Столичный провинциал

08-01 «Я не хочу судьбу иную. Мне ни на что не променять ту заводскую проходную, что в люди вывела меня», — пел с экрана кумир наших бабушек, герой культовой советской киноленты «Весна на Заречной улице», актер Николай Рыбников 

 

08-01Автору этих песенных строк не откажешь в историческом предвидении. Это я к тому, что странная в нашем городе наблюдается тенденция: вход в некоторые столичные увеселительные заведения осуществляется через бывшие рабочие проходные минских заводов. Ничего не поделаешь: современная трактовка классической политэкономии.

Поводом для небольшого журналистского расследования послужила банальная и в общем-то не слишком примечательная история. Довелось стать случайным свидетелем, как симпатичных, абсолютно адекватных спортивного вида девушек не пустили в минский ночной клуб на концерт заезжего трубадура.

Зачетный норматив придумали учредители клуба, что расположен за проходной завода «Горизонт». Типовая картина для большинства заведений столицы. «Ну и что? — скажете вы. — Пусть в филармонию на концерты ходят, там шпильки и декольте необязательны». Может, оно и так.

Не знаю, как обязательные дресс-код и фейс-контроль ресторанов и ночных клубов столицы соответствуют нашему законодательству, но моральным принципам выдумки их владельцев частенько противоречат.

Пустят ли вас в ночное заведение, если вы прибудете туда с дамой, которая прикована к инвалидной коляске? Понятно, что в самом вопросе кроется провокация, но все же представить себе такую ситуацию можно. Прекрасно помню, как пару лет назад на первом городском празднике газеты «Вечерний Минск» выступала группа «Дрозды». Мероприя­тие проходило в парке имени Горького. В разгар концерта к толпе гостей присоединилась семейная пара, катя перед собой инвалидную коляску с молодым пареньком. Лидер группы Виталий Карпанов спрыгнул со сцены и побежал прямиком к ним. Уж не знаю, какие именно слова нашел Виталий, но парализованный парнишка рассмеялся, в его взгляде появилась надежда: «Да ведь я ничем не хуже окружающих! Просто немного другой». Это нормальный порыв любого нормального человека — попытаться помочь людям с ограниченными физическими возможностями, поддержать, приободрить. На мой взгляд, термин «люди с особенными потребностями» гораз­до точнее отражает суть проблемы. Действительно, у них выше потребность в нашем внимании, соучастии, отзывчивости.

В ста процентах случаев администраторы, несшие дежурство выходного дня, точнее ночи, ответили категорическим «нет» в посещении человеку в инвалидном кресле. Такой вот дресс-код получается…

Конечно, клуб — заведение увеселительное и можно бы полегче относиться к происходящему. Ну что ж, мы тоже люди негрустные и решили продолжить изучение вопроса в шуточной форме.

Совсем недавно Ангела Меркель, прилетев в Минск на заседание нормандской четверки, легко прошла фейс-контроль на входе во Дворец Независимости, хотя и прибыла в обуви без каблуков. Интересно, а в прокуренное заведение через проходную завода «Горизонт» канцлера Германии пустили бы? Эту головоломку я переадресовал администратору местечкового очага клубной культуры. Полученный ответ превзошел все ожидания, привожу его текст близко к оригиналу: «Госпожу Меркель, в виде исключения, мы пустили бы в ее любимых туфлях без каблуков». Эх, не знала председатель немецкого Федерального правительства, что ей готовы пойти навстречу, сделать исключение и допустить к барной стойке заведения, дабы могла она отведать фирменных коктейлей под названиями «Опухоль мозга» и «Хиросима» — чернушный креатив, уходящий далеко за настоящий горизонт.

Игра в вопросы и ответы становилась увлекательной, и, невзирая на поздний час, я продлил опрос: «Пропустили бы на вечеринку олимпийскую чемпионку, к примеру Дарью Домрачеву, если бы она непочтительно явилась потанцевать в кроссовках?» В попытке быть объективным обзвонил несколько минских ночных клубов в самый разгар вечеринок — около полуночи.

Задачка оказалась слишком сложной, в телефонной трубке стало слышно, как заскрежетали шестерни в голове клубного вышибалы. Он переадресовал вопрос дежурному администратору, которая милым голоском послала к арт-директору. Тот, обозвав меня молодым человеком, поступил, как заправский чиновник. «Ваш вопрос взят на конт­роль. Мы обязательно перезвоним вам в самое ближайшее время, когда решим эту проблему».

Ближайшее время — понятие весьма относительное. Жду уже пятые сутки.