Далекое-близкое

Санитары с похмелья

Во все времена на какие только ухищрения не шли преступники, чтобы поживиться за чужой счет. Вот один из случаев, произошедший осенью 1911 года на Комаровке…

К городовому, дежурившему у Золотой Горки, подошли два прилично одетых гражданина, по виду чиновника.

— День добрый, господин городовой, — сказал один. — Мы санитарные попечители. Вот это минский санитарный врач Гутковский, а я чиновник особых поручений при губернаторе Павловский. Сейчас направляемся на Борисовский тракт обследовать домовладения. Ваше присутствие просто необходимо. Сами знаете, какой нрав у наших домовладельцев. Могут и нагрубить, а то и с кулаками накинуться. Сделайте милость, не откажите.

Городовой еще раз осмотрел их — при форме, есть документы установленного образца. Как таким откажешь? Втроем они вошли во двор первого домовладельца. И сразу санитары обнаружили недостатки.

— Так, господин Этингер, — сказал Гутковский, — выгребная яма не укрыта и не чищена, и помоев на улице перед домом быть не должно. Ваши жильцы обязаны выливать их в яму.

— Нехорошо это, — подключился к разговору Павловский. — Распоряжения городской думы о своевременной очистке дворов не выполняете. Неужто так жалко хоть раз в год заплатить ассенизаторам за работу и жить себе тихо. Пойдемте в дом, будем составлять протокол.

Владелец дома усадил санитаров за стол и предложил по рюмочке — прежде чем писать. Чиновники переглянулись и согласились.

— Вы поймите, — жаловался домовладелец, накрывая на стол, — распоряжение­то дума выдала, а как его исполнить? Вот вы говорите ассенизаторов вызвать, а у них на месяц вперед все расписано. Хочешь пораньше — дай на лапу. Да к нам­то и не заезжают они. Куда выгоднее очищать дома в центре города. Там и платят побольше. Вы погодите, я все исправлю. Даю честное слово. Ведь и не по-людски сразу протокол составлять.

— Каждый раз слышим одно и то же, — возразил санитарный врач. — Мол, надо предуп-редить, а протокол уже потом, через месяц­другой, если предписания не выполнил. А дума постановление об очистке дворов еще месяца два назад вынесла. Разве за такое время тяжело было убраться у себя во дворе?

Домовладелец налил еще по рюмочке и продолжил сетовать на тяжелое материальное положение, на больных детей. Проще говоря, всячески пытался вымолить у санитарных попечителей прощение. Ведь за неисполнение постановления городской думы полагался значительный штраф. После очередной порции спиртного санитары подобрели и согласились не составлять протокол. За это они попросили дать что­нибудь в пользу Красного Креста. Довольный домовладелец Этингер раскошелился на 2 рубля.

После этого осмотры продолжились, и везде повторялось то же самое. Вначале домовладельцу указывались все нарушения, после чего он задабривал врачей рюмочкой и давал на Красный Крест. Так они взяли у Смилевича 1 рубль и по 50 копеек с Рабова и Садовника.

Такое поведение насторожило городового, и он, улучив момент, связался по телефону с 3-й полицейской частью. Вскоре прибыл наряд, и санитаров задержали. В полицейской части они сознались в преступлении. Оказалось, служащий губернского правления Павловский и уездный фельд­шер Гутковский накануне крепко выпили. Деньги кончились, и приятели придумали способ подзаработать. Район Комаровки всегда славился не лучшим санитарным состоянием, и они без труда могли найти к чему придраться. Для пущей убедительности попросили городового сопровождать их, что должно было сделать домовладельцев более сговорчивыми. Это и оказалось для мошенников роковым.