Минск чрезвычайный

Вызываю огонь на себя

мчс

Тяжело ли непрофессионалу пройти до конца особую полосу психологической подготовки бойцов МЧС, узнала наш корреспондент в ПАСЧ-13 Московского РОЧС

Не так давно в Минске проходили соревнования среди звеньев газодымозащитной службы МЧС. Спасатели, застегнутые на все карабины (на боевых куртках нет пуговиц), в масках и с баллонами за плечами на скорость преодолевали полосу препятствий. Огнеборцам преграждали путь башни, охваченные пламенем, подвалы, окутанные дымом, и прочие с виду странные конструкции. Пострадавшими были манекены. В общем, обстановка на площадке была максимально приближена к тому, что происходит во время реальных чрезвычайных ситуаций. Тогда на соревнованиях лучше всех с поставленными задачами справилась команда из ПАСЧ-35.

По уже сложившейся традиции я тоже решила пройти огненную полосу психологической подготовки, или, как говорят спасатели, психополосу. Если не на время, то хотя бы до конца. Посмотрим, сумею ли проявить морально-психологическую устойчивость и другие качества, необходимые в экстремальных условиях.

Подготовка

В боевую форму спасателей переодевалась уже в третий раз. Наконец-то сделала это без посторонней помощи — обычно меня собирали в путь сразу несколько бравых мужчин. А тут я самостоятельно запрыгнула в парашютообразные штаны, застегнула куртку и даже молнии на ботинках, которые всего-то на 5 размеров больше. Затянула потуже пояс (наконец-то у меня будет идеально узкая талия), руки утопила в крагах, на голову водрузила шлем. Теперь точно выгляжу как человек, которому можно доверить свою жизнь.

мчсОбычно психополосу проходит звено из трех спасателей. Но нас сегодня двое. Сопровождать непутевого новичка, который и в спорт­зале при самых хороших раскладах бывает пару раз в год, вызвался начальник дежурной смены Артур Сасновец. Он же терпеливо объяснил, как правильно пользоваться аппаратом на сжатом воздухе:

— Одного баллона хватает на 30 минут работы, двух — на 60. При учащенном дыхании, которое появляется из-за тяжелых физических нагрузок, это время уменьшается.

Артур предупредил: дышать в маске непросто. Прислонив ее к лицу, сделала первый вдох. И правда, тяжеловато идет.

— Если не хватает воздуха, не нужно сразу срывать маску. Нажимаете на специальную кнопку и…

В лицо ударяет сильный поток воздуха — теперь точно не задохнусь! Последний штрих к портрету юного спасателя — сам аппарат. Весит он больше 10 кг. Правда, почувствовала я это не сразу. Чтобы приспособление село, как надо, подпрыгиваю и изо всех сил тяну шлейки вниз — так делают все бойцы, что, наверное, со стороны выглядит слегка комично. Заступая на дежурство, каждый проверяет давление в своем аппарате и подгоняет все ремни под себя. Не хватало еще, чтобы в самый ответственный момент он свалился с плеч. На пожаре проводят еще одну проверку, боевую, она занимает не больше минуты. Как говорит Артур, обычно секунд 20. Но сегодня мы обошлись без нее.

Полоса препятствий

На полигоне передо мной лестницы, тоннели, трубы, похожие на цистерны, и водонапорные вышки. Над ними грозно возвышалась четырехэтажная деревянная башня — вот она, моя главная цель на сегодня.

— Сначала пройдите полосу, а потом, если останутся силы, и туда поднимитесь, — снисходительно, даже по-отцовски похлопал меня по плечу начальник части Дмитрий Жук.

Но мои глаза уже заблестели: эту неприступную крепость я должна взять.

Перед стартом пару раз заикнулась: может, засечем время? Но мои попытки установить новый рекорд, пусть и личный, снова пресек­ли — это же не гонка. Самое главное — правильно выполнить все элементы и добраться до финиша.

Первое препятствие — горящая лестница. Ну как горящая, слегка полыхающая. Едва чувствуя ноги в этих огромных ботинках, я ухватилась за перила и, зажмурив глаза, перепрыгнула импровизированный очаг пожара. Ничего не задела, и на том спасибо. Следующий барьер — бетонный круг, установленный между двумя металлическими конструкциями. С первого раза наклониться достаточно низко, чтобы через него пролезть, не получилось: баллон зацепился за край. Пришлось пригнуться ниже. От тяжести позвоночник норовил разломаться пополам, как кусок крекера, прямо с хрустом. Но я мужественно встала на ноги и уже менее уверенно пошлепала до следующей цистерны, по которой тоже предстояло проползти на четвереньках. Я уже говорила, что аппарат на сжатом воздухе весит 10 кг и за все цепляется?

Дальше по программе — пылающий лабиринт. И снова на коленях ползла внутри клетки, стараясь случайно не поджариться. Выбравшись, судорожно нащупала на маске кнопку и изо всех сил на нее нажала. Жадно глотая кислород, сделала напарнику какой-то нелепый знак руками, в моей голове обозначавший, что мне нужен небольшой отдых. Но он вроде все понял. Постояв 5 минут в окружении обеспокоенных моим состоянием спасателей (начальник части, кажется, волновался больше всех), я приготовилась зайти в подземный тоннель. Внутри тьма-тьмущая, хорошо хоть дыма нет, как бывает на учениях, а то сгинула бы среди покрышек, разбросанных в качестве препятствий. Артур Сасновец уверенно двинулся в сторону выхода, выхватывая фонариком из чернеющей пустоты очертания возможных преград. Мне, конечно, это все равно не помогло, и я запуталась в одном из колес. Чтобы лучше ориентироваться в пространстве, спасатели часто простукивают стены ломом — так легче проложить путь. Но сегодня обошлись без этого чудо-инструмента. Когда вышла на свет, мне весело сообщили: остался последний рубеж. Не чувствуя под собой земли, я нырнула в очередной тоннель. И вот он свет. И вот она я. Еле-еле встала с колен, разогнула спину и сипло пробормотала: «Это всё?» Услышав в ответ желанное: «Да» — я, вопреки всем предписаниям, практически сорвала с себя маску и, словно младенец, только появившийся на свет, сделала первый вдох. И хоть ноги ныли, а плечи гнулись под тяжестью баллона, я устремила взгляд на ту самую учебную башню, о которой говорила в самом начале. Я не я, если не возьму эту высоту.

Башня

мчсКак ни странно, мои сопровождающие совсем не возражали, только предупредили: ступеньки на лестнице специфические, быстро пробежать по ним не получится, а потому на время ориентироваться не стоит. Однако я все равно попросила включить секундомер. Цепляясь за перила, медленно, как улитка, поползла наверх. Но ведь и улитка когда-то добралась до вершины Фудзи. Чем я хуже? Тем более сзади страхует Артур Владимирович, можно и не бояться, что нога предательски соскользнет. Да она и не соскользнула. Осторожно переходя со ступеньки на ступеньку, пыхтя и смахивая со лба челку, пробиралась через тернии (в данном случае деревянные пролеты) к звездам. И когда наверху вышла на небольшую площадку, с чувством какой-то особенной гордости осмотрелась вокруг. Как оказалось, четыре этажа я преодолела всего за 45 секунд. Наверное, спасатели пробегут в два раза быстрее. Но с чего-то же надо начинать?