Территория закона

Киллер не выстрелил

Недаром говорят: Восток — дело тонкое. Народ там горячий, обид не прощает. Так, поистине нешуточные разборки афганцев из-за женщины развернулись в Минске

По уголовному делу, которое слушалось в городском суде, потерпевшим проходил афганец Мехман Алиев*. Он приехал в Беларусь в 1985-м, вы­учился на библиотекаря в Институте культуры. Вскоре женился на белоруске, в браке родились три дочери. Однако через 18 лет супруги развелись: якобы разругались из-за того, что старшая вышла замуж за человека, не исповедовавшего ислам. Но Алиев недолго горевал — быстро нашел себе новую пассию.

В начале 2000-х Мехман торговал продуктами в Столбцах — держал на вокзале несколько палаток. Постоянными клиентами предпринимателя были земляки, проживавшие в городе. Среди них Гульнара Ширинова, которая ютилась с двумя детьми в комнате общежития.

— Народ поговаривал, что с мужем, Шамилем, у нее крайне плохие отношения, но на людях они старались этого не показывать. Ширинов слыл весьма состоятельным человеком, имел свой бизнес, — вспоминает Мехман. — Мы с ним общались, но крепкой дружбы не водили. Порой выручали друг друга как земляки. Однажды Ширинов разот­кровенничался: мол, хочет расправиться с супругой — та якобы изменила с его родным братом. Признаться, я даже испугался за землячку, ведь Гульнара как-то упоминала, что Шамиль задушил подушкой первую жену.

Позже Шамиль уехал в Бельгию, стал заниматься продажей подержанных автомобилей, получил там гражданство. При­обрел трехкомнатную квартиру. Со временем перевез туда сына и дочь.

— Через несколько лет мы снова встретились. Я предложил ему забрать в Бельгию Гульнару — в Столбцах она вела себя весьма неподобающе для мусульманки, но тот наотрез отказался, — продолжает Алиев. — Однажды Ширинов решил: Гуля — моя любовница. Стал звонить мне из Бельгии, угрожать. Я тогда полагал: все это делалось для того, чтобы не возвращать 15 тысяч долларов, которые он занял у меня на покупку автомобиля.

Со временем бизнес Мехмана в Столбцах перестал приносить доход, он переехал в столицу, снял квартиру и устроился так­сис­том. Туда же забрал сожительницу с ­дочерью.

Еще один персонаж в этой истории — минчанин Максим Радкевич, работающий водителем-экспедитором. Он познакомился с Шамилем Шириновым в Бельгии, когда перегонял оттуда в Беларусь машины. Подружились. Ширинов даже давал ему автомобили на реализацию без предоплаты. Несколько раз афганец через Максима передавал незначительные суммы денег для жены и детей.

Однажды он написал на бумажке номера машины и телефона якобы своего сооте­чественника, попросил узнать, работает ли тот в службе такси. Максим выполнил поручение, выяснив, что мужчина по имени Мехман действительно занимается перевозками.

Из показаний М. Радкевича: «После Шамиль рассказал, что его жена некоторое время сожительствовала с этим самым Мехманом, который потом ее бросил. По мусульманским традициям он должен наказать обидчика — лишить жизни. Я убеждал его, что в Беларуси не принято убивать из-за того, что супруги расстались, но приятель этого и слушать не хотел».

От своего намерения Ширинов не отказывался на протяжении 5 лет. Максим понял, что его восточный приятель действительно готов на убийство. Тогда парень отправился к правоохранителям. Сотрудникам Главного управления по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД он рассказал, что Шамиль просит найти человека, который за вознаграждение поможет убить бывшего сожителя супруги.

Далее события развивались по разработанному оперативниками сценарию. Максим якобы нашел исполнителя — Николая. Шамиль обрадовался, купил самодельный нарезной пистолет и 5 патронов к нему. Деньги за услугу — 6 000 долларов — должны были передаваться в два этапа: сперва аванс 200 долларов, а остальные — когда заказчику предоставят фото убитого Мехмана. При этом Ширинов поставил условие: совершить расправу, когда он покинет Беларусь, чтобы быть вне подозрений.

Из протокола допроса М. Радкевича: «Около полудня встретился с Шамилем у автозаправочной станции на проспекте Дзержинского. Сообщил, что Николай выполнил поручение и нужно заплатить оставшуюся часть денег. Ширинов интересовался, почему так быстро произошла расправа, видел ли я фотоснимки. Очень переживал, кто вернет ему деньги, если Мехман остался жив. При этом он сообщил, что остаток суммы мне на днях передаст его родственник. Когда Шамиль выходил из машины, его задержали».

Пока длилось следствие, афганец находился в следственном изоляторе. На допросах он утверждал, что потерпевший на протяжении нескольких лет звонил в Бельгию и включал ему записи интимного содержания с участием его 53-летней жены Гульнары. Это Шамиля очень злило. Не отрицала произошедшего и сама Ширинова: она рассказала следователям, что познакомилась с потерпевшим и его семьей в Столбцах. Земляк пригласил в гости, та согласилась.

— Поскольку в доме не оказалось женщин, собралась уходить, однако Мехман приставил к горлу нож и потребовал, чтобы я разделась, в противном случае убьет, — вспоминает Гульнара. — Услышав отказ, сорвал с меня одежду и изнасиловал. Звуки интимной близости записал на диктофон, а после сказал: если обращусь с заявлением в милицию, опозорит перед земляками.

Правоохранители допросили и бывшую жену Мехмана. Та подтвердила слова Шириновой, поведав, что он действительно вступал с Гулей в половую связь, избивал.

— Алиев фактически разрушил семью обвиняемого, сделав Гульнару своей второй женой. Он удерживал ее возле себя на протяжении 5 лет, периодически шантажируя ею Шамиля, ведь по мусульманским традициям, когда замужняя женщина изменяет супругу, это считается большим позором, — рассказала свидетельница. — Мехман — очень жестокий человек, запросто мог ударить меня и детей, оскорбить. Именно по этой причине мы и расторгли брак. Я никому ни о чем не рассказывала, так как боялась мести бывшего супруга.

Но опять же это всё только слова и никаких доказательств…

На всех допросах, следственных действиях присутствовал переводчик, так как задержанный — иностранец. Кроме того, проводили исследования на понимание им русского языка.

Из заключения эксперта: «Исходя из представленных фонограмм, каких-либо особенностей эмоционального состояния обвиняемого, влияющих на неверное восприятие и осознание употребляемых им же конструкций «лишить жизни», «жить не будет», «похороны будут», не обнаружено. При этом Ширинов слову «умер» сам же противопоставляет слово «живой».

Также специалисты установили, что у Шамиля нет каких-либо психических расстройств и отклонений.

На судебных заседаниях обвиняемый говорил, что действительно хотел наказать Алиева за близость с его женой. Но при этом настаивал: умысла убивать не имел, хотел просто причинить телесные повреж­де­ния. Тот факт, что потерпевший на протяжении длительного времени ему звонил и изводил непристойными аудиозаписями, он доказать не смог.

Мехман же, вопреки показаниям бывшей жены и Гульнары, утверждал, что в интимную связь с супругой Ширинова не вступал. Также он просил взыскать с обвиняемого компенсацию морального вреда, который оценил в 40 тысяч рублей. Однако служитель Фемиды удовлетворил иск частично, присудив Ширинову выплатить в пользу потерпевшего 2 тысячи.

Уголовное дело разрослось до 10 томов и слушалось на протяжении длительного времени. С одной стороны, можно понять обвиняемого: он привык жить по законам шариата. Но не стоит забывать, что в Беларуси действуют иные нормы права. Как бы ни хотелось Ширинову наказать обидчика по-своему, ему следовало помнить: в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Личность потерпевшего тоже весьма неоднозначна. Читая показания его бывшей супруги и Гульнары Шириновой, задаешься вопросом: почему он сам до сих пор на свободе? Однако слова женщин не были подкреплены доказательствами…

За покушение на убийство 50-летнему Ширинову назначили наказание в виде 9 лет лишения свободы. Кроме того, его признали виновным в приобретении, хранении и передаче огнестрельного оружия и боеприпасов — еще 3 года. По совокупности приговоров обвиняемый проведет в исправительной колонии в условиях усиленного режима 10 лет.

* Имена и фамилии героев изменены.

За помощь в подготовке материала автор благодарит руководство Минского городского суда.