Человек и его дело

Быть Любовью Хотылёвой

Это значит, обладать пытливостью ума, неиссякаемой энергией, исключительной работоспособностью, волей, быть одержимой своим делом. И сохранить эти качества минимум до 90 лет

Не написать об академике Любови Хотылёвой я просто не могла. И даже не потому, что она единственная женщина академик НАН Беларуси, доктор биологических наук, профессор, заслуженный деятель науки БССР, лауреат Государственной премии БССР. Не потому, что перечень ее званий, наград, достижений не уместится на газетной странице. Главное — феномен ее личности. Это я ощутила с первой встречи после признания Любови Владимировны: «Если бы меня отправили на пенсию и отстранили от науки, не прожила бы и дня. А у меня еще столько планов впереди, мне столько хочется сделать!» Такое от женщины ее возраста я слышала впервые.

Ученый

Любовь Хотылёва — имя, известное всем ученым в области генетики растений на постсоветском пространстве. У нее сотни учеников в Беларуси и за рубежом — настоящая научная школа. Ее знания, опыт и сегодня очень востребованы.

Трудно поверить, но это факт. Любовь Хотылёва защитила кандидатскую диссертацию, посвященную вопросам генетики и селекции кукурузы, в Москве в 1953 году, когда после лысенковщины на генетике все еще лежало клеймо лженауки. С тех пор Любовь Владимировна всю жизнь занимается гетерозисом растений: увеличением жизнеспособности гибридов.

— Во всем мире ученые упорно ищут, по каким признакам отбирать самых лучших, наиболее соответствующих друг другу родителей, чтобы после их скрещивания получить максимально здоровое потомство. Как только ответ будет найден, мы сможем значительно повысить урожай различных культур и продуктивность животных, — рассказывает Любовь Владимировна. — Несмотря на заметные успехи, в генетике многое еще остается неясным. Для меня открытые вопросы, требующие решения, — стимул к жизни.

В свое время Любовь Хотылёва занималась изучением кукурузы на полях Днепропетровской области. Наряду с лаборантами сама сажала зерна в землю, ухаживала за ростками, пропалывала, в общем, знала о ней все от А до Я не в теории, а на практике. И сегодня ее огорчает, что аспиранты порой пишут научные работы, ни разу не выехав в поле, не потрогав своими руками колосья ржи или пшеницы.

Не считает она оправданным и требование мгновенной отдачи, которое часто предъявляют к современной науке. Любовь Хотылёва убеждена: успех ученых измеряется не только тем, сколько они, выполняя заказы, зарабатывают денег для института, а теми идеями, которые выдвигают. Без мощной поддержки государства и частного бизнеса наука не может развиваться.

Директор института

Любовь Хотылёву назначили директором Института генетики и цитологии НАН Беларуси, когда ей было 43 года, и она возглавляла его почти четверть века — с 1971 по 1995 год.

Когда ей впервые предложили занять руководящую должность, она отказалась: не чувствовала, что готова к такой ответственности. Но в те годы президент Академии наук академик Николай Борисевич настаивал на ее кандидатуре. И хотя Любовь Хотылёва не была членом КПСС, это не смутило первого секретаря ЦК КПБ Петра Машерова. К слову, уникальный для советского времени случай!

Многие ученые вспоминают период руководства Хотылёвой как насыщенное, плодо­творное время, отмечают здоровую творческую атмосферу в коллективе. Рассказывают: если кто-то приходил жаловаться на сотрудника, Любовь Владимировна приглашала и того, кто вызвал недовольство: не выносила шепота за спиной.

— Любовь Владимировну отличают огромное обаяние и талант общения с людьми, — говорит главный секретарь НАН Беларуси академик Александр Кильчевский. — 

В Институт генетики и цитологии я пришел в 1976 году, будучи студентом 4-го курса

БГСХА. Но после окончания вуза начал колебаться, стоит ли продолжать учебу в аспирантуре. Решил мою судьбу звонок Любови Владимировны, которая убедила поступать в аспирантуру и связать жизнь с наукой.

 — Любовь Владимировна всегда умела мгновенно оценить перспективность направления исследований, даже если оно выходило за рамки ее научных интересов, поддерживала все новое, — делится директор Института генетики и цитологии НАН Беларуси Валентина Лемеш. — Она требовательный, но доброжелательный человек. Если делала замечание, то корректно, тактично. Обстановка в институте при ней была демократичной. Все назначения обсуждали на ученом совете. Она интересовалась мнением сотрудников, уважала чужую позицию. Но, отстаивая свою точку зрения, проявляла твердость. И сегодня она для нас по-прежнему пример отношения к людям и ситуации. По-настоящему харизматичная личность.

Читайте также:  Власть земли

Долгожитель

Как ученый-генетик Любовь Хотылёва, разумеется, придает огромное значение наследственности, но определяющим для здоровья и активного долголетия все-таки считает образ жизни. Своими генами Любовь Владимировна довольна. И по материнской, и по отцовской линии были долгожители.

По словам Любови Владимировны, она с детства отличалась какой-то повышенной активностью, познавательной и физической. Рано научилась читать и всю жизнь с удовольствием училась. Все время куда-то торопилась, всегда стремилась себя нагрузить. В молодости занималась волейболом, бегом на лыжах. Отпуск предпочитала проводить не в санаториях, а на озерах Беларуси или в Карелии: плавала, много ходила пешком. Пенсию Любовь Владимировна оформила несколькими годами позже, чем полагалось: никак не могла привыкнуть к мысли, что ей по возрасту пора на заслуженный отдых.

— Раньше я спала по 4-5 часов и успевала всё: наукой заниматься, диссертации защищать, институтом руководить, о семье заботиться, — делится Любовь Владимировна. — Теперь силы уже не те. Но по утрам чувствую себя бодро, первая половина дня у меня продуктивная. Если я день не приезжаю на работу, сразу ощущаю нехватку профессионального и человеческого общения, энергии, которой заряжают коллеги.

Жила-была девочка

Однажды Любови Владимировне захотелось написать книгу «Жила-была девочка» и рассказать потомкам правду о себе, своих родственниках, среди которых было много ученых. К сожалению, не хватает времени. А вспомнить есть что.

Ее мама Степанида Леонтьевна Новикова из бедной крестьянской семьи, с 4 классами церковно-приходской школы, всем сердцем отозвалась на революционные идеи.

В 1924 году окончила партшколу, с энтузиазмом приступила к строительству новой жизни. Но по ложному обвинению в 1935 году попала в тюрьму. Отца Владимира Егоровича Хотылёва как члена партии в это время отправили в Мозырь восстанавливать машинно-тракторную станцию. В 7 лет Люба осталась в Гомеле одна.

— Конечно, папа наведывался домой, когда у него выдавалось свободное время, — рассказывает Любовь Владимировна. — А так за мной присматривали соседи — семья Цынгауз, которую я всю жизнь вспоминаю с благодарностью. К счастью, маму спасло заступничество партийной подруги, которая занимала высокий пост: через два года ее выпустили из тюрьмы, но здоровье уже было подорвано. Военные годы мы провели с мамой у ее брата в Куйбышевской области. А папа в первые дни войны ушел на фронт, стал начальником хозяйственной части санитарного поезда и в августе 1941 года пропал без вести под Харьковом.

Любовь Владимировна считает: ей в жизни чрезвычайно везло на встречи с удивительными людьми. Повезло и с семьей. Ее свекор Оскар Карлович Кедров-Зихман, известный агрохимик, был академиком ВАСХНИЛ, оппонентом Лысенко. Муж Оскар Оскарович работал с ней в одном институте, был доктором биологических наук, профессором.

Сегодня Любовь Владимировна живет с семьей младшего сына, Андрея. У нее двое внуков, правнук и правнучка.

 — Я верю в судьбу, — признается академик Хотылёва. — И хотя мне довелось узнать, что такое горе и отчаянье, все-таки я благодарна Богу за свою жизнь. Я делала то, к чему лежала душа, и получала от этого огромное удовлетворение. Мне и сейчас очень интересно жить и работать.

Академик Любовь Хотылёва — один из авторов шести гибридов томата («Старт», «Шторм» и др.), восьми сортов и гибридов перца сладкого («Тройка», «Кубик-К», «Золотистый» и др.), трех сортов капусты белокочанной («Белизар», «Добрава», «Катана»), инициатор генетических исследований по анеуплоидии (генетическое нарушение, при котором в клетке организма содержится аномальное количество хромосом) пшеницы, тритикале, соавтор высокопродуктивного сорта этой культуры — «Немига-2».