Ленинский район

Домашние хлопоты

аварийный дом №17 на карла маркса

Менее чем через два месяца обещают отремонтировать дом № 17 на улице К. Маркса

За высокий забор, которым сегодня обнесен дом, вместе с главным инженером КУП «ЖКХ Ленинского района г. Минска» Виктором Муравицким мы попали в самом конце рабочего дня. Картина в помещениях на первом этаже представляла собой печальное зрелище. Оголенные кирпичные стены и колонны сплошь покрыты паутиной трещин. В некоторых местах они настолько глубокие, что спокойно может поместиться ладонь ребенка. Везде установлены металлические и деревянные подпоры, частично вскрыт с наружной и внутренней сторон фундамент.

Все подготовительные работы, будь то установка опор или манипуляции с фундаментом, принимает один из столичных проектных институтов. Он же контролирует качество и соответствие строительным нормативам. Только после этого выдают разрешение на последующие действия. Такую же проверку проводят Госстройнадзор и инженерная служба ЖКХ Ленинского района.

аварийный дом №17 на карла марксаВскрытый в нескольких местах по периметру фундамент, к сожалению, оптимизма не внушает. Время и многочисленные перестройки здания не пощадили и его: трещины ползут не только по швам, но и раскалывают сам кирпич. Виктор Муравицкий поясняет:

— Фундамент изначально не был рассчитан на такую нагрузку, тем более при строительстве в те времена не использовали ни монолитно-бетонные конструкции, ни усиление металлом.

В 1982 году была проведена очередная реконструкция дома, деревянные перекрытия заменили на железобетонные, положили новую крышу, заменили инженерные коммуникации.

Увы, но более чем за сто лет существования дома история не сохранила фактов основательного укрепления фундамента после стольких перестроек и надстроек.

Не менее плачевный вид у дома и снаружи. Глубокие расщелины, разбегающаяся в разные стороны по всем этажам паутина больших и не очень трещин, отколовшаяся штукатурка на откосах и лепнине — все это навевало грустные мысли.

Виктор Анатольевич продолжает:

— Вначале трещины стали появляться в пристроенных помещениях. Кстати, здесь расположена только одна жилая квартира, остальные считаются нежилыми и в них размещались различного рода заведения. В квартирах этажами выше подобных проблем практически не наблюдалось. В этом как раз и крылась причина недовольства жильцов дома. Ведь визуально в их жилье трещин не обнаружили. Да, есть разрывы штукатурки по фасаду и на откосах, но это не страшно и исправимо при обычном ремонте. Но когда мы вскрыли облицовку внутри помещения, картина была уже совсем другой.

Сегодня невозможно установить, насколько большие полости образовались в самом фундаменте, а также под ним. Поэтому принято решение в нескольких местах закачать под давлением специальный полимерный состав, который, взаимодействуя с окружающей средой, заполнит образовавшиеся пустоты и трещины, а затем окаменеет.

Стоит отметить, что, хотя все квартиры опечатаны, как и подъезды, в случае крайней необходимости (полить цветы, забрать теплые вещи) каждый хозяин, предварительно позвонив по одному из номеров телефонов, указанных в информационных листках на дверях подъездов, может зайти в свое жилье. Чтобы владельцы были уверены в безопасности оставленного имущества, объект полностью под контро­лем службы охраны (днем дежурит один милиционер, ночью — два), квартиры открывают и закрывают только в присутствии хозяев и под их подпись. К тому же сотрудники ЖКХ каждое утро проверяют подъезды, а по вечерам их опечатывают. Рабочие имеют доступ лишь в подъезд, в котором проводится ремонт квартиры на первом этаже. Доступ на стройку — строго по списку, он находится в службе охраны.

Виктор Муравицкий также сообщил, что после укрепления фундамента и по возвращении жильцов в квартиры дом сразу же ожидает капитальный ремонт.

Здание было построено в 1885-м. С 1888 по 1901 годы достроено одноэтажное крыло, а к нему двухэтажный флигель. Чуть позднее крыло надстроили еще одним этажом, а фасады дома облицевали кирпичом. Фундамент представляет собой ленточную кладку из бутового камня на известково-песчаном и сложном растворе. Во время Второй мировой войны здание было частично разрушено, а после восстановления в 1947-м появился еще один этаж.