии Игорь Сигов, вошел в шорт-лист американской премии «Оскар». А творческая группа вместе с Игорем Алексеевичем была приглашена в Лос-Анджелес на торжественную церемонию награждения победителей

— На сайте театра с удивлением обнаружил, что в конце 1980-х вы работали токарем на Полоцком авторемонтном заводе…

— Да, действительно, когда еще в школе учился, был предмет, который назывался «Труды». И на нем выбирали, чем хочешь заниматься. Мне понравился токарный станок. А так как сразу после школы в театрально-художественный институт не поступил, то пришлось год поработать токарем, отслужить в армии и только потом, окончив нашу академию искусств, стать актером РТБД…

— Как попали в картину «Дверь»?

— В основе ленты — документальная история из книги «Чернобыльская молитва» Светланы Алексиевич. Поэтому на кастинге Хуанита просматривала украинских и белорусских актеров, решив, видимо, что нам эта тема ближе и понятнее. Она изучала фотографии, пробовала с нами какие-то сцены, записывала всех на видео. После чего уехала в Ирландию и появилась снова только через год. Тогда и предложила мне принять участие в проекте. Я согласился. Фильм сняли где-то за неделю. Пять дней работали в Киеве, один в Припяти…

— Это же зона отчуждения… Семья не протестовала?

— Я уже достаточно большой мальчик. У меня двое детей. Так что бояться особо нечего. Хотя, когда приехали, нас предупредили о том, что можно делать, а что нельзя. Просили не ходить по зеленой зоне, не залазить в дома и катакомбы. Естественно, приходилось где-то что-то нарушать, но какой-то большой радиационной опасности мы себя не подвергали.

— Картина номинировалась на «Оскар». Как вас встретил Голливуд?

— Теплом. Улетал из Минска при минусовой температуре, а в Лос-Анджелесе плюс 16. Добрался до гостиницы, где меня встретила Хуанита с ирландским виски. Все расходы по содержанию (билеты, визы, питание, проживание) взяла на себя ирландская сторона. От меня требовался только смокинг, который перед отъездом пошили в ателье на улице Мясникова.

— Чтобы попасть на церемонию, наверняка пришлось пройти не через один кордон…

— Простой смертный в театр Kodak точно не просочится. Прежде чем выйти на красную дорожку, проехали на лимузине четыре пропускных пункта, показывали пригласительные и паспорта. Потом еще в самом театре около двух с половиной часов ждали, пока подъедут голливудские звезды…

— И с кем из них довелось повстречаться?

— С Тарантино во время фуршета схватился за один бокал шампанского, рядом с Киану Ривзом дымил в курилке… Мельком видел Сандру Буллок, Сару Джессику Паркер, Сигурни Уивер… Сигурни, к слову, выглядела на церемонии просто потрясающе. И это в 60 лет! Все звезды оказались обычными живыми людьми. Только если для меня присутствие в театре Kodak — мечта, то для них — привычное дело.

— А желания автограф взять, сфотографироваться с кем-нибудь не было?

— Было. Но не стал этого делать. Плохо знаю английский язык. Одно дело взять автограф, другое — подойти, например, к Ривзу и поговорить, поинтересоваться делами. Спросить бы, конечно, смог, а вот понять, что он ответит, вряд ли…

— Реально ли, на ваш взгляд, снять в Беларуси фильм-номинант на премию «Оскар»? Ведь картина «Дверь», как я понимаю, была снята по кинематографическим меркам за гроши…

— Да, Хуанита говорила, что съемки ленты обошлись где-то в 50 тысяч долларов. Поэтому, как видите, особых капиталовложений для «Оскара» не требуется. У нас есть все необходимое, чтобы делать хорошее кино: актеры, режиссеры, съемочная база. Просто нужна толковая идея и четкое понимание того, для кого снимается фильм. Необходимо поднимать планку требований к себе.

Работать не только для местной публики, но и, образно говоря, на экспорт. Чтобы картину заметили за рубежом. Вот тогда, мне кажется, будет и результат.