Люди в белых халатах

Время – жизнь

Как спасают пациентов с инсультами, инфарктами, и зачем в операционных дозиметры

Врачи прилетели

Нейрохирург Бакари Абдаладзе

В больницу скорой медицинской помощи (БСМП) доктор Бакари Абдаладзе приехал из солнечной Грузии на 6-месячную стажировку. Ему 26 лет, у себя на родине он нейрохирург в Национальном центре интервенционной медицины Западной Грузии имени академика З. Цхакаия (г. Кутаиси). Высшее образование Бакари получил в Тбилисском государственном медицинском университете, а в Минске обучался нейрохирургии в клинической ординатуре РНПЦ неврологии и нейрохирургии.

— Когда в наш центр закупили новое оборудование и решили делать внутрисосудистые операции на головном мозге под контролем рентгена, возник вопрос, где обучиться этой технологии, — вспоминает доктор. — Друзья посоветовали минскую БСМП, они здесь стажировались, остались довольны. Поэтому я здесь.

— Тоже довольны?

— Конечно! Специалисты высококлассные, многому меня научили. Скоро моя стажировка закончится, домой поеду, буду людей спасать.

Рентгенэндоваскулярные (рентгеноперационные) отделения есть и в других столичных клиниках, но специфика БСМП такова, что сюда круглосуточно поступают пациенты с инфарктами, инсультами. В  клинике 65 % вмешательств на сосудах сердца и 80 % — на сосудах головного мозга, экстренные.

Весомая защита

Тем временем в рентгеноперационное отделение доставили экстренную пациентку с инфарк­том миокарда. Через несколько минут ей выполнят коронографию. Это исследование сосудов сердца проводят под контролем рентгена. И потому операционная бригада надевает защитные от облучения костюмы, шлем и очки.

Экипировка тяжелая, только кос­тюм весит около 12 кг.

Техника защиты соблюдается безупречно, у каждого медика при себе дозиметр. Целый день в операционной никто не работает. Есть определенный норматив: одна медицинская бригада выполняет либо две диагностики, либо одно операционное вмешательство. По времени это около часа, максимум два.

Рентгенэндоваскулярные (рент­геноперационные) отделения есть и в других столичных клиниках, но специфика БСМП такова, что сюда днем и ночью привозят больных с инфарктами, инсультами, которым помощь нужна срочно. Высокотехнологичное оборудование работает круглосуточно.

— У нас 65 % вмешательств на сосудах сердца и 80 % — на сосудах головного мозга, экстренные, — поясняет и. о. заведующего рентгеноперационным отделением Городской клиничес­кой больницы скорой медицинской помощи Дмитрий Демидович.

Возраст — не помеха

Врач рентгенэндоваскулярный хирург Дмитрий Демидович

К слову, в отделении 80 % хирургов и анестезиологов имеют первую или высшую квалификационную категорию. В собственном соку не варятся: ездят на международные конгрессы, симпозиумы, семинары, стажировки в ведущие зарубежные медицинские центры.

Администрация клиники не препятствует таким поездкам, наоборот, всячески способствует тому, чтобы о достижениях белорусских специалистов за границей знали как можно больше. А гордиться есть чем. Рентгенэндоваскулярные хирурги БСМП — единственные в Беларуси, кто занимается экстренной нейроинтервенцией.

— К примеру, поступает к нам пациент с инсультом, у которого сосуд головного мозга закрыт тромбом, — поясняет Дмитрий Владимирович. — Наша задача — быстро убрать тромб и восстановить кровоток. Это сводит к минимуму последствия приступа. Человек будет не просто жить, он сохранит подвижность рук и ног. Не станет инвалидом. Мы стремимся к тому, чтобы каждый наш пациент покинул клинику на своих ногах, а не в инвалидной коляске.

— Возраст пациента имеет значение?

— Коронография, о ней упоминали, не имеет абсолютных противопоказаний, выполняется людям любого возраста. Самому молодому нашему пациенту с инфарктом миокарда было 19 лет, а пожилому — 103 года. Бабушка молодец, крепкая! Успешно прооперирована и выписана.

Самое важное и бесценное — время. Если пациенту с инфарктом миокарда можем помочь в течение суток, то в лечении ишемических инсультов есть один очень важный нюанс: от начала приступа должно пройти не более 6 часов. Тогда шансы, что человек выживет и не станет инвалидом, велики. В противном случае медицина фактически бессильна. Если вас интересует, делают ли в нашей клинике пациентам, поступающим с подозрением на инсульт, компьютерную томографию, скажу: делают всем без исключения. И без промедления.

Переход на личности

— Помимо медицины чем интересуетесь?

— Я из семьи историков: дед, мама, двоюродные братья — все пошли по этой стезе. Наследственность меня не отпускает: где бы ни был, люблю осмотреть памятники архитектуры. Особенно понравился замок Карскассон на юге Франции. В Турции тоже античность впечатлила. А вот посещение пирамид и музея археологии в Египте оставило мрачное, давящее впечатление…

Литературой увлекаюсь, как и коллеги. В нашем отделении многие врачи библиофилы. Читаем, обмениваемся книгами. В почете знание нескольких иностранных языков. Образовался у нас и свой клуб чаеманов, кофеманов… Все это эмоционально разгружает, не дает развиться синдрому эмоцио­нального выгорания.

— Несколько слов о коллегах — и вы оживились, заулыбались…

— Потому что наше отделение как большая семья: и поругаемся, и помиримся, и на пикник с родными съездим. С реанимацией, кардиологией, неврологией (так врач обозначил сотрудников отделений. — Прим. авт.) дружим. А вы что, не слышали, что в БСМП — нормальный, понимающий, душевный коллектив? Отсюда никто и никуда уходить не хочет. Вот и в наше отделение (образовано в 2009 году. — Прим. авт.) кто пришел в 2009-2011 годах, так по сей день и работает. Молодежь, конечно, вливается, но костяк остается. Мы все примерно ровесники, давно друг друга знаем. Команду собирал заведующий отделением Александр Бейманов. Разносторонняя личность. Сам новатор, и от нас требует, чтобы не стояли на месте, развивались. В нашей специальности, помимо всего прочего, надо знать кардиологию, неврологию и другие смежные дисциплины. И во многом наши успехи — его заслуга. Кстати, Александр Бейманов и многие наши хирурги — выходцы из РНПЦ «Кардиология». Связь с малой родиной не разрываем.

Подрабатываем. Берем дежурства.

— Основное место работы плюс подработка… У врачей так принято?

— У всех по-разному. Когда-то у меня еще третья подработка была. 15 лет на трех работах — и смог построить в 2015 году однокомнатную квартиру в Сухарево. Стандартная панелька.

— Как говорят, весь в ра­боте…

— И потому поздно женился. Очень трудно жениться, когда 18 дежурств в месяц и еще дневная смена. Зато теперь у нас с супругой, врачом-кардиологом, есть собственное жилье.

В отделении 80 % анестезиологов и хирургов имеют первую или высшую квалификационную категорию. В собственном соку не варятся: ездят на международные конгрессы, симпозиумы, семинары, стажировки в ведущие зарубежные медицинские центры.