Человек и его дело

Найти квартирный ответ

Насколько легок хлеб агента по операциям с недвижимостью, и как на него влияют фазы Луны

Лет 5-6 назад, будучи подписчиком нашей газеты, Валерий Фрадкин обратился в редакцию за помощью в решении конфликта между жильцами его дома и ЖЭС. Тогда я понятия не имела, что он работает в агентстве недвижимости. А спустя время мне понадобилась помощь специалиста по купле-продаже квартир, и знакомый посоветовал корифея в этом деле. Им оказался Валерий Аркадьевич!

Клиенты, которым он однажды помог, обычно обращаются к нему снова. Правда, многие, набирая в очередной раз номер его телефона, интересуются: «Вы еще в строю?» Фрадкин к такому вопросу привык: ему ведь уже за 70, и больше 20 лет из них он проработал в сфере недвижимости.

— Вы пришли в новую профессию состоявшимся человеком и отдали ей едва ли не треть жизни. Нетипичный случай для дипломированного инженера-механика со стажем…

— Возможно, эта профессия прошла бы мимо, если бы не трудные 1990-е. Впрочем, свою роль сыграли характер и воспитание. Общительность и любознательность у меня от природы, а относиться к делу ответственно и доводить начатое до конца научили родители. После школы хотел поступать на журфак, но отец, подполковник в отставке, настоял, чтобы я выбрал более практичную специальность. По окончании технологического института долго работал на производстве, в том числе на заводе имени

Орджоникидзе. В начале 1990-х из-за кризиса на предприятии пришлось искать другое место. После частной фирмы вернулся на производство, но уже на «Амкодор». Здесь впервые довелось участвовать в приобретении зданий для производственных нужд, хотя специальной подготовки не имел. Мне это показалось интересным. Окончил курсы, сдал экзамены и в 1995-м, покинув предприятие, провел первую сделку по продаже квартиры. Узнав, что занимаюсь недвижимостью, ко мне стали обращаться знакомые, в том числе бывшие коллеги, их родственники. В свое время я окончил еще и курсы Минского бюро путешествий и несколько лет возил туристов по бывшему Советскому Союзу. Многие из них тоже стали моими клиен­та­ми. Старт в качестве агента по операциям с недвижимостью был удачным: проводил по 45-47 сделок в год. Большинство квартир тогда продавали собственники, уезжавшие жить за границу.

— Успех всегда окрыляет. Но чтобы его удержать, удачного стечения обстоятельств мало. Тем более результаты работы в этой сфере зависят от многих факторов. Что все-таки важнее: аналитический ум, упорный труд, везение?

— Всё это и еще многое, в том числе терпимость к капризам клиен­тов. Иногда приходится учитывать не только материальные запросы продавцов и покупателей, но и то, как, по их убеждению, звез­ды на небе сошлись, или насколько фаза Луны благоприятствует покупке жилья. Не смейтесь: из-за таких нюансов сделки порой оказываются на грани срыва.

Периодически наряду с коллегами в агентстве читаю курсы для тех, кто желает работать в сфере недвижимости. Большинство из них приходят с убеждением, что тут не надо особо напрягаться: сделал 10-15 звонков — и в конце месяца у тебя минимум 1 000 руб­лей в кармане. Реальность иная. Новичку надо быть готовым к тому, что первую зарплату получит нескоро. У меня стажер дебютную сделку провел только через три месяца. И еще важный момент: нельзя ставить целью заработать любым путем — подставишься на какой-нибудь сделке. Реально нужно оценивать силы: с первого дня придется трудиться не покладая рук, всем интересоваться, если что-то непонятно — спрашивать у опытных коллег. Я, к примеру, первые 3-4 года, как говорят, землю носом рыл: материалов по риелторской деятельности почти не было, приходилось самому искать и изучать юридическую литературу, вести учет сделок и анализировать их. Не нарабатывая постоянную клиен­ту­ру, предлагая услуги по телефону наугад, продержаться можно лишь год-другой. А вот после того как агент обрел доб­рое имя, клиенты сами будут его искать по рекомендациям.

— Со своими знаниями и опытом вы давно могли бы руководить каким-нибудь филиалом, осесть в офисе. Зачем вам в 70 с лишним лет эта беготня? Тем более, насколько я знаю, машиной не пользуетесь, как и Интернетом.

Читайте также:  Заново родился

— Привык к такому ритму жизни: на месте никогда не сидел. Обычно у меня в работе одно­вре­мен­но около 20 договоров. Институтская подготовка и навыки, привитые родителями, помогают все делать в плановом порядке. Хотя все равно приходится трудиться в выходные, и по вечерам телефон не умолкает.

Машину действительно не вожу, но права есть: камнем преткновения стала гибель друзей в автокатастрофе. Если очень надо, меня подвозят сыновья, невестки или клиенты. А Интернетом пользуюсь только для изучения информации по недвижимости. Клиентская база и папки с правовыми документами — дома на бумажных носителях. Так нахожу всё быстрее, чем в Сети, или консультируюсь со знакомыми юристами.

А беготня — неотъемлемая часть работы. Без нее качественно к сделке не подготовишься. К примеру, у меня заказ в Лошице или Сухарево. Сажусь на общественный транспорт, чтобы понять, как доехать до микрорайона. Там иду в магазины, гуляю по окрестностям, разговариваю с прохожими. Не начинаю работать над документами, пока не зайду в подъезд, не спущусь по лестнице, не побеседую с соседями. Потом могу уверенно ответить на большинство вопросов клиентов: где поликлиника, какой транспорт ходит, когда появится детсад и так далее.

— Вы не риелтор, а агент по операциям с недвижимостью. Многие до сих не понимают, в чем разница между этими понятиями.

— В середине 1990-х, когда я начинал, появились первые аттестаты о риелторских услугах. Чтобы получить такой документ, я учился на курсах при министерствах экономики и юстиции, сдавал серьезные экзамены. Ограничения на базовое образование специалиста, работающего в этой сфере, ввели позже. Сегодня допуск к статусу риелтора могут получить лишь дип­ло­ми­ро­ван­ный архитектор, строи­тель, экономист или юрист. А у меня образование инженера-механика. Двадцатилетний опыт работы на рынке недвижимости в данной ситуации не имеет значения: самостоятельно проводить сделки без аттестованного риелтора не имею права. Довожу их до логического завершения, а узаконивает агентство.

— Чем тенденции купли-продажи жилья в Минске и пригороде в начале XXI века отличались от нынешних?

— В целом количество сделок намного сократилось. Лет 10-12 назад я проводил по 30-35 в год: еще многие продавали квартиры, уезжая из страны. И схемы были проще: находили покупателя, стороны рассчитывались, бывший собственник улетал. В последние годы провожу примерно втрое меньше сделок. Сегодня люди чаще хотят расширить жилплощадь, разъехаться с родственниками, поэтому нужно выстраивать сложные цепочки.

Кроме того, заметно упали цены. Чтобы квад­ратный метр в «сталинке» стоил 1 100-1 300 долларов (здесь и далее в эквиваленте. — Прим. авт.) — такого еще не было! Помню времена, когда вместо этих цифр значились 2 200-2 300. Для населения такое падение цен — благо. Теоретически средняя цена квадратного метра должна равняться среднемесячной зарплате. Пока такого уровня не достигли, но в некоторых новостройках ввода 2018-го квадрат стоит уже 800-840 долларов. В областях, кстати, цены тоже значительно упали. Я работаю по всей рес­пуб­ли­ке. И когда большие семьи из-за нехватки финансов не могут разъехаться, купив отдельное жилье в Минске, советую при­смот­реть­ся к квартирам в областных и районных центрах: есть довольно дешевые, но очень приличные во всех отношениях.

— Многие считают, что услуги агентств недвижимости слишком дорогие, и делятся в Интернете опытом самостоя­тельного решения задач по куп­ле-продаже жилья. Что думаете по этому поводу?

— Если у кого-то достаточно времени и знаний, почему бы и нет? Скажу лишь, что мы работаем в рамках существующего законодательства: это касается и тарифов, и прав, и обязанностей сторон.

В конце 2016 года Валерий Фрадкин провел 600-ю сделку, а в мае 2017-го его удостоили профессиональной премии Realt Golden Key за многолетнюю работу и заслуги на рынке недвижимости Беларуси.