Персоны

Бог отдал нам свой мастерок

— Самые сильные эмоции я переживаю, когда стою в безлунную ночь под огромным бездонным небом… В такие минуты особенно остро ощущаешь, что человек — песчинка в мироздании, — поделился своими размышлениями руководитель Национального координационного центра биобезопасности Института генетики и цитологии НАН Беларуси генетик Сергей Дромашко

*— Тем не менее, Сергей Евгеньевич, вы пытаетесь усовершенствовать эту песчинку. Зачем, если она столь ничтожна и существует лишь мгновения по космическим меркам?

— Затем, что это у нас в генах — стремиться все постичь и сделать лучше.

*— То есть круг наших интересов и, может быть, даже характер и поведение генетически предопределены?

— Вы почти дословно процитировали прогноз развития генетики, данный «отцом» двойной спирали ДНК нобелевским лауреатом Джеймсом Уотсоном. Отвечая, можно сказать: да, причем в большей степени, чем этого можно ожидать. Например, интеграция человека в социум, его оптимизм или пессимизм, особенности характера в значительной степени определяются обменом веществ, который, в свою очередь, зависит от работы генов. «Хороший» у человека набор генов — повышается его шанс стать в этом мире успешным, «плохой» — ему все будет даваться трудно.

Знать бы назначение каждого из генов можно было бы помочь человечеству избавиться от депрессий и, может, даже снизить количество суицидов. Над изучением специализации генов работают генетики всего мира, в том числе и Беларуси.

*— Но кто добровольно согласится на генную коррекцию?.

— Я соглашусь, чтобы, например, легче переносить неудачи. В том случае, если этот метод будет проверен клинически, смогу заказать себе черты характера, которые захочу. Делаем же мы пластику лица. Почему бы не делать пластику характера?

Точно так же я готов употреблять трансгенные продукты и кормить ими своих близких. Потому что глубоко убежден: генно-модифицированные (ГМ) сорта сельскохозяйственных культур гораздо безопаснее, чем полученные по обычным технологиям. Если бы вы только знали, какие генетические перестройки происходят в клетке при традиционной селекции… Она означает неконтролируемую перекомбинацию генов: одни могут «включаться», другие «выключаться», целые участки хромосомы могут срываться с насиженного места и встраиваться куда-то вслепую. Однако мы за тысячи лет привыкли к этому, а новое принимаем в штыки. Между тем при создании ГМ-организма (ГМО) определенный ген вставляется в определенное место спирали ДНК. То есть он находится под контролем.

*— И все же генетиков обвиняют в дерзости…

Мне близко мировоззрение деистов, которые говорят: Бог создал мироздание, а затем устранился, пустив все на самотек. Если бы он активно вмешивался в нашу жизнь, то не допустил бы войн, убийств и прочего. Но то ли у него слишком много дел, то ли условие эксперимента под названием «жизнь» — невмешательство… Так что очень может быть, что генетики действуют не вопреки Создателю, а согласно его воле.

Читайте также:  Выбрал цель

 Хочу прививку от склероза

*— Чаще всего генетические проблемы человека изучают на таких неблизких его родственниках, как мыши. Почему?

— Потому что мышь — очень интересный модельный объект. Она живет в 30-40 раз меньше человека, но в расчете на продолжительность жизни у нее в миллион раз выше частота онкозаболеваний. Вот где простор для исследования и генетики старения, и генетики раковой трансформации!

Наш небольшой коллектив из 16 человек старается быть в курсе «высокой генетической моды». Например, группа кандидатов биологических наук Натальи Чаковой и Эвелины Круповой уже может уверенно сказать, к какой расе относится человек, европеоидной или монголоидной, подвергнув каплю его крови молекулярно-генетическим манипуляциям. И определить дефекты его генов, чтобы выявить повышенную чувствительность к тем или иным заболеваниям и наметить пути ранней профилактики. А в будущем, когда предиктивная медицина (медицина предвидения) шагнет вперед, также подобрать оптимальную стратегию лечения. Узнает, например, человек, что у него 99-процентная вероятность заболеть болезнью Альцгеймера, и сделает прививку от нее или операцию (пока еще сложно сказать, что будет технологичнее).

Однако мы еще не научились исправлять «бракованные» гены.

*— Не приведут ли исследования генов человека к созданию своего рода банка негативной информации о его личности, физических возможностях?

— Разумеется, результаты молекулярно-генетических и биохимических анализов могут попытаться использовать и для генетической дискриминации, например, при приеме на работу. Но ведь не отказались же мы от атомной энергии из-за того, что на ее основе можно изготовить ядерную бомбу!

Науку не остановить. Биопаспорта на каждого землянина, мне представляется, — вопрос ближайших 50 лет. Наработки для такой паспортизации ведутся уже и в Беларуси. Наша лаборатория на протяжении нескольких лет исследует 10 генов у больных разными болезнями, в основном минчан. Вместе со здоровыми — контрольной группой — это уже более 2.000 человек. На основании результатов исследования можно прогнозировать вероятность сердечно-сосудистых и раковых заболеваний и установить степень генетического родства человека с коренными жителями. Только государству следует решить, сколько генов должно быть в стандартном генетическом паспорте: 5-6 или 50-100. И к каким группам они должны относиться.

Что касается генетических паспортов животных и растений, то они крайне нужны — для сохранения биоразнообразия на планете.