Ленинский район

Операция «Хрусталь»

06-01-01-16 Зачем в приемно-заготовительные пункты приезжают дамы в норковых шубах, и на что жалуются бездомные и алкоголики

06-01-01-16Во времена СССР не было ничего зазорного в том, чтобы сдать стеклотару в пункт приема вторсырья. Помню, с товарищами тащили туда авоськи с бутылками из-под «Тархуна», «Байкала», «Буратино». Особенно ценились водочные винтовые объемом 0,7 л, но они попадали в наши сетки крайне редко — после взрослых праздников. Процесс сдачи стеклотары мы называли операцией «Хрусталь», а выручив деньги, со всех ног мчались за жвачками, коктейлями, пирожными. Сейчас же школяра с авоськой бутылок днем с огнем не сыщешь — сдавать тару стало прерогативой бомжей или лиц, злоупотребляющих алкоголем.

У меня дома скопилось много баночек из-под детского питания. Ими уже вдоволь снабжены соседские бабушки-дачницы и родственники. Когда пустая тара стала попросту мешать (а выбросить-то жалко!), решила вспомнить свое советское детство и сдать вторсырье в специализированный пункт. Адреса таких объектов нашла в Интернете.

Ближайший оказался на улице Маяковского, 1а. Битый час с доверху заполненным рюкзаком на спине я бродила в поисках пункта УП «Минсккооп­вторресурсы», но тщетно. Зашла на проходную, где улыбчивая дама сказала, что я не первая, кто сбил ноги в поисках этой конторы.

Следующий адрес — улица Лучины, 14. Но киоск оказался закрыт, хотя, если верить информации на табличке, рабочий день должен быть в самом разгаре. Позвонила по указанному номеру телефона. Оказалось, пункт больше не функционирует.

Ничего не поделаешь — пришлось ехать на улицу Семенова, 30. По пути представила себя стоящей в очереди среди деклассированных элементов, источающих алкогольное амбре, и стало как-то неловко. Но, к счастью, такого не случилось: передо мной был лишь один мужчина бомжеватой наружности, принесший макулатуру.

06-01-02-16Приемщицей оказалась весьма милая особа средних лет. Предложила выставить тару на весы.

Читайте также:  Зеленый почин

— Баночки пойдут на бой, мы не отправляем их обратно на заводы по производству детского питания, мало ли какой скол или трещина, — рассказала работница приемно-заготовительного пунк­та ОАО «Белвторресурсы» Елена Вацлавовна. — Контейнеры с тарой забирают на завод по переработке вторсырья, где стекло измельчают.

По ее словам, основной контингент, с которым приходится работать, — люди, злоупотребляющие алкоголем, или бездомные. Да и те в последнее время жалуются: отыс­кать то, что можно сдать в приемно-заготовительный пункт, весьма сложно. Планы по вторсырью нужно выполнять всем: коммунальщикам, «Зеленстрою», садам и школам. Если верить историям, рассказанным самими же «санитарами города», раньше сбор стеклотары был весьма прибыльным бизнесом — за неделю ударного труда можно было купить даже новый холодильник. При этом территории для поиска тары строго делились между «бизнесменами»: если кто-то промышлял на чужой, мог стать участником серьезных разборок.

Сейчас мало где принимают емкости, чтобы в дальнейшем они не пошли на бой. И это неудивительно: если в СССР бутылки для определенных напитков по форме были одинаковые (пивные, водочные, молочные), то теперь производители как хотят, так и изощряются с тарой. Посему бомжи и любители горячительных напитков утратили знатную часть дохода. Посудите сами: принесенные мной 25 баночек из-под «Топтышки» и «Непоседы» весили 3,38 кг. Приемщица отняла от этой цифры 5 % — вес крышек и этикеток, затем чистый вес умножила на 0,08 — тариф по установленному прейскуранту. Моя выручка составила 26 копеек.

Иногда в приемно-заготовительные пункты приезжают весьма интеллигентные дамы в норковых шубах на дорогих «Мерседесах», чтобы отдать приемщику пару-тройку бутылок из-под элитного алкоголя. На вопрос, почему не выбросили в урну, отвечают, мол, не приучены. Как правило, большинство из них долго жили за границей, где раздельному сбору вторсырья отводят особое внимание.