В дореволюционном Минске для гимназиста пройтись по улице в перстнях, с тростью или хлыстом было верхом пижонства. Это сравнимо с тем, как современные школьники хвастаются дорогими сотовыми телефонами или карманными компьютерами. Но… За неподобающий внешний вид тогда строго наказывали – арестовывали и держали под стражей до 16 часов
Стоимостью в одну лошадь
В дореволюционное время среднее образование в Минске можно было получить лишь в гимназиях, училищах и семинариях. Сегодня оно бесплатно и доступно каждому. А тогда только состоятельные люди могли себе позволить учить детей в гимназии. В Минской мужской гимназии в начале XX века оно стоило 50 рублей в год. За эти деньги в то время можно было купить лошадь! А ведь еще необходимо было покупать форму, письменные принадлежности… Существовали в городе и частные учебные заведения, где плата была существенно выше.
Гимназисты были крайне заинтересованы в получении среднего образования. Ведь после многие устраивались на работу в качестве служащих низшего или среднего звена или продолжали образование в вузах Российской империи или за рубежом. Образованный человек был человеком при деньгах. Часто родители нанимали для своих чад репетиторов – говоря современным языком. На дому будущие гимназисты постигали материал первых трех курсов гимназии, а затем сдавали вступительные экзамены.
Учили молитвам и танцам
В старой минской гимназии преподавали много предметов. Если в современной школе изучают один иностранный язык, то минский гимназист начала прошлого века знал как минимум два. В обязательную программу входили французский, немецкий и классическая латынь.
Каждый ученик дореволюционной гимназии начинал и заканчивал учебный день специальными молитвами «Пред учением» и «После учения». Они были напечатаны на первых страницах дневника в четырех вариантах для учеников различных вероисповеданий. Ежегодно гимназисты проходили обряд причащения «говение»: они должны были поститься, посещать церковные службы. Была в дневнике и специальная графа о прохождении этого таинства, которую заполнял священнослужитель. Если отметка о говении отсутствовала, то кара могла быть самой суровой – оставляли на второй год. Духовным наставлением занимался преподаватель Закона Божьего.
Каждый минский гимназист, как требовало время, умел танцевать. Балы были неотъемлемой частью бытия, и преподаватель танцев часами обучал своих подопечных правилам поведения и основным танцам.
Внести в кондуит!
Учащиеся гимназий постоянно находились под зорким присмотром. За каждым классом был закреплен учитель, который следил за посещаемостью, подготовкой к урокам, поведением в стенах учебного заведения.
4 мая 1874 года были утверждены «Правила для учеников гимназий и прогимназий ведомства Министерства народного просвещения», согласно которым каждый гимназист обязан был ходить в специальной учебной форме, причем даже за стенами учебного заведения. Любое отклонение от предписания считалось нарушением, будь то незастегнутые пуговицы, неначищенные ботинки или пряжка, длинные волосы, усы, борода, пенсне, перстни и кольца, трости и хлысты. Воспрещалось находиться в «неблагонадежных» общественных местах – трактирах, ресторанах, кофейнях, кондитерских, бильярдных, в синематографе, на железнодорожной станции… Даже посещение театра без особого разрешения директора гимназии было под запретом. В дневнике были страницы, где находились специальные отрывные билеты, дающие право 8 раз за год с позволения директора посетить театр. В храме Мельпомены учащийся лишался эмоций: ему воспрещалось аплодировать, переживать вместе с героями, высказываться об игре актеров…
В восемь часов вечера наступал комендантский час: учащимся независимо от класса и возраста (в старших классах обучались юноши и девушки от 16 до 25 лет) запрещалось появляться на улице. Застигнутый после урочного часа гимназист утром вызывался на ковер к начальству.
За соблюдением этих требований следили помощники классных наставников. Учащиеся называли их надзирателями. Они были знакомы с гимназической жизнью и знали все места, куда, как магнитом, тянуло учеников. Существовала даже специальная «Книга для записи проступков учеников» – кондуит. В нее вносились все провинности от банальной невнимательности до прогулов и драк. Самым простым наказанием для сорванцов, вертящихся во время урока, был угол. Второе по значимости наказание – «арест». Ученик оставался в учебном заведении на дополнительное время после занятий или в воскресенье. За неопрятную форму гимназиста могли наказать одним часом ареста, за нахождение на улице после комендантского часа – 2-3 часами, за курение можно было схлопотать арест на три воскресенья по 4 часа. Самым суровым наказанием было исключение из гимназии.
…Если честно, проступки минских гимназистов начала прошлого века и современных школьников в основном совпадают. Дети кричат и бегают на переменах, пускают бумажные самолетики, дразнятся и дерутся, исправляют оценки, опаздывают на уроки. Дети не меняются. Но меняется время, и вместе с ним – понимание, что хорошо и что плохо, за что нужно наказать, а на что посмотреть сквозь пальцы…
«Правила для учеников гимназий и прогимназий ведомства Министерства народного просвещения» строго запрещали учащимся азартные игры, обмен или продажу вещей и книг, употребление алкоголя и табака. При встрече на улице с преподавателем гимназии ученики должны были снимать головной убор.