Круглый стол в агентстве «Минск-Новости»

Зайти с главного фасада

Достаточно ли комфортен наш город и как сделать столицу краше? Об этом в редакции «МК» говорили участники круглого стола «Эстетизация городской среды: проблемы и возможности»

Корр.: В последнее время фраза «эстетизация городской среды» стала звучать на самом высоком уровне — от руководства города и республики. Хочется узнать у профессионалов, что для вас значат эти слова, из чего складывается понятие?

Александр Акентьев, главный архитектор УП «Минскградо»
Светлана Борисович, директор ГП «Минский городской институт благоустройства и городского дизайна»

Светлана Борисович (далее — С. Б.): Наш институт как раз по заказу города готовил проект благоустройства проспекта Победителей. Мы разработали схемы зонирования архитектурной среды проспекта. Условно поделили территорию на три части: историческую, советскую, современную. В работе коснулись цветового решения фасадов, дали рекомендации по их отделке, проанализировали существующее благоустройство (мощение, подпорные стенки, лестницы), посмотрели, что требует первоочередного ремонта. Предложили схему ландшафтного оформления прилегающей к магистрали территории, новые малые архитектурные формы. Также предусмотрели комплексный ансамблевый подход к рекламным носителям, оформлению витрин в единой стилистике. Хорошо, если сделаем хотя бы намеченное, как первый шаг, но вопрос обычно упирается в средства.

Борис Костич (далее — Б. К.): Академия искусств также подготовила целую работу по эстетизации проспекта Победителей. Мы предложили скульптурные композиции и места их размещения, организацию въезда в город, нового освещения проспекта. Всем по­нра­ви­лось, комитет архитектуры и градо­строи­тельст­ва Мин­гор­ис­пол­ко­ма одобрил. Это было в конце ­2016-го. Пока идеи остались на бумаге.

С. Б: Мы сегодня готовим паспорта цветового решения фасадов зданий на проспекте Победителей и занимаемся комплексным рекламным оформлением магистрали. Остальное пока под вопросом.

Михаил Гаухфельд, заместитель председателя ОО «Белорусский союз архитекторов»

Михаил Гаухфельд (далее — М. Г.): Вопрос надо рассматривать более масштабно. Главные проспекты каждые 4-5 лет приводят в порядок. А все остальное? Посмотрите на старую послевоенную застройку. Она медленно и верно ветшает, приходит в упадок. Дома пестрят пятнами поквартирной тепловой модернизации, что их уродует. А там, где прошел кап­ре­монт, часто ощущение такое, что не архитекторы, а случайные люди выбирали цвет краски для фасада. Возьмем балконы: где-то застеклены, где-то открыты, цвет рам и материал разные — полный хаос. Другой пример. Выкупает предприниматель или фирма какое-то помещение на первом этаже, красит часть здания в нелепые цвета, вешает жуткую немасштабную вывеску. Мне, как профессионалу, больно на это смотреть. Делают с фасадами что хотят, и всё безнаказанно. Никто с этим не борется!

Борис Костич, архитектор, заведующий кафедрой интерьера и оборудования Белорусской государственной академии искусств

Корр.: Ирина Николаевна, как представитель власти прокомментируйте, кто за это отвечает.

Ирина Вабищевич (далее — И. В.): Несанкционированная окраска фасада — административное нарушение. Контролировать и накладывать штраф за такое имеет право администрация района. Должна быть усилена ответственность балансодержателя — субъектов хозяйствования. Они обязаны поддерживать здание в надлежащем состоянии.

М. Г.: Вот собственники и делают, что считают нужным в силу своих эстетических пристрастий и финансовых возможностей. Но, с точки зрения архитектора, это не выдерживает критики.

Ирина Вабищевич, начальник отдела исторической застройки и благоустройства комитета архитектуры и градостроительства Мингорисполкома

И. В.: На любое здание, если не сохранилась проектная документация, должен быть разработан и согласован паспорт цветового решения.

М. Г.: На деле получается, что никто не следит и не отвечает за такие метаморфозы. В обязанности комитета архитектуры не входит контроль за ремонтом или покраской каждого городского объекта.

Б. К.: Контролируется процесс только в двух случаях — если объект является историко-культурной ценностью или если разрабатывается проект реконструкции, тогда он проходит согласование с Министерством культуры, комитетом архитектуры и госэкспертизу. В остальных собственник поступает как хочет. В результате много самопала. Считаю, всё должны делать профессионалы, тогда нарушений не будет. Согласен также с коллегой, что нет эффективного механизма контроля за подобными процессами.

И. В.: Сейчас обсуждается вариант ужесточения административной ответственности собственника за ненадлежащее содержание здания. Может, это изменит ситуацию.

Корр.: Нуждаются ли в пре­обра­зо­ва­ниях территории давно сложившейся жилой застройки? Надо ли менять такое пространство и что для этого требуется?

Дмитрий Сурский, председатель Белорусского союза дизайнеров

Александр Акентьев (далее — А. А.): Почему внимание руководства страны привлечено к теме комфортности городской жизни? Я не ставил бы в первый ряд вопросы эстетики или дизайна. Надо говорить о более глубоких вещах. Хочу привести пример из соседней России. Когда в миллионной Перми целыми классами выпускники уезжали из города, потому что он был для них чужим, неперспективным, руководство задумалось о причинах происходящего и пригласило голландских специалистов для разработки ген­пла­на, который помог бы изменить ситуацию. Последовали перемены, и сегодня Пермь — культурная столица Сибири. В Беларуси человеческий капитал также признан одной из главных ценностей. И ее сохранение возможно, только если город обустраивается под потребности жителей. Посмотрите: по телевидению крутят ролики, как подходит к окну горожанин и с ностальгией вспоминает некрасовский деревенский пейзаж. Но ведь в городах Беларуси численность проживающих приближается к 8 млн человек, а это 80 % населения. А что вспомнят те миллионы белорусов, которые выросли не в деревне, а в панельной застройке, в типовых дворах? Какую мы должны формировать среду, чтобы она стала столь же любимой? Когда «Минскградо» работало над генпланом столицы, мы писали, что надо формировать среду локальных территориальных образований (тех же дворов и кварталов), где человек растет, получает воспитание и становится личностью. Это и есть его малая родина. Но где она в городе? Наверное, только если человек сам участвует в благоустройстве и наведении порядка в своих дворе, подъезде или в районе, у него возникнет живой интерес к этому пространству.

Дмитрий Сурский (далее — Д. С.): Наверное, стоит отказаться от ностальгии по маленьким уютным дворам, куда жильцы выходили поиграть в домино или потренькать на гитаре. Этого никогда уже не будет, если только в форме квеста или исторической реконструкции. Сегодня приехал в спальный район и главная проблема — припарковаться. В койку упал — утром снова уехал.

Корр.: То есть преобразовывать и менять дворы нет смысла?

Д. С.: Надо сделать их функциональными, удобными — парковки, скамейки, урны, удобная трассировка пешеходных дорожек, велостоянки, видеонаблюдение, визуальные коммуникации… То, что обеспечивает в первую очередь гигиену, безопасность, логистику и эргономику. А если это сделать профессионально и качественно, априори будет красиво. Это главный закон дизайна. Не бывает дизайна ради дизайна. А то мы вернемся к «Пионерам с лейками» и «Девушке с веслом».

М. Г.: На западе города строили по другому принципу. Основная масса населения живет в пригородах, в таун-хаусах. Семья при­еха­ла после работы, есть где машину поставить, детям погулять. Мы пошли другим путем. После войны государство пыталось обеспечить людей нормальным жильем по минимальным ценам, поэтому стали строить многоэтажки, кварталы, огромные спальные микрорайоны. Вот сейчас и пожинаем плоды такой структуры города. И дальше продолжаем строить так же. Как из Каменной Горки сделать уютный район? Когда-то там по проекту были задуманы вовсе не панельные дома, потом их заменили на КПД. Сделать подземные паркинги под такими зданиями нельзя, машино-места будут золотыми, поэтому отвели зону парковок вдоль МКАД. Но их не строили, в результате все ставят авто во дворах. О каком комфорте речь? О какой эстетике? Не будет пока эстетики.

А. А.: Даже очень качественное, дорогостоящее благоустройство не гарантирует большого числа потребителей этого пространства. Тогда ради кого мы все делаем? Чтобы к нам не было претензий? Меня стрит-арт во сто крат больше радует, хотя эстетика его может кого-то раздражать. Но это творчество, оно вызывает разные эмоции. И ты ощущаешь, что город живет. Например, прекрасное благоустройство на площади Независимости, но где горожане?

Корр.: Летом вокруг фонтана и на скамейках полно народу.

А. А.: Вы так считаете? Как по мне, так его куда больше в сквере между Красным костелом и гостиницей «Минск». На площади другая среда — официальная. А рядом, буквально за зданиями, более уютная атмосфера. В Москве, когда реконструировали парк Горького по новой концепции общественных пространств, горожане раскрепостились — кто-то устраивается отдыхать прямо на траве, кто-то прогуливается в парадном ряду. Люди стали вести себя совсем иначе. Как создать такую среду, чтобы наши запреты не мешали людям свободно жить? У меня на это нет ответа. Возможно, нужны социальные исследования о характере жизни минчан. Как оторвать их от смартфонов и вовлечь в жизнь столицы? Нам, как специалистам, не хватает такой информации, чтобы знать: что, для кого и как делать.

Корр.: Чего все же, по мнению профессионалов, не хватает Минску?

Б. К.: Для меня, например, удивительно, что город становится менее зеленым. Раньше летом главный проспект утопал в зелени. Помню, возле цирка деревья росли даже в два ряда, а между ними еще кустарники были. Взгляните на старые фотографии — домов почти не видно, все в зелени. А сейчас вдоль магистрали деревья практически исчезли или стоят жалкие саженцы, которые вряд ли приживутся. Остаются одни лунки, потом и их убирают. В чем проблема?

Корр.: «Минскзеленстрой» говорит, что виной всему соль, которой обрабатывают дороги. Эти химикаты уничтожают растения.

Б. К.: Думаю, это и для жителей небезопасно. Может, пора менять реагенты для обработки дорог?

М. Г.: Хочу еще затронуть тему зеленых зон, но в другом плане. У нас хорошие благоустроенные парки и скверы, их поддерживают в надлежащем состоянии. Однако есть одно но — уродливые киоски разных величины и дизайна, которые ежегодно вырастают в таких местах и портят вид территории. Посмотрите на набережную парка Горького, на центральные аллеи парка Челюскинцев.

Б. К.: Могу прокомментировать, поскольку по заказу «Минскзеленстроя» делал работу по парку Горького. Руководство парка сдает в аренду участки под объекты торговли и питания. А единой формы таких конструкций нет, каждый предприниматель покупает то, что ему удобно, и размещает произвольно. Была продумана и разработана новая концепция организации территории, одобренная «Минскзеленстроем», Министерством культуры и комитетом архитектуры. Мы предложили переместить фастфуд и торговлю ближе к улице Фрунзе, в зону аттракционов, где основное сосредоточие людей. А на остальном пространстве, в том числе вдоль реки, подчеркнуть ландшафтные особенности исторической территории, оставив только мобильные точки общепита, которые легко можно убрать. Это довольно сложная для реализации программа, требующая воли и времени.

С. Б.: Это хороший пример сотрудничества городского предприятия с архитекторами. Даже простейшие позиции зодчий может обыграть и найти изюминку. Но жаль, что не всегда для таких целей зовут профессионалов. Я могу и знаю, как делать, но заказчики ко мне не идут. Государство выделяет деньги на содержание и текущий ремонт жилого фонда, дворов, общественных территорий. Районы их получают, за эти средства можно многое сделать, но вижу проблему в том, что к процессу не привлекают знания и опыт архитекторов. Я даже поставила себе задачу про­ехать по ЖКХ районов и показать, что мы можем делать. В то же благоустройство и озеленение можно привнести оригинальность. Один двор сделать березовый, другой — кленовый, третий — розовый. А потом привлечь союз дизайнеров, и они с удовольствием предложат, как украсить эту территорию малыми формами, художественными композициями. Получится оригинально и, думаю, не слишком затратно.

Корр.: То есть вы предлагаете ЖКХ работать вместе с архитекторами? Наверное, в этом есть резон. Ведь содержанием жилого фонда занимается именно ЖКХ, комитет архитектуры к этому уже не имеет отношения.

С. Б.: Наш институт благоустройства и городского дизайна и создавался для оперативного решения насущных городских проблем. Но про нас подзабыли.

Корр.: Художественные объекты — скульптура, дизайнерские инсталляции — мощный элемент преобразования городского пространства. Надо ли поощрять их появление?

Д. С.: Первое, что я сделал бы, ввел мораторий на установку фигуративной скульптуры. Она уже так приелась в Минске и в последнее время стала носить просто карикатурный характер.

Корр.: Зато на нее есть заказ и деньги.

Д. С.: Но сегодня можно за эти средства вместо одной работы сделать десять элегантных инсталляций. И есть хороший опыт в столице, например «Арт-острова», где, оказывается, можно представить за 500 долларов оригинальную работу. Или еще пример — улица Октябрьская, где проходил фестиваль Vulica Brasil. То есть реально без бюджета и государственных денег делать притягательные вещи. Можно и средства находить, и спонсоров привлекать. Арт-объектов, наверное, было бы больше, если бы на их установку в городе не требовалось столько согласований.

М. Г.: Чем больше в городе профессионально сделанных арт-объектов, тем лучше. Еще хочется, чтобы все они были подписаны: название, автор, год создания. Халтуры сразу станет меньше. А эстетизацию сложившейся застройки надо всегда начинать с архитектурных конкурсов, с широким обсуждением результатов с жителями кварталов. Еще хочу поддержать выступающих: именно гражданские инициативы по преобразованию собственными силами хотя бы части своего двора, подъезда меняют психологию людей. За этим будущее. Жители должны чувствовать себя хозяевами. Но для комплексного решения благоустройства территории надо все же приглашать профессионалов. У многих горожан, к сожалению, верхом эстетики являются валуны, выкрашенные в яркий цвет.