Люди и время

Звучание времени

11-01-01-136 90 лет назад, 15 ноября 1925 года, в радиоэфире прозвучало: «Гаворыць Мiнск! Радыёстанцыя iмя Саўнаркома БССР пачынае сваю работу»

11-01-01-13690-летие Белорусского радио особыми торжествами не отмечалось. Но, помня свою радийную молодость, я позвонила бывшим коллегам и спросила, чем им более всего запомнилась работа на радио, какие голоса времени поразили их больше всего.

Меня, например, больше всего потрясла запись, присланная гомельскими коллегами: были слышны плеск и хлюпанье жидкости, скрип насоса, бессвязные радостные выкрики, топот, смех… Она была сделана в момент появления из скважины первого фонтана белорусской нефти. И звуки настолько ярко передавали картину, эмоции, душевный подъем, безмерную радость, что даже увиденная впоследствии кинохроника показалась бледнее.

15 ноября мы вспоминали одного из лучших журналистов радио, писателя и профессора журфака Евгения Радкевича. В памяти остались его репортажи с обдуваемой ветром трубы Гомельского суперфосфатного завода, его звуковой шедевр «10 часов дороги», где в звуках воплотились пульс, ритм, романтика железных дорог.

Помимо документальных репортажей радио создавало спектакли с участием самых именитых актеров, в эфире звучали стихи в исполнении авторов и дикторов, записывались оркестры, хоры, оперные мастера и самодеятельные ансамбли.

Не все голоса девяти десятилетий сохранилась в фонотеках. Но они остались в памяти.

Первая трансляция радио шла из здания на улице Советской, 23. Нынче это проспект Независимости. Через год вещание велось с улицы Университетской. Теперь это улица Кирова в районе стадиона «Динамо». В конце 1938 года радио разместилось на Революционной, 3. В августе 1963-го был сдан в эксплуатацию Дом радио на Красной, 4.

Дмитрий Николаевич Марченко, председатель Совета ветеранов Белтелерадиокомпании, заслуженный работник культуры Республики Беларусь, много лет возглавлявший главную дирекцию программ и начавший свою радиокарьеру репортером новостей:

11-01-02-136— Судьба мне преподнесла немало подарков в этой должности. Я вместе с другими московскими и белорусскими журналистами провел бессонную ночь возле солигорской шахты в ожидании первой добытой соли. На рассвете из десятков коллег выбрали Ивана Новикова, Валентина Пономарева из центральных московских газет и меня с магнитофоном для спуска в шахту. Газетчики поговорили с шахтерами запросто, а мой микрофон оказался залитым соленой водой, стекавшей со всех стен. Тем не менее репортаж в тот же день пошел в эфир. Это было 30 апреля 1960 года. А 1 мая шахтеры на демонстрации в Минске катили перед собой добытый кусок сильвинита. Кусочками помельче были набиты мои карманы.

Я присутствовал при закладке Лукомльской ГРЭС, разговаривал с жителями отселяемых из зоны будущего озера деревень. Был на закладке новополоцкого «Нафтана». Рано на рассвете записал соловьи­ные трели над Двиной, а потом грохот начинающейся стройки.

Татьяна Петрова, корреспондент детской редакции радио, руководитель клуба «Репортер»:

— Клуб «Репортер» я вела на добровольных началах. В него приходили школьники после 8-го класса, и почти все оставались в журналистике. Достаточно назвать Егора Хрусталева, Тамару Лисицкую, Александра Круглякова, собкора одного из российских телеканалов в Лондоне Александра Хабарова… Это мои ученики. А основной работой была программа «Презумпция» с участием трудных подростков, юристов, педагогов. Я всегда выступала в роли адвоката своих героев. Многих мы спасли от тюрьмы, вернули квартиры сиротам, нашли спонсоров инвалидам.

Владимир Суббот, коррес­пондент радио в 1970-1980-х годах:

— Для меня, выросшего в глуби Полесья, радио было академией жизни. Мы всему учились по радио, люди, там работавшие, были богами для нас. И вот прихожу я на прак­тику, стою в очереди в буфете, а за мной — певица Тамара Раевская. Рядом за столом наслаждается молочным супчиком Игорь Лученок. Долго я привыкал к подобному соседству. К возможности встретить в коридорах Марину Троицкую или Софью Гурич, имена которых назывались в радиоспектаклях. А уж если мои заметки читала Лилия Ефремовна Стасевич — это было высшей наградой. И насколько деликатны были эти люди. Никогда не правили наши корявые ученические тексты без разрешения, мол, трудно читается такое сочетание слов, не позволите ли поправить. А как режиссеры Ирина Борисовна Андреева и Тамара Константиновна Старостенко отучали меня от своеобразного полесского говора, учили секретам правильной белорусской речи. И научили, слушатели стали узнавать. Однажды ночью, опоздав на пассажирский поезд, хожу по станции Лунинец и спрашиваю, как в Минск добраться. А с тепловоза голос по громкой связи: «Корреспондент Суббот, подойдите к тепловозу товарняка!» Подхожу. Машинист приглашает в кабину. И догоняем пассажирский. И вообще радио — моя судьба. Меня однажды председатель колхоза с поля выгнал, чтоб не путался под ногами. А через три года этот председатель стал моим тестем.

Нина Чайка, радиожурналист, член Союза писателей Рес­публики Беларусь:

— Когда я, выйдя замуж, поменяла фамилию, получила выволочку от председателя комитета Нестеровича. «Мне в эфире нужна Агафонова, а не Чайка, — пояснял Василий Петрович, — в Агафоновой больше гласных, она весомее. Радио не увидишь и не прочитаешь, здесь только звуки, шумы, эмоции, голос и фамилия журналиста, а ты три гласных потеряла».

Нас учили ответственности за каж­дое слово в эфире, за своих героев. Мы постоянно повышали квалификацию на курсах юридических, языковых, психологических, искусствоведческих. А дикторы ездили по стране и искали людей для пополнения своих рядов. Потому и вспоминаются до сих пор Илья Курган и Лилия Стасевич, Галина Сидельникова и Николай Антипов, Лев Володин и Галина Еременко.

Виктория Юркянец, оператор-монтажер музыкальной редакции:

— Долгое время музыка в эфире звучала живьем, а с приходом записи появилась возможность сохранить музыкальные сокровища страны. Обучала меня мастерству оператор Тамара Стыдель. Потом мы уже с дирижером Борисом Райским, руководителем струнного ансамбля Леонидом Смелковским сводили записанные порознь отрывки, выбирали варианты, убирали помарки, иногда вырезали лишнюю нотку или вздох музыканта… Только теперь, слушая записи прошлых лет, понимаю, насколько нужна и важна была эта работа.

Николай Реент, главный редактор передач для Минска и Минской области Белорусского радио в 1982-1997-х годах:

— Вспоминая нашу редакцию, как никто другой понимаю всю важность работы столичных СМИ и сегодняшнего агентства «Минск-Новости». Ответить на вопрос, какую информацию своего времени считаю самой важной, сложно: для человека важны и общегородские события, такие как открытие новой станции метро или сдача очередного миллиона квадратных метров жилья, а также посадка деревьев, ремонт улицы. Принимая поздравления, я в свою очередь адресую их «Радио-Минск», всему вашему агентству.

Иван Кахнович, главный редактор газеты «Минский курьер»:

— Приглашая меня, газетчика, в середине 1990-х трудиться на Белорусском радио, тогдашний главный редактор «молодежки» Игорь Гончарук сказал: «Радийная работа настолько увлекает и затягивает, что расстаться с ней уже не захочешь». И ведь был прав! Радио — это эмоции, драйв, расписанное по секундам время и постоянное общение с людьми. Во времена, когда не было мобильных телефонов и Интернета, информацию приходилось добывать, бегая с довольно-таки увесистым магнитофоном с одной встречи на другую, а затем быстро готовиться к передаче — монтировать материалы, записывать в студии. Тогда только начинали работать в прямом эфире, и «молодежка» стала опытной площадкой в этом деле. Помню первый в истории радиомарафон, который мы вели на протяжении почти суток — с 6 утра до 12 ночи. Он был посвящен 10-летию чернобыльской катастрофы. Огромная подготовительная работа — интервью с учеными, экологами, чиновниками, парламентариями, поездки в зону отчуждения, в поселки переселенцев. А потом весь день — живой эфир, когда поочередно менялись ведущие, десятки людей один за другим появлялись в студии… Мы тогда весьма значительную сумму средств собрали для перечисления на благотворительный счет, но не менее важны были слова благодарности от людей за нашу работу и наше собственное удовольствие от нее.

Все выступления на радио, в том числе и больших музыкальных коллективов, в первые послевоенные годы шли в прямом эфире. В канун Нового, 1945 года в эфире прозвучала опера Евгения Тикоцкого «Алеся» на либретто Петруся Бровки.

В программу новогодних передач были включены выступления учащихся столичной средней школы № 2 с поздравлениями фронтовикам воинских частей, которые носили название «Минские». Весть о Победе прозвучала уже через новую мощную радиостанцию, оборудование для которой было смонтировано 1 мая 1945 года.