День с «Курьером»

Минчанин на все времена

Ушел из жизни Михаил Яковлевич Павлов, более девяти лет работавший председателем Минского городского исполнительного комитета, бывший руководитель города, уважаемый минчанами мэр.

Ему, сдержанному и деловому, как никому другому подходило это зарубежное название должности. Свой управленческий талант, знания, терпение, время Павлов отдавал минчанам как-то скрытно, не требуя взамен публичной благодарности или славы. Но город все видел, понимал и после ухода по болезни в отставку назвал Михаила Яковлевича почетным жителем города-героя Минска

На первых порах, в 2000-м, Павлову в Минске было нелегко. Не потому, что почти двухмиллионный мегаполис требовал миллиона забот: став директором крупного предприятия в 34 года, потом возглавляя оборонное предприятие союзного подчинения, несколько лет руководив немалыми Барановичами, он работы не страшился. Трудно было потому, что город поначалу не понимал его и обижал снисходительностью: мол, нас, столичных, не удивишь.

А он и не набивался на дружбу, не панибратствовал, не просил. Был вежлив, спокоен, скромен в поведении, одежде, манерах, словно обучался не в сельской школе на Могилевщине, а в закрытом английском колледже. После двух лет работы, желая поздравить его с прибавлением в семействе, сотрудники не осмеливались спросить, внук или внучка у молодого дедушки: личные темы, казалось, несовместимы с мэром.

До одного случая, когда на Комаровке к минскому руководителю, окруженному немалой свитой, бросилась женщина с криком: «Да это ж наш Павлов! Яковлевич, мы все так вспоминаем вас, как выйду на Павловскую, аж плакать хочется… Может, вернетесь в Барановичи?» И окружающие увидели, что Павлов доступен и прост.

Позже стало известно, что Павловской жители Барановичей самовольно назвали пешеходную улицу с увитыми цветами арками, бульваром и скамейками, реконструированную волей бывшего мэра.

В Минске именами городских руководителей улицы не называют. Но то, что горисполком после победы председателя в спорах за новую Комаровку стал «домом Павлова», не отрицал никто. Видимо, застарелая гордость самым крупным рынком закрыла минчанам глаза на окружающие главный павильон покосившиеся ларьки с протекающими крышами, лужи под ногами, тесноту и захламленность рыночной территории, царившие там в начале века. Иначе чем объяснить яростный протест против реконструкции Комаровки? Кричали газеты, стояли пикеты из тех, кто торговал в ларьках, споры велись в офисах и кухнях… Павлову пророчили скорое увольнение, а он спокойно отвечал, что время покажет его правоту.

Так и вышло. Вскоре последовала грандиозная переделка улиц, тротуаров, парков, поселка тракторного завода. Переустройству площади Независимости почти никто уже не противился. Минчане понимали: будет лучше. И что больше всего удивляло горожан – у горисполкома на все находились средства. На доплату учителям, молодым матерям, на украшение города. Известнейший российский журналист Всеволод Овчинников, присутствовавший на пуске станции метро «Могилевская», удивленно гладил колонны из итальянского мрамора и спрашивал: «Минчане, отчего вы такие богатые? Где вы взяли деньги?» Ответ был прост: приоритетом для города стал он сам и его жители.

Читайте также:  По зову сердца

Новый взгляд мэра на столицу, хозяйский подход, страсть к порядку давали результаты.

Да что там микрорайоны или улицы! Это лишь спустя некоторое время столичная ГАИ научилась издалека определять личную павловскую машину. А поначалу он по выходным разъезжал на ней, оставаясь неузнанным. Бывали случаи, гаишники останавливали градоначальника за медленную езду: мол, наверное, с похмелья водитель так старательно объезжает ухабы. Тормозили и были не рады, когда, вежливо удовлетворив их любопытство, Павлов принимался строго спрашивать за помятую форму или нечищеные ботинки. И предупреждал: «Когда я был в армии старшиной, такую обувь вышвыривал из окон казармы. Сейчас буду увольнять со службы ее хозяев».

О приверженности Михаила Яковлевича к строгому порядку и чистоте ходили легенды. По его воле постоянно стригли и пропалывали газоны, в строгие шеренги выстраивали фонари, возводили фигурные изгороди, под линейку высаживали цветы. Красили тысячи фасадов, отмывали стены, укладывали плиткой тротуары. И как венец пришла подсветка. А председатель исполкома требовал новых конструкций новогодних елок и новых орнаментов праздничных иллюминаций, разнообразия витрин, тысяч и тысяч древесных саженцев, миллионов цветов… При Павлове Минск стал не просто чистым и красивым. Он стал элегантным.

Но это внешняя сторона жизни города и работы исполкома. Главной и неустанной заботой оставалось растущее с каждым годом строительство жилья, магазинов, рынков, школ, больниц, спортивных сооружений, Национальной библиотеки, обеспечение горожан продуктами, транспортом, бытовыми и медицинскими услугами. Реконструкция предприятий, выполнение ими производственных заданий, экспорт и импорт, своевременные выплаты зарплат, пенсий, пособий, помощь сельхозпредприятиям и еще тысячи и тысячи забот – работа исполкома и его председателя.

По инициативе Михаила Яковлевича был возрожден старинный флаг Минска и выбран гимн, созданы агентство «Минск-Новости», газета «Минский курьер», «Столичное телевидение», «Радио-Минск».

 

И тополя уходят, но путь их озерный светел.
И тополя уходят, но нам оставляют ветер,
– сказал поэт.

Нам оставлен не ветер, а город, красота и благополучие которого приумножена великим трудом порядочного и благородного Человека, светлая память о котором сохранится в сердцах минчан.
Прощайте, Михаил Яковлевич.

Пусть будет Вам пухом родная земля.