Классики жанра

Запомните его таким

В декабре исполнится 115 лет со дня рождения народного художника БССР Ивана Ахремчика. Каким он остался в памяти тех, кто знал его лично

Есть что-то символичное, на мой взгляд, в том, как умер Иван Осипович Ахремчик. Это случилось на собрании Союза художников БССР. Во время своего, как всегда, очень горячего выступления на трибуне ему внезапно стало плохо. И пока коллеги опомнились и вызвали скорую, он (а к тому времени Иван Осипович уже перенес несколько микроинфарктов) скоропостижно скончался. Иван Ахремчик был деятельным и беспокойным: он всю жизнь боролся и отстаивал свою правду в искусстве.

Иван Ахремчик заботился о том, чтобы запечатлеть своих знаменитых современников. Он оставил много психологически глубоких портретов: первого народного артиста БССР Владислава Голубка, народных артистов БССР Глеба Глебова и Евстигнея Мировича, художника Юделя Пэна, народной артистки СССР Ларисы Александровской, писателя Пилипа Пестрака и многих других. О знаменитой картине Ивана Ахремчика «Защитники Брестской крепости», которая находится в Национальном художественном музее Республики Беларусь, знатоки говорят: выполнена в лучших традициях мировой живописи.

Защитник реализма

Книга об Иване Ахремчике, которую давно задумал его ученик и зять, профессор кафедры художественного образования БГПУ имени М. Танка Георгий Лойко, создается тяжело. Иван Осипович был закрытым и немногословным. Даже самым близким никогда не рассказывал о родителях, братьях и сестрах. По сей день у потомков не получается документально восстановить сведения о многих страницах жизни художника.

Уроженец Минска, воспитанник столичных художественных студий, Иван Ахрем­чик поступил в Пензенское художественное училище в 15 лет. Но по каким-то причинам вскоре вместе с товарищами отправился учиться во ВХУТЕМАС-ВХУТЕИН (Высшие художественно-технические мастерские), созданные в Москве в 1920-х годах. 

— Это было время активной борьбы реалистов с авангардистами, — объясняет Геор­гий Лойко. — И Иван Ахремчик уже там определился, что реалистическая академическая школа ему ближе. После Москвы преподавал живопись в Витебском художественном техникуме, со временем стал его директором. В 1939-м его назначили главным художником Всебелорусской выставки в Москве.

Когда Ахремчик вернулся в Минск, то с группой единомышленников организовал Союз белорусских художников, в начале 1941-го был избран председателем этого творческого объединения. Но все планы нарушила война. Вместе с женой Галиной Абрамовной и 10-летним сыном Игорем эвакуировались на Урал, где он работал в школе учителем рисования и черчения.

После освобождения Минска возвратился на родину. С 1944 по 1948 год Иван Осипович выполнял обязанности председателя правления Союза художников БССР. Позже преподавал в Минском художественном училище, заведовал кафедрой изобразительного искусства в БПИ (сейчас БНТУ), в 1963-м возглавил кафедру станковой жи­вопи­си в

БГТХИ (ныне Белорусская государственная академия искусств).

За краткими биографическими фактами сложно разглядеть масштаб и обаяние личности, ее значение для формирования национальной художественной школы. А тех, кто лично знал художника, становится все меньше.

Один из его учеников, заслуженный дея­тель искусств Беларуси Владимир ­Уроднич считает: во многом именно благодаря усилиям Ивана Ахремчика удалось сохранить отделение станковой живописи в ­БГТХИ. Его активная позиция позволила отстоять эту специальность и не разрушить основу формирования профессионального художника.

— Иван Ахремчик жестко отстаивал принципы реалистического искусства, — отмечает Владимир Васильевич. — Как образец для подражания всегда приводил нам классическую живопись. В творчестве ценил высокую степень гражданственности и вместе с тем новизну в построении композиции. А еще постоянно напоминал нам: «Живописное произведение задумывается смысловО, тоновО и цветовО» и советовал: «Держите свои замыслы в тайне до той поры, пока не завершите работу».

Читайте также:  Фотопоток сознания

— Ивана Ахремчика отличало святое отношение к искусству, — добавляет заслуженный деятель искусств Беларуси Василий Сумарев. — Когда смотрю на его работы, и сегодня вижу прежде всего большого Мастера. Считаю Ахремчика порт­ретистом № 1 советского периода. Иван Осипович отличался неординарным, своеобразным характером, который не всем, безусловно, нравился. Но лично мне его прямота, а иногда и грубоватость импонировали.

Все ученики Ивана Ахремчика, с которыми довелось побеседовать, характеризовали его как строгого, даже сурового наставника: он всегда предельно откровенно высказывал свое мнение, часто ругал и крайне редко кого-либо из студентов хвалил.

Иван Осипович оценивал коллег и учеников прежде всего по их мастерству и позиции по отношению к искусству.

Известно, что именно он приютил будущего народного художника СССР Михаила Савицкого в доме, где располагалась его мастерская, когда тот вернулся из Моск­вы после окончания ­МГАХИ имени В. И. Сурикова и в Минске негде было остановиться. Позже они разошлись во взглядах на искусство и не общались. Но на одной из выставок, посвященной творчеству учеников Ивана Ахремчика, Михаил Савицкий очень проникновенно и тепло говорил о своем Учителе.

— Я лично беседовал с Михаилом Андреевичем незадолго до его смерти, и он тепло вспоминал Ахремчика, — делится Георгий Лойко. — Мы с Иваном Осиповичем тоже не во всем совпадали, но я признателен ему за хорошую профессиональную школу, за все, чему научил. Сегодня понимаешь: во многом благодаря последовательной и жесткой позиции Ивана Ахремчика в Беларуси удалось сохранить классические традиции в живописи, которые на Западе оказались потеряны.

Ближний круг

История знакомства Ивана Осиповича с будущей супругой Галиной Боровик, которая до войны работала в Национальном художественном музее Республики Беларусь, как и многое другое, доподлинно неизвестна. Галина Абрамовна — тетя знаменитого российского журналиста-международника Генриха Боровика, с ним и его семьей наследники художника и сегодня поддерживают родственные отношения.

После войны Иван Ахремчик с женой и сыном обосновались в доме № 29 на улице Ульяновской. По соседству с ними жили писатели Аркадий Кулешов, Иван Мележ, Максим Танк, актриса Вера Полло с театральным художником Борисом Малкиным, Елена и Николай Аладовы.

— Я поздний ребенок, дитя Победы: отцу было уже 42, а маме 37 лет, — рассказывает преподаватель Республиканской гимназии-колледжа при БГАМ Элеонора Ахремчик. — Из-за занятости родители немного уделяли внимания мне и брату. Хотя отец брал меня на этюды и даже научил мыть кисти в холодной воде. Он много меня рисовал. Я запомнила его очень жадным до жизни, никогда не унывающим человеком. Любил природу и животных. В его мастерской в Круглом переулке и у нас дома всегда обитали кошки и собаки. Помимо жи­вопи­си его большой страстью была музыка: мы часто вместе ходили на концерты. Он сам хорошо играл на балалайке, а лет в 60 самостоятельно освоил гитару. Много читал, особенно мемуарную, автобиографическую литературу. Был мастеровитым: дома все чинил сам.

Ивана Осиповича не стало в 67 лет. Он обожал и находил время для обоих старших внуков: Евгения (сына Игоря Ивановича) и Ивана (сына Элеоноры Ивановны). Другие родились позже.

…Иван Ахремчик умер, как жил — в борьбе. После себя оставил достойных потомков и учеников. И еще картины. Как лучший рукотворный памятник самому себе.