Память

Течет ее Волга…

Ровно год назад,  1 июля 2009 года, ушла от нас Людмила  Георгиевна Зыкина. Ушла, как и жила: красиво, отпраздновав юбилей. И навсегда осталась тайна. Ее души. Ее таланта

Близкая каждому из нас, она незримо держала дистанцию со всеми, начиная от обывателя и заканчивая генеральными секретарями или президентами. Блестящая жизнь, как и столь впечатляющая певческая карьера, оставили массу загадок и вопросов. И ответы на них у каждого свои, как и то, что у каждого свое восприятие ее искусства.

Определить жанр, в котором она пела, невозможно. Придать народной песне высшие черты классического искусства и перевести профессиональные песни композиторов и поэтов в разряд народных могла только она.

Элитарная русопятость создавала ощущение монументальности: в ней не было ничего лишнего, все к месту. И прическа, и костюм, и украшения, и фигура вкупе с исполняемыми песнями — ощущение фантастическое и магическое. У иностранных слушателей восприятие певицы четко ассоциировалось со страной, которую она представляла: загадка, широта, щедрость и непобедимость. Спетые ею песни еще долгое время будут восприниматься слушателями только в ее исполнении. Она сумела приучить слушателя только к одному единственному исполнению — Зыкинскому. Трудно представить «Течет река Волга», «На побывку едет молодой моряк», «Оренбургский платок» в исполнении  других певиц. «Поэтория» Родиона Щедрина, за которую Зыкина получила Ленинскую премию, — высшее достижение классики в современной музыке.

По постоянству привязанностей, уровню порядочности по отношению к себе и окружающим ее людям она из той узкой когорты великих, пересчитать которых можно по пальцам. До самой ее смерти на пианино стоял портрет старшего друга и учителя по жизни — бывшего министра культуры СССР Екатерины Фурцевой. Посмертная опала бывшего министра не изменила отношения к ней Зыкиной. И дружбу с северокорейским лидером Ким Ир Сеном не афишировала, но и не скрывала.

Писательница Людмила Улицкая как-то заметила: «Случай — псевдоним Бога!» Наверное, это правда. Зыкина поймала тот случай, когда молоденькой девушкой оказалась в хоре Пятницкого. Когда по жизни ей попадались люди, которые искренне и бескорыстно помогали. Уметь поладить со всеми властями и остаться самой собою, не испачкаться — удел личностей легендарных. Она получила все награды от власть имущих и искреннее признание слушателей. В ней не было политики, она сама была политикой: страстная, мощная, искренняя, в том числе и в своих заблуждениях.

Людмила Георгиевна оставила после себя четыре книги, коллекцию из более 400 песен, 271 из которых выпущена в виде антологии песенного сборника. Любила футбол, хоккей, автомобили. Слыла заядлой рыбачкой. Блестяще разбиралась в балете, современной музыке.

Ее последний юбилей и похороны были самыми урожайными по части небылиц. За десятилетия своей деятельности Зыкина слышала о себе несчетное количество мифов. Народная молва прочно отдавала ее замуж за председателя Совета Министров СССР Косыгина. Поводом послужило то, что ее увидели на похоронах жены советского премьера в обществе его дочери Людмилы и ее мужа академика Джермена Гвишиани. При редких встречах с премьером они обменивались репликами по поводу этих сплетен. Никого из них это не задевало. Советский премьер гордился тем, что в жены ему подобрали женщину на 25 лет моложе. У такого премьера может быть только такая жена! К слову, премьер стоил того. Личность легендарная, до конца пишущей братией не описанная, не понятая…

Количество «друзей» у певицы после ее смерти растет в геометрической прогрессии. Телеканал, претендующий на респектабельность, дает слово всем и каждому: кто пил чай, у кого она спала на сеновале, кто видел бриллианты… Некоторые набиваются в любовники. Массовая газета выносит на первую полосу бредовую новость о находке бриллианта в два миллиона долларов. Элементарная логика подсказывает, что всех друзей Зыкина перечислила в своей книге «Течет моя Волга…». Почитать бы ее руководителю программы при подготовке передачи! Там много чего интересного.

А находки бриллиантов и комментировать не хочется. Возникает ощущение, что ни автор, ни редактор не в состоянии отличить алмаз от бутылочного стекла. Бриллианты таких размеров и такой стоимости каталожные, так принято во всем мире. У этих камней своя жизнь. Разумеется, у Людмилы Георгиевны были украшения, как и у всякой женщины ее уровня.  Но на несколько порядков скромнее. При жизни певица называла таких журналистов обоСревателями.

Но главное не это. Главное — это мы с вами, живущие сегодня, читающие и смотрящие. Задумываешься вот о чем. С кем ни поговори из этих знатоков, все выросли на Высоцком, Галиче, Окуджаве. Уровень духовности — не дотянуться. Уровень самооценки — нет  шкалы, чтобы определить интеллектуальный уровень отдельных представителей говорящей и пущей братии. Но если вчитаться и вдуматься — сплошной постмодерн. Вместо информации — заголовок, вместо содержания — форма, вместо мысли — словесный винегрет. Гламурная поза отвращает и создает ощущение пустоты и брезгливости. В народе такую публику называют «люстэркi».

Умирает артист, очень талантливый, молодой, известный, до конца не оцененный. Что остается? Творчество? Но чтобы о творчестве написать, нужно еще разбираться в существе вопроса. Проще рассуждать, как собрать через Интернет деньги на похороны. Предложить то же самое для сбора денег на памятник. И никому не приходит в голову, что артист был обеспеченным человеком, оставил квартиру в самом центре Москвы. Что стоимость этой квартиры измеряется семизначной цифрой в долларах. Что остались счета в банке. Что вдова (тоже известная актриса, правда, разве что внешностью) все это хочет прибрать к рукам. А может, предложить читателю не это? Может, нужно объявить бойкот импозантной особе, которая вспомнила о том, что числится женой покойного? Таким образом лишить ее профессии. Или заставить вспомнить о своем христианском долге.

Каждый выбирает свое.

Через много лет в записях наши дети услышат союз мысли и слова. Пронзительный звук с неподдельным волнением в сердце, неповторимую задушевность и искренность. И все это будет называться «Людмила Георгиевна Зыкина». Вспомним ее добрым словом и послушаем. Молча, без комментариев. И задумаемся. Прежде всего о себе…