Столичный провинциал

Элита со скидками

У каждого города, даже у самого провинциального, есть своя Рублевка. Пусть маленькая, на пару домиков, но, как модно нынче говорить, элитная

Элитная квартира. Элитная квартира в элитном доме. Элитная квартира в элитном доме в элитном районе. Элитный коттедж в элитном поселке, элитное авто с элитными номерами. Как все это знакомо, правда? Но это непременно должно быть что-то уникальное, исключительное. Интернет-поисковик на запрос «элита» выдал 21.300.000 ссылок. Ничего себе уникальность! Редкое слово или имя отзовется таким эхо во Всемирной паутине. Ставим эксперимент: запрос П.И. Чайковский — 9.960.000, вдвое меньше. Альберт Эйнштейн — 3.740.000, почти в шесть раз реже встречается на просторах Интернета, чем упоминание о дорогих безделушках. А.С. Пушкин отозвался 1.220.000 раз — уже почти в 20 раз скромнее. Илья Ефимович Репин нашел 457.000 поклонников, Янка Купала — 377.000. То есть все эти известнейшие представители мировой культурной и научной элиты, как говорят нынче, имеют слабоватый рейтинг. При этом ни в одном из исследованных мною закоулков Сети рядом с людьми, изменившими наш мир и наше сознание, слово «элита» не значится. Вы скажете: «История все это, достояние веков». Продлим наш экс­перимент. Лауреат Нобелевской премии Жорес Иванович Алферов. Без его фундаментальных исследований и открытий не было бы сегодня мобильных телефонов, лазерных дисководов и многого другого. Куда уж современнее. Реакция Гугла — 2.660.000 ссылок.

А элитарными себя сегодня считают не только квадратные метры и лошадиные силы под капотом, но и собачьи клубы, стоматологические кабинеты, салоны красоты. Организаторы преступных группировок вместе с самыми кровавыми киллерами тоже причислили себя к элите ими же созданного преступного мира. Ну и, естественно, агентства недвижимости. Дальше — больше. Один минский подвальчик в объявлении гордо именует себя бутиком. «Элитный секонд-хенд. Скидки!» Интересно, кто сбросил со своего плеча и передал на реализацию подержанный пиджачок? Может, родственники Элвиса Пресли поизжились и торгуют одежонкой знаменитого предка? А вот рекламная растяжка над столичной улицей: «Квартиры в элитном районе, ограниченное предложение!» Напрашивается вопрос. Кто автор этого искрометного слогана и насколько ограничены возможности застройщика?

На титул Рублевки в окрестностях Минска претендуют несколько районов. Это квартал коттедж­ной застройки на месте бывшей деревни Дрозды. Но и квартал невелик, и название какое-то не слишком звучное. Представляете:

— Где домик прикупил?

— На Дроздовке.

Нет, не элитарно как-то. Еще Боровляны-Валерьяново. Хочется местным обитателям считать себя жителями эксклюзивного района, но на самом деле он ничем не отличается от иных пригородов с аналогичной застройкой. Ну, дорогие частные дома, ну, недешевые иномарки выползают из автоматических ворот. Уникальность-то в чем? Похоже, что это происки все тех же риел­торов. Кстати, оби­татели подмосковной Рублевки, поездив по миру, похоже, поняли, что между местечковым богатством напоказ и реальной исключительностью — огромная разница, и стали потихонечку покидать многомиллионные гнездышки, вкладывая деньги в недвижимость более разу­мно. Пустеют пригородные бутики с брильянтовыми витринами, дорогие рестораны и школы для якобы избранных.

Существует такая притча. Когда российский купец Савва Морозов очень уж разбогател, то построил себе в Москве особняк. Пригласил свою маму и повел показывать новые хоромы, чтобы оценила старания сына. Матушка, женщина простая, походила, поглядела да и говорит со вздохом: «Что же ты, Саввушка, натворил. Раньше я одна знала, что ты у меня дурак, а теперь вся Москва знать будет».

Получается, что прежде, чем назваться элитой, нужно ясно осо­знать, что на самом деле понятие это глобально не имеет прямого отношения ни к сорту кукурузы, ни к породе поросят, ни к жилплощади. Прежде всего это люди, принесшие своим талантом и трудом пользу целым народам и всему человечеству. Да и нужно ли непременно каждое утро мерить домашними тапочками квадратные метры в минской новостройке с ощущением собственной элитарности?

В старом Минске кварталы, где проживали люди заслуженные и уважаемые, именовались не иначе как аристократическими. И этим все сказано.

Получается где-то между Эйнштейном и Пушкиным. Почти на порядок меньше упоминаний, чем у тех, кто самозванно причисляет себя к высшей пробе.

Такая вот экспертная оценка недвижимости получилась. Может, именно после этого Савва Морозов и стал знаменитым меценатом и покровителем искусств?