Культура и История

Из жизни Дон Кихота

Друзья нередко называли художника Оскара Марикса Дон Кихотом и с удовольствием ходили к нему в гости

Мастер кисти приехал в Минск в 1920 году и, по словам дочери Любови, с удовольствием писал здешние достопримечательности. В том числе старинную улицу Герцена, где в доме № 2 долгое время жила семья.

— Внешне здание выглядело прекрасно. Когда-то его даже украшали росписи.

Там у нас была небольшая комната в бывшей школе, классы которой переделали под жилье, — вспоминает Любовь Оскаровна. — Причем нашей семье досталось помещение над аркой, которое мы утепляли сами, но победить сырость и холод все равно не смогли. Сейчас на стене этого дома мемориальная доска, посвященная основателю белорусской сцено­графии.

— Отец безумно любил драматический театр, — поясняет Любовь Марикс. — И работал со многими известными режиссерами, например с Евстигнеем Мировичем. Оперу жаловал меньше. А вот балеты оформлял с большим энтузиазмом. Над постановкой балета «Дон Кихот» работал дважды. Первый раз еще до войны. В детстве я бывала на всех спектаклях и многих репетициях театра, который потом стал именоваться Купаловским. В четырехлетнем возрасте даже влюбилась в народного артиста СССР Владимира Владомирского. Наверно, уже тогда на меня оказал влияние его магический актерский талант. Папа дружил со знаменитостями. У нас всегда были гости. Обычно мы только завтракали семьей. Нередко на обед или ужин забегал тогда еще молодой скульптор Заир Азгур, постоянно заходили художник Иван Ахремчик, литераторы Кондрат Крапива, Петрусь Бровка, Кузьма Чорный, другие классики. Хорошо помню Янку Купалу и его жену тетю Владю, у которой мне в детстве очень нравилось сидеть на коленях. Маме приходилось нелегко. Сначала она хлопотала у плиты, потом отправлялась на работу, а поздно вечером мыла горы посуды.

Особо любили гости кофе, который мастерски умел варить хозяин дома. Напиток получался таким крепким, что многие потом не могли заснуть.

— Папа получил европейское образование, — говорит собеседница. — Он первым ввел трехмерное измерение декораций. К счастью, сохранились сотни театральных работ отца. По ним и сегодня можно обучать будущих сценографов. Меньше повезло другим произведениям отца. Немцы вывезли их из Беларуси прямо с выставки, которая открылась в Минске за несколько дней до начала войны. Друзья успели увезти из нашей квартиры в Белорусский государственный театр имени Янки Купалы бесценную библиотеку. Часть книг с экслибрисами папы вернулась обратно еще при его жизни.

Читайте также:  Кино без правил

Любовь Оскаровна окончила первый выпуск факультета журналистики БГУ. Некоторое время работала в редакции газеты «Вечерний Минск». Потом связала свою судьбу с Белорусским союзом художников, участвовала в подготовке выставок, творческих проектов.

Нынешним летом дочь Марикса отметит 87-летие. Чувствует себя отлично. В прошлом году летом хлопотала на даче в Острошицком городке, плавала в озере. На вопросы отдыхающих, как водичка, с юмором отвечала: соленая…

— Есть у меня неисполненные желания, — признается собеседница. — Очень хочется выпустить книгу об отце. Уже готов ее макет, но чтобы передать его в печать, не хватает средств. Мечтаю побывать еще на одной папиной выставке. Немало его работ, в том числе и связанных с Минском, хранится в Национальном художественном музее Беларуси. Жаль, не в постоянной экспозиции.

Любовь Оскаровна нередко вспоминает о прошлом. К примеру, о спорах с отцом о поэтах, по поводу которых их мнения порой расходились. Оскара Марикса шокировало поведение Маяковского и Есенина, с которыми художнику доводилось встречаться в Москве. Переубедить его дочери так и не удалось.

— Отец не любил тех, кто злоупотреблял спиртным, — подчеркивает Любовь Марикс. — И еще он был принципиальным человеком. В двенадцать лет я помогала папе делать трафареты. С первых дней войны начала зарабатывать на хлеб. Меня взяли в Купаловский театр (тогда находившийся в эвакуации в городе Уральске) учеником в оформительский цех. Трафаретить декорации не всегда хотелось. Особенно, когда артисты в перерывах между репетициями играли во дворе в волейбол. Однажды папе даже пришлось написать на свое чадо докладную.

Когда семья переехала в большую квартиру в доме напротив цирка, Оскар Петрович превратил одну из комнат в мастерскую. В ней он работал до последних своих минут.