Я здесь живу

Серьезно о несерьезном

Кого ни спроси, все ругают юмористические программы на ТВ. Кто же тогда те зрители, которые покатываются от хохота в старательно демонстрируемых операторами переполненных залах?

Наивный, сказал мне один специалист. Это же монтаж. Чудеса современных технологий. Записывают отдельно концерт, отдельно смеющийся зал, а потом совмещают две картинки. В общем, ничего сложного. Но вот вопрос: если то, что происходит на сцене, не смешно, над чем же хохочут люди, которых записали отдельно? Может, стоит показать секретных юмористов?

Ну а если серьезно о несерьезном… Знаете, почему мне не нравится юмор на ТВ? Не потому, что не смешно, и не потому, что глупо. Это уже как бы само собой. Натк­нуться на умную, качественную остроту можно лишь случайно, прежде надо десятки раз увидеть падающие штаны и то, что под ними обнаруживается. Он мне лицами не нравится. Точнее, бесконечным мельканием одних и тех же. Вот славный малый Иван Ургант. Искрометный, палец в рот не клади. Но как же его много! Он и в кулинарном шоу, и в «Прожекторперисхилтоне», он и шоумен на всяких песенных конкурсах, он и… Про него и Цекало кто-то удачно пошутил: ведут все, кроме троллейбусов. Телепродюсеры намеренно перекармливают зрителя очередным героем? А вспомните, каким интересным, свежим, оригинальным был Максим Галкин. И во что превратился сейчас? Он и те, кто ставит в эфир его набившие оскомину пародии на Новодворскую и Черномырдина, царствие ему небесное, неужели они всерьез убеждены, что этим можно заинтересовать зрителя? И опять: зачем же так много Галкина? Один только новогодний эфир может напрочь лишить чувства юмора большую часть телезрителей. Во время последнего просмотра праздничных программ я взялся подсчитать, в скольких из них отметился Максим. Сбился после десятка. Артисту, может, и хорошо: новогодняя ночь год кормит. Чесанул по всем каналам и передачам, подзаработал деньжат и уснул с чувством выполненного долга. А нам, бедолагам, куда от его жизнерадостной физиономии спрятаться?

И как тут не вспомнить скучное, пресное, заидеологизированное ТВ советского периода? Появление на экране Райкина, Хазанова, Винокура становилось настоящим событием. Их репризы мгновенно уходили в народ, разбирались на цитаты. И проходных, откровенно слабых выступлений почти не было. Потому что шутили дозированно, точечно и подцензурно. Нет-нет! Я ни в коем случае не за возврат цензуры, ибо убежден: она должна быть внутренней и определяться культурным уровнем, а не размером гонорара.

Мне говорят: не нравится — не смотри, не нравится — переключи. Э нет, уважаемые! Тут вы, прос­тите, что-то перепутали. С какого, извините, перепугу вы решили, что кнопка на пульте — ваша собст­венность? Заказчик музыки и танцев здесь я — телезритель. И со мной не пройдет «пипл хавает». Я хочу видеть и слышать не похабное варево из бородатых, чудовищно пошлых анекдотов и гнусных кривляний, а по-настоящему умное, острое слово. Интеллигент­ное. Хоть это определение и стало для многих бранным. И таких как я, хочется верить, куда больше, чем тех, кого подсчитали в мифических рейтингах юмористических программ и на кого ссылаются телебоссы.

P.S. А еще, говорят, в Европе есть такой ТВ-канал, на котором круглые сутки транслируют музыкальную классику, сопровождая ее показом удивительных по красоте пейзажей. Сиди и вдыхай, как свежий воздух.