Слава Минска

Столичный знаменосец

На протяжении многих лет во время различных торжеств знамя города неизменно выносил один человек — Иван Яковлевич Парфененко

И хотя при вручении Минску «Золотой Звезды» города-героя знамя держал руководитель республики, Парфененко был рядом. Болезненность и слабость генерального секретаря ЦК КПСС уже были очевидны, все понимали, что и привинтить награду к знамени ему будет сложно, и уронить ее он может. Потому Ивану Яковлевичу было поручено подстраховать процесс. Отверстие на бархате пробили заранее, обметали его ярко-желтой ниткой, и Леонид Ильич на диво ловко продел стерженек. А тут уж Иван Яковлевич накрыл его руку своей ладонью и мастеровито прикрепил держатель с изнанки, как-никак к металлическим деталям моторостроителю не привыкать.

Днем вступления в строй ММЗ считается 23 июля 1963 года, когда был освоен двигатель Д-50, предназначенный для трактора «МТЗ-50».

Во все времена были скептики, утверждавшие, будто награды людям достаются исключительно потому, что «биография подошла». А как быть, если био­графия эта абсолютно схожа с сот­нями и тысячами подобных судеб? Хотя бы как у Парфененко. Родился в деревне под Могилевом. Жили бедно: шестерых детей, работая в колхозе, родителям было поднять нелегко. Потом война. Отец ушел на фронт и погиб в Восточной Пруссии уже в 1945-м.

Мать осталась одна. Помощь старших детей, конечно, принимала, но больше всего настраивала их на учебу. Когда в 1946 году Иван оканчивал десятилетку, в школу приехали вербовщики из Минска. Рассказывали о тракторном заводе, и казалось, что именно там самое место для крутых деревенских парней, тем более что заработки чистой монетой, можно присылать их матерям в беспро­светное послевоенное безденежье. Несколько человек отважились изменить жизнь.

Однако оказалось, что красочно расписанные агитаторами цехи и общежития были пока только в чернильницах архитекторов, строители МТЗ жили в палатках. Хотя для Ивана палатка недолго служила пристанищем. Через пару суток ему предложили командировку в Сталинград для учебы на прославленном тракторно-танковом заводе. В частности для освоения процесса изготовления двигателей.

Общий язык с такими же молодыми сталинградцами нашелся сразу. Хотя в буквальном смысле они не всегда понимали друг друга, и порою приятели долго переводили белорусские выражения Ивана. Иногда его словечки приживались, и озорники из глубинной России кричали друг другу «Дроцце шпарчэй давай!», что обозначало просьбу о подаче проволоки. А когда Иван выписал белорусскую газету, ее получения ждали многие, чтобы послушать чтение вслух, повторить стихотворные строчки, обогатить лексикон «для избранных», непонятный членам других бригад.

Танковый двигатель В-2 был и­зучен досконально. По возвращении в Минск Парфененко как главному знатоку моторов поручили для разборки, снятия характеристик, изучения, постижения секретов заграничный «перкинс». И в создании своего Д-50 он принимал участие уже как один из лучших специалистов. Армия тоже помогла в совершенствовании профессии — Ивану Парфененко доверили двигатели противолодочного корабля «Большой охотник», на котором за пять лет службы обошел много морей и океанов.

После флота — опять завод, свой цех-лабаратория, учеба в вечернем техникуме, потом в институте, работа комсоргом, 12-летнее депутатство в горсовете от Дражни. Увлеченный работой, загруженный учебой, недавно женившийся, он был не прочь отказаться от многолетней депутатской нагрузки, но дражненцы не отпускали, в числе его заслуг непременно называя баню, построенную при его помощи в первый год депутатства.

Потом была общественная работа в Президиуме Верховного Совета БССР, но главной оставались моторы. На основе их экспериментального цеха образовался моторный завод, и Иван Яковлевич на протяжении 35 лет был бессменным и лучшим испытателем минских моторов. Слушал их как музыкант, разбирал как часовщик, изучал изъяны как ювелир. В 1971 году стал Героем Социалистического Труда.

— Так что биография моя типична для белоруса, — констатирует Иван Яковлевич. — Такая же — у жены Марии Болеславовны. В их семье было 9 детей, отец рано умер, Маша девчушкой приехала из-под Логойска в столицу. В няньки. Потом завод, институт, далее — инженер в отделе главного конструктора.

Типичная биография для поколения, привыкшего к трудностям, закаленного войной, в высшей степени ответственного.

— Меня позабавил случай, когда страной Виктории Азаренко на кубке написали Бельгию, — отзывается на последние спортивные события Иван Яковлевич. — Но это курьез, мир уже прекрасно знает родину первой ракетки. Как и трактор «Беларус». Я бывал в очень многих странах, в те времена знали СССР, а место нахождения Беларуси даже дипломаты не все точно мог­ли определить. Но среди землепашцев слово «беларус» всегда было паролем, ключом к взаимопониманию, кодом. Добротность, выносливость, на­деж­ность, долговечный двигатель, средняя стои­мость машины сделала его любимцем фермеров всего мира. И мне было очень приятно представлять Минск в разных уголках планеты. А сколько сегодня моторов для автомобилей, комбайнов, тракторов идет на экспорт в различные страны. Продукция ММЗ уважаема.

Первой продукцией моторного цеха МТЗ был произведенный в 1948 году пусковой двигатель ПД-10, так называемый пускач, помогавший в запуске основного двигателя.

— Почему же теперь отечественные автостроители предпочитают немецкие моторы? — огорчаю вопросом собеседника. — Почему водители автобусов жалуются на недостаточную выносливость белорусских двигателей? У нас что, металл плохой, руки неуклюжие, мысль притупилась?

— С руками и головой все в порядке. В дефиците то, к чему постоянно призывает Глава государства, — скорость модернизации. Она, как дыхание, должна быть непрерывной, ритмичной, с учетом достижений инженерной и научной мысли. Я лично считаю, что мы справимся, вырвемся в первые ряды. Как председатель комитета Героев в совете ветеранов города, часто встречаюсь со школьниками, вижу их интерес, талант, стремление к знаниям и верю — все будет хорошо!