Фотоальбом Евгения Коктыша

Геннадий Овсянников: святая простота

С ним можно по-свойски, хоть и актер, человек богемный, и это нравится многим. Один сельчанин так его и отрекомендовал: «Степаныч — наш человек, смокингов не носит!» Но, сдается мне, не так прост Овсянников, как себя малюет

Стоит нашему брату журналисту зацепить народного артиста СССР и Беларуси вопросом, в ответ на который и пофилософствовать можно, как Геннадий Степанович уже через два-три предложения рассуж­дений сам себя останавливает: «Ой, что-то заумь из меня попёрла…» — и продолжать — ни в какую. Говорит, мол, люблю, когда все просто сказано, тогда и расшифровывать ничего не надо. Но за подобными объяснениями Овсянникова мне всякий раз чудится другое — будто не особо актер верит, что нынче его «заумь» кому-то нужна. А в том, что Геннадий Степанович — умнейший человек, глубокий, лично у меня сомнений не возникает. Наверное, другой и не мог вырасти из мальчика, чьим любимым занятием в детстве было чтение. Овсянников до сих пор, приходя в гости, первым делом пробегает глазами по корешкам книг на хозяйских полках. Пробежит, что-то для себя поймет и… начинает балагурить. Кажется, образ простого мужика, в котором актер больше полувека живет на сцене, не отпускает его и в жизни. Хотя сам Геннадий Степанович, скорее всего, сейчас возразил бы мне, уверяя, что ни кап­ли не играет вне театра, а такой вот простой белорусский мужик в жизни и есть.

Путь Овсянникова в актеры был не прост. Это в деревне Белыничи, где Геннадий закончил 10-летку и был звездой местного драмкружка, его признавали за большой талант: мальчик, которого после смерти отца и второго замужества матери воспитывала тетка, сельская учительница, был неизменным конферансье на всех школьных концертах, выступал в районном доме культуры, в агитбригадах. Но после окончания Белорусского театрально-художественного института, куда Овсянников поступил легко, несмотря на высокий конкурс, ему пришлось больше 10 лет довольствоваться только эпизодическими ролями в театре Янки Купалы. И это в то время как одногрупп-ник Тарасов, работавший там же, был приглашен на главную роль.

— Тогда я часто думал: ну что же это я в самом деле всегда в сторонке? Неужели ни на что не способен? — признается Геннадий Степанович. — Так мечталось порой, глядя на актера на первом плане: эх, а вот бы я рядом с ним… Я бы показал…

Настало время, и Овсянников действительно показал. Да такое, что стал любимым актером известного белорусского драматурга Андрея Макаенка. Никто другой, был уверен тот, не сможет так глубоко прочесть и показать персонаж, как Овсянников. Исключительной в его творческой судьбе стала роль Терешки Колобка в «Трибунале» Андрея Макаенка, сыграть которую на главной сцене Беларуси считалось большой удачей. Постановка имела шумный успех — Овсянникова наградили серебряной медалью имени Алексея Попова. Артисту стали доверять первостепенные роли, которые, впрочем, особым разнообразием типажей не отличались: Овсянникову было всего 40 лет, а образы сельских дедов сыпались на него как из рога изобилия. С тех пор Степаныч то дед, то старик, то солдат или крестьянин. Традиционный герой Геннадия Овсянникова — человек скромный и даже деликатный. Но если решит что-то — пойдет до конца. Актер говорит: таков типичный характер белоруса. Любит чарку принять, за нею побалагурить. Не прочь за женщинами приударить. Соб-с­твенную жену слегка побаивается. В детях души не чает. Работать умеет от зари до зари. Когда его обижают, спорить и бороться не умеет. Просто замолкает надолго. В общем, чем-то неуловимо напоминает самого Овсянникова. Который, хотя высокими званиями, почестями и наградами не обделен, в интригах не замешан, просить не умеет, предпочитает признания добиваться тяжелым трудом. Говорит, каждая роль дается тяжело — иногда не дает заснуть, пока не будет разгадана, доиграна, пусть пока в голове, а не на репетиции.

Читайте также:  Между сном и явью

Хотел бы Овсянников изменить амплуа? Конечно. Ведь, объясняет актер, если из года в год играть похожих персонажей, появляется некоторая заштампованность. Но, рассуждает Овсянников, в силу своей индивидуальности и внешних данных он явно не годится играть «белую кость».

— Ведь сразу видно, что рос не в семье Алексея Баталова или Михалковых. Конечно, могу сыграть аристократа, но будет заметно, что я не в своей шкуре, — говорит актер. — Так что роль простого человека — это мое…

Слава, всенародная любовь и уважение не изменили Геннадия Степановича: он и поныне удивительно скромный, доброжелательный, сердечный, совестливый и неамбициозный. Интеллигент в том смысле слова, который вслед за Быковым в него вкладывает сам Овсянников: интеллигентный человек — это тот, который не занимает много места.

* Геннадий Овсянников — последний белорусский актер, которому было присуждено звание народного артиста СССР. Его присвоили одним списком с Пугачевой и Янковским за четыре дня до развала Советского Союза.

Также Геннадий Овсянников — народный артист Беларуси, лауреат Госпремии Республики Беларусь и специальной премии Президента Беларуси деятелям культуры и искусства. Награжден орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», медалью Франциска Скорины и серебряной медалью имени А. Попова.