Анонсы фильмов

Он где-то здесь…

Мастер белорусского кино, оператор и режиссер Юрий Марухин родился 13 июля 1938 года. Так что ему исполнилось бы 72.  Марухина нет с нами уже 10-й год.
Говоря о нем, его друг и коллега по операторскому цеху Олег Шкляревский в первую очередь вспоминает незабываемые поездки на север России, на реки Сояна и Умба, где в компании Марухина и своего родного брата, известного российского поэта Игоря Шкляревского, ему довелось рыбачить. Во многом благодаря именно рыбалке завязалась и окрепла дружба между тремя творческими людьми…

— В первый раз втроем мы собрались на съемках ленты «Могила льва» Валерия Рубинчика, — рассказывает Олег Иванович. — Я познакомил Юру с братом, и мы решили порыбачить. Благо фильм снимался недалеко от Сожа. Это потом за лососем и семгой стали ездить к северным российским рекам, а начиналось все здесь, в Беларуси, куда Юра, будучи родом из Тамбовской области, попал после учебы во ВГИКе.

— Что из этих совместных поездок запомнилось больше всего?

— Были как-то весной на Сояне. Днем там тепло, но ночи очень холодные. А у нас палатка маленькая. Максимум на двоих. А мы там втроем ютились: я, Игорь и Юра. И он первым не выдержал и сказал: «Все, вы тут оставайтесь, а я на свежий воздух пошел». И он в спальнике спал под дождем и градом, накрывшись целлофаном, чтобы только не теснить нас с Игорем…

Однажды мы с Марухиным прилетели в Мезень, это Архангельская область. А оттуда уже должны были по воздуху добираться на Сояну. Но из-за плохой погоды самолеты и вертолеты не летали. Мы познакомились с тамошним командиром летного звена Анатолием Голоскоковым, и он подкинул идею: мол, закажите спецрейс до нужной точки, чтобы только разрешили вылет. А уж пилотировать Толя вызвался самостоятельно. С нас требовалось всего ничего: выкупить места в самолете. Что мы и сделали: каждое место обошлось нам в 1 рубль 20 копеек. Таким образом, заплатив 12 рублей, мы, по сути, купили десятиместный «АН-2», оформили бланк на спецрейс и долетели до речки с комфортом.

— В вашем документальном фильме, снятом в память о Марухине, есть кадры, когда Юрий Александрович ведет съемку с колеса вертолета…

— Да, человек он был рискованный. Помню, рассказывал мне: «Сижу, снимаю, оборачиваюсь — а ремень-то страховочный не пристегнут!» И это при том, что сидел Марухин как раз на колесе вертолета на высоте нескольких сотен метров над землей! Он очень любил панорамные виды. И был настолько увлечен самим процессом съемки, что ради хорошего кадра забывал иногда об элементарной технике безопасности. Такая самоотдача свойственна очень немногим.

— Кстати, вы назвали свою ленту «Он где-то здесь…». Почему?

— Да как-то с давних времен повелось: придешь, бывало, на съемочную площадку, спросишь у кого-нибудь: «Где Марухин?» — А в ответ услышишь: «Да он где-то здесь…» Вот уже девять лет, как Юры нет, а мне все кажется, будто он тут, совсем рядом…»