Общество

Птица – счастье завтрашнего дня

07-01-01-124Еще в 5-м классе Михаил Никифоров составил свой первый определитель пернатых

07-01-01-124Сегодня хорошо известный в научных кругах орнитолог Михаил Ефимович Никифоров — единственный академик среди отечественных зоологов. Но даже после десятилетий, посвященных изучению пернатых, он не решается сказать, что знает о них все. Несмотря на загруженность, академик-секретарь отделения биологичес­ких наук НАН Беларуси, доктор биологических наук, профессор Михаил Никифоров по-прежнему уделяет крылатым созданиям особое внимание. Ведь они учат смотреть на многие земные проблемы с высоты птичь­его полета.

В Черной книге пернатых нет

— Михаил Ефимович, какие перемены в мире птиц отмечают специалисты за последние десятилетия? Как пернатые реагируют на изменения климата, активную деятельность человека, последствия аварии на ЧАЭС?

— К счастью, в Беларуси не происходит масштабных радикальных или катастрофических изменений в окружающей среде, поэтому видовое разнообразие птиц в целом сохраняется. Правда, численность в разных местах и в разные годы может заметно меняться. В заповедниках и заказниках — одни тенденции, а в Минске и его окрестностях, где ведется интенсивное строительство, — другие. Есть более уязвимые к близости человека виды пернатых: чернозобая гагара, глухарь, черный аист, скопа, беркут, белая куропатка и другие. К ним — особое внимание со стороны ученых и природоохранных структур. Что касается последствий аварии на ЧАЭС для фауны и флоры, то их нельзя назвать сугубо отрицательными. Конечно, на эмбриональном уровне смертность у птиц в зоне отселения в ряде случаев могла возрасти, но положительный эффект, связанный с уходом оттуда человека и прекращением его хозяйственной деятельности, визуально более заметен. Там наблюдается восстановление естественных природных биоценозов. В результате гораздо выше стала численность редких видов — филина, серого журавля, орлана-белохвоста, беркута, а также ресурсных — тетерева, водоплавающих птиц.

— Вы стояли у истоков общественной организации «Ахова птушак Бацькаў­шчыны». На ваш взгляд, оправдал ли себя этот проект?

— При создании «Аховы птушак Бацькаўшчыны» мы ставили своей целью сделать ее наиболее известной и эффективной орнитологической общественной организацией. И мы этого добились. Нам удалось объединить знание и профессионализм ученых с одной стороны и энтузиазм любителей-натуралистов — с другой. Тесная связь с наукой, профессионалами обеспечивает организации правильность пути, выбор верных подходов, актуальных проблем и проектов. Любителей-орнитологов в Беларуси с каждым годом становится больше, и это радует. Интерес к родной природе, стремление сохранить ее биологическое разнообразие — один из маркеров патриотизма.

— Каждый 5-й вид птиц, обитающий в Беларуси, занесен в Красную книгу. Это говорит о том, что такому огромному числу пернатых грозит исчезновение?

— Степень угрозы исчезновения птиц, занесенных в Красную книгу, разная. Международным союзом охраны природы выработаны критерии ее определения. В число краснокнижников попадают виды, которые находятся на грани исчезновения (у нас, например, это авдотка, большой подорлик, красный коршун, сипуха), а также те, численность по­пуляций которых еще довольно велика, но уже замечено ее падение. Если сегодня эту тенденцию проигнорировать, завтра количество представителей данного вида может сократиться настолько, что трудно будет принимать эффективные спасательные меры.

— В этом году издана «Черная книга инвазивных видов животных», в которую занесены чужеродные (инвазивные) виды, попавшие на нашу территорию с других континентов, регионов, и проявляющие агрессивность по отношению к местной фауне. Есть ли среди них птицы?

— Нет, среди птиц мы не выделяем чужеродных. Инвазивными можно было бы считать, скажем, некоторые виды попугаев, которые натурализовались в ряде стран Европы. Но они к нам не залетают и не приживаются в Беларуси. За последние 65 лет у нас появились 30 новых видов пернатых. Но это естественный процесс. Для птиц нет границ и преград, поэтому их расселение происходит быстро. В Беларуси стало несколько теплее, появилось больше открытых территорий и, как следствие, распространились виды, характерные для более южных климатических условий. Интересно, что среди новых вселенцев есть и северные виды, такие как лебедь-кликун, чернозобик, большой улит, средний кроншнеп и золотистая ржанка. За последние полвека в Беларуси расселились, например, прежде не обитавшие у нас черноголовые, серебристые чайки и чайки-хохотуньи. Они создают некоторую конкуренцию местным видам чаек, но о вытеснении речи не идет.

Притягивают как магнит

— Когда и как вы открыли в себе призвание орнитолога?

— Птицы как магнит притягивали с детства. Когда мне было 10 лет, родители переехали из Могилевской области работать в санаторий «Криница» в Ждановичах. Много времени со сверстниками проводил в лесу. Когда натыкался на птичьи гнезда, меня всегда поражало разнообразие окраски скорлупы яиц. Постепенно научился распо­зна­вать гнезда по их строению, виды — по голосам. Наполненность леса жизнью пернатых и зверей я уже видел совсем не так, как другие. Поступать на биофак решил исключительно для того, чтобы посвятить себя орнитологии.

Читайте также:  Задействовать резерв

— Михаил Ефимович, с вашим именем связано появление в Беларуси и такого нового научного направления, как молекулярная зоология. Чем она занимается и какие перспективы открывает?

— Молекулярная зоология — это такая область зоологии, в которой для исследований используют методы расшифровки ДНК. В этой макромолекуле записана уникальная информация об эволюции вида с момента его образования. Если научиться ее расшифровывать и правильно интерпретировать результат, можно получить колоссальные дополнительные сведения к уже имеющимся. Зная прошлое вида, можно выяснить его адаптационные способности, прогнозировать изменения его ареалов, более эффективно вырабатывать меры его охра­ны и управления численностью. Нами уже сформирован генетический банк дикой фауны, активно идет его пополнение. Выяснена внутривидовая генетическая структурированность ряда видов.

— С годами у многих людей часто формируется профессиональная деформация. Интересно, есть ли нечто подобное у орнитолога?

— Не знаю насчет деформации, но даже в самолете, когда смотрю вниз на землю с другого ракурса, часто размышляю о том, как закономерно формируется территориальная структура популяций разных видов пернатых, как они расселяются на разных «этажах» и в пространственной мозаике местообитаний, как сосуществуют друг с другом.

Голос дикой природы

— Есть ли птица, к которой вы питаете особые чувства?

— Я люблю всех птиц без исключения. Для меня они все интересны. Ведь это единственные прямые потомки динозавров, это видимая связь с древнейшим миром. Не перестаю восхищаться ими, их разнообразием, совершенством. За столько лет изучения пернатых интуитивно их чувствую, угадываю их намерения и реакции, многие сотни видов знаю в лицо. Для орнитолога информации в природе гораздо больше, чем для обычного человека.

— Михаил Ефимович, у вас, наверное, и дома есть пернатые?

— Я живу в частном секторе, где есть сад, и по нему гуляют павлины. Знаю, многим их крик кажется крайне неприятным, но для меня это голос дикой природы, и он не раздражает. Рядом с домом протекает искусственный ручей. Летом, особенно в засушливый сезон, к нему слетаются стаи птиц: можно увидеть дубоносов, соек, зеленушек, чижей, снегирей, зябликов, клестов, зарянок, скворцов, разные виды синиц, дроздов, дятлов, ­горихвосток. Такая полифония птичьих голосов — заслушаешься! Многие виды размещают свои гнезда прямо на участке в кустарниках и на деревьях. Например, в туе построили гнездо снегири. Зимой устанавливаю на деревьях кормушки. В выходной иногда просыпаюсь утром от того, что за окном дятел долбит по кормушке, требуя завтрак. Компания пернатых очень умиротворяет, снимает стресс и напряжение после рабочего дня.

— Многие современные городские дети, редко бывая на природе, совсем не знают мир птиц, не различают дроз­дов и щеглов, синиц и воробьев. Что, на ваш взгляд, можно сделать в целях орнитологического ликбеза подрастающего поколения?

— Некая предрасположенность к тому или иному занятию заложена в каждом человеке генетически. У одних есть чувство природы, у других его нет. Безусловно, школьников нужно вывозить за город, знакомить с разнообразием и уникальностью живой природы родного края, тем самым развивать экологическое мышление, а также биологические таланты и умения. Но нельзя насильно заставить что-то любить. Раньше природа больше притягивала детей, поскольку жизнь была не так богата на развлечения. Сегодня у юного поколения есть выбор, и это хорошо.

Птицы как люди

На взгляд академика Михаила Никифорова, самым грозным в мире пернатых смотрится орлан-белохвост, самой скандальной — сойка, самой элегантной — белая цапля,

самой цветастой и экзотичной — золотистая щурка, самой кокетливой — голубая лазоревка, самым франтоватым — серый журавль, самой умелой — синица-ремез,

самой смелой — малая крачка,

самым жадным — дрозд-рябинник,

самой эгоистичной — кукушка,

самым компанейским — домовый воробей, самым беззаботным — черный стриж,

самым импозантным — лебедь-шипун,

самым деловитым — дятел,

самым чудаковатым — ходулочник,

самой воинственной — длиннохвостая неясыть, самым мудрым — ворон,

самым драчливым — турухтан,

самой заботливой — утка,

самым степенным — аист,

самым таинственным — коростель,

самой меланхоличной — сплюшка,

самой любопытной — серая ворона,

самой вороватой — сорока.