Солдаты победы

Последний рывок

15-01 Как пехота помогала бронетехнике при штурме Берлина, рассказал ветеран Сергей Пыко, непосредственный участник тех событий

Учись, солдатом будешь

15-03 Когда советские войска вышли к Днепру, в освобожденных городах и селах началась мобилизация. В сентябре 1943 года повестка пришла Сергею Пыко.

— В военкомате мне сказали прямо: на возраст глаза закрываем, мол, до совершеннолетия остается всего полгода, — говорит ветеран. — Пока поучишься, а потом — на фронт. Выдали предписание явиться на сборный пункт. Оттуда отправили в пятый учебный полк, расположенный под Свердловском.

Постоянное ощущение голода в учебке было не из-за малых порций в столовых, а от огромных физических и моральных нагрузок.

Описать обучение довольно тяжело. Обычная солдатская мушт­ра. Постоянно гоняли на плац упражняться в строевой. Хватало в учебном полку дурости. В столовую шли строевым шагом с песней, а если офицеру не по­нравилось, как идем или поем, то командовал возвращаться на исходную позицию и начинать снова. Только пришли в столовую, не успели две ложки съесть, как команда: «Встать! Смирно! Закончить прием пищи и строем на плац!» Почему так? Полковнику помешал шум сотни солдатских ложек. Постоянные ночные тревоги-побудки, придирки к внешнему виду — все было. Но это так, издержки службы.

Учили стрельбе, отработке атак, обороне. Но чаще вспоминается быт. Например, в учебках существовал такой ритуал: один боец нарезал хлеб на положенные уставом куски, а второй стоял спиной. Первый указывал на кусок, а второй на бойца, которому он достанется. Все по справедливости, никто не в обиде. Вы и представить себе не можете, какое счастье было получить горбушку.

К лету 1944 года из учебных полков вышли вполне подготовленные бойцы. Для них грандиозная белорусская наступательная операция «Багратион» стала главным жизненным экзаменом.

От Бобра до Одера

Сергей Пыко стал командиром расчета станкового пулемета. Это грозное оружие было призвано защищать позиции и помогать пехоте в наступлении. Летом 1944 года он принял первый бой при форсировании реки Бобр под Борисовом.

— Новобранцев оставили во втором эшелоне наступления, — вспоминает ветеран. — В первые дни «Багратиона» в атаку пошли самые подготовленные бойцы, проверенные не одним десятком боев. Нас ввели в сражение уже при форсировании реки Бобр. Прикрывали пехоту. Подавляли вражеские пулеметные точки, лупили по брустверу окопов. В общем, не давали немцам поднять головы до тех пор, пока наши сослуживцы не ворвались в их траншеи.

От того, как быстро и качественно пехотинец обустроит окоп, напрямую зависит его жизнь.

 

Немного подробнее расскажу про пулемет СГ-43. Расчет был из четырех человек. Я командир и первый номер. Моя задача — искать и уничтожать приоритетные цели. Слева — боец, который подавал ленту и перезаряжал оружие. Еще двое подавали патроны и при интенсивном огне заменяли ствол. Пулемет на колесной треноге можно катить, как пушку, или ставить, как зенитку. В комплекте — защитный бронелист, два запасных ствола и ящики с патронами. Общий вес — 70 килограммов! Оружие неприхотливое, надеж­ное. Било отлично. Поэтому мы всегда были под самым яростным огнем — в первую очередь старались уничтожить нас.

15-02 В пехоте без работы ни минуты. Только перешел к обороне — начинаешь копать. Не отдыхать, а копать! Если остановка длительная, то окопы рыли в полный рост, потом соединяли их траншеями. Тысячи кубометров земли перекидал своей саперной лопаткой за год войны.

Читайте также:  «Бессмертный полк» в Стране кленового листа

Приходилось и переводчиком выступать. В школе учил немецкий язык. В передовых частях их не было, а пленные были. Чтобы допросить, их отправляли в штаб. Это огромная потеря времени! Поэтому командир звал меня переводить. Например, в Польше незадолго до атаки к нам попал фриц. Во время допроса он рассказал, что прямо перед нами — прекрасно оборудованная линия обороны. Обошли ее с флангов, застали противника врас­плох. Они сдались без боя, а мы не потеряли ни одного бойца!

Сражение за Берлин

Сергей Титович участвовал во взятии Берлина. Его рота с боями прошла путь от Одера до столицы Германии.

— Для меня сражение за Берлин началось с его дальних укреплений, — рассказывает ветеран. — Противник знал, что советские войска скоро войдут в Европу, а потом и в Германию. Оборону вокруг Берлина возводили долго и качественно. Десяток подготовленных рубежей с противотанковыми заграждениями, дотами и дзотами, минными полями и колючей проволокой. Они располагались в паре километров друг за другом. Каждый из них приходилось брать с огромным трудом. Гитлеровцы не бежали, а организованно отступали и остервенело бились за каждый такой рубеж. От Одера до самых пригородов Берлина. А это почти сотня километров! Бои в самом городе были уже не такими тяжелыми, как на внешних рубежах. Фашисты понесли тяжелые потери, устали да и понимали, что поражение неминуемо.

Когда шли в атаку на Берлин, видел мертвых бойцов — наших и противника, — на теле которых не было следов от пуль или снарядов. Они просто умерли: сердце не выдержало того ада.

Разрывы снарядов сливались в один сплошной гул. Не слышно было даже свиста падающих бомб, ружейной канонады. Пыль от взрывов, дым от пожаров. Описать это можно одним словом — безумие. Однажды за нашими позициями стала батарея «катюш», а мы не знали. Когда раздался залп, то попадали на землю, закрыли уши руками. Свист стоял невыносимый от реактивных снарядов, проносившихся над головой. Когда пошли в атаку, то даже биться не пришлось. Где линия обороны — не разберешь. Бревна, балки, колючая проволока, орудия, трупы — все в куче…

Бои становились менее интенсивными. Наши войска быстро продвигались вперед. До пригорода Берлина дошли уже с меньшим напряжением.

Бои в городе тяжелы по-своему: сражались за каждый дом, подвал, этаж. Немцы настроили баррикад, укреплений. Рядом с танками и самоходками шли по берлинским улицам, методично зачищая квартал за кварталом. Разведали, что впереди, рассказали командирам танков и САУ о том, где стоят пушки, в каких окнах оборудованы пулеметные гнезда. Уничтожали их, а следом шла пехота, расчищая путь бронетехнике. Главным врагом для танков и САУ в Берлине были фаустпатронники. Улица за улицей мы пробивались к цент­ру Берлина. Наверное, трое суток бились.

До рейхстага добрались уже после капитуляции Берлина. Посмотрели на его развалины, на красное знамя. В этот же день 2 мая 1945 года нас направили вперед на Эльбу. Там я и встретил День Победы.