Машина времени

ПЛАСТические операции, или Винил forever

винил

Почему в СССР пластинки с записями популярных западных групп нужно было добывать, и сколько они стоили

Зарубежные пластинки с записями популярнейших, чаще всего английских и американских рок-групп и исполнителей  еще не затертые, в изумительно красивых конвертах-упаковках со сложенными вчетверо портретами поп-идолов внутри в советские времена были полузапретным плодом Попадали они к нам сугубо из-за границы и становились в огромной стране за железным занавесом твердой и устойчивой валютой.

Волшебный чемодан Диди

Драгоценные виниловые диски привозили для себя или на продажу вырвавшиеся в командировку ученые, дипломаты, спортсмены, а также иностранные студенты наших вузов. Сдавали проверенной клиентуре либо перекупщикам-фарцовщикам, зная, что от покупателей не будет отбоя.

С симпатией вспоминаю беззаботного африканца-плейбоя Диди, обитавшего в общаге энергофака БПИ, с его неизменной жемчужной улыбкой, курицей гриль с соусом в качестве закуски на посиделках, белыми подругами, соблазненными заграничными тряпками и косметикой, и волшебным чемоданом под кроватью. Из этого чемодана темнокожий негоциант, словно фокусник, извлекал по желанию клиента новенькие джинсы, разноцветные майки с броским рисунком и даже пластиковые пакеты «Кент», «Мальборо», которые тоже были дефицитными. И, конечно, «пласт», доставленный из-за бугра во время каникул с учетом конъюнктуры либо по заказу.

винилФарцовка была занятием уголовно наказуемым, но чрезвычайно прибыльным. Цена новенькой пластинки в 1970-е годы зависела от популярности исполнителя, места и времени выпуска и редко опускалась ниже 60-80 рублей. Для сравнения: прилежный студент  получал стипендию 35 руб­лей. Тем не менее спрос на диски тех же The Beatles и иже с ними был устойчивым. Обладатель хотя бы трех-четырех «пластов» при наличии коммерческой жилки мог открыть маленький (хотя и нелегальный) бизнес. Мало того что дисками обменивались или их перепродавали соратникам-меломанам, так еще и без проблем по твердой таксе (за «трюльник»!) альбом переписывали на кассету.

Билл Клинтон считается одним из самых известных собирателей виниловых дисков! Боб Марли, Бьорк, Мэрилин Монро, Эми Уайнхаус, Клаудия Шиффер, Джими Хендрикс, принц Чарльз, Стив Джобс — все они когда-то коллекционировали винил.

Сокровищница в Сельхозпоселке

Поклонник качественного рока, впрочем, как и джаза, имевший приличный и устойчивый доход, хорошую аппаратуру и собственную квартиру, приобретая раритетную пластинку, расставаться с ней не спешил. Позволить себе иметь хотя бы несколько десятков альбомов могли немногие, но настоящих коллекционеров цена не останавливала. Они знали друг друга в лицо и поименно. Собирались нередко около магазина «Мелодия» на углу улицы Володарского и Ленинского проспекта.

В начале 1980-х при клубе треста «Строймонтажиндустрия», где сейчас Молодежный театр эстрады, появился клуб филофонистов, члены которого имели удостоверения, платили взносы, а главное — общались и обменивались дисками.

Легендарные братья Рабинович жили в Сельхозпоселке в собственном частном доме, располагали неимоверным количеством потрясающих «пластов» и обеспечивали классными записями едва ли не весь город. Меня однажды привел к ним однокурсник, получавший повышенную стипендию и поэтому безропотно расставшийся с трехрублевкой, чтобы получить вожделенную запись Jethro Tull. Хорошо помнит эту воистину меломанскую сокровищницу Аладдина известный художник и дизайнер Владимир Цеслер:

Читайте также:  Хиппи and…

the beatles, винил— Как-то раз из Риги в Минск приехал человек, желавший поменять свой фирменный диск, кажется, группы Genesis. Я сказал, мол, вопрос решаемый, и мы по­ехали в Сельхозпоселок. Дома был Вова Рабинович. Он взглянул на пластинку и авторитетно оценил ее как нефирменную. Рижанин возмутился. Володя открыл шкаф, показал оригинальную, и у гостя поехала крыша. Он знал всех рижских коллекционеров, но не ожидал увидеть подобное великолепие в Минске да еще в частном секторе!

— Первым аппаратом для прослушивания записей стал для меня катушечный литовский магнитофон, — вспоминает мой давний знакомый Валерий, коллекционер с сорокалетним стажем. — Потом появилась радиола «Эстония», и я начал покупать пластинки. Первую — Let it bleed The Rolling Stones — приобрел за 60 рублей, когда был студентом-третьекурсником. Затем раскошелился на классный диск Led Zeppelin III. Увлекся винилом не на шутку, хотя в основном записывал музыку на бобины.

Удивительно, но даже когда в 1970-1980-е годы выпускать виниловый рок в СССР начала всесоюзная фирма грампластинок «Мелодия» по весьма приемлемой цене (3-5 рублей), спрос на дорогие зарубежные альбомы ничуть не уменьшился. С одной стороны, тиражи с записями венгерских и польских ансамблей (ценители до сих пор с любовью вспоминают гремевшие тогда группы «Метро», «Локомотив ГТ», «Червоны гитары», «Трубадуры», Чеслава Немена и других) были невелики и быстро раскупались. С другой — оригинальный альбом из Лондона или Берлина безоговорочно признавался высшей пробой и придавал особый статус владельцу.

Японский писатель Харуки Мураками, книги которого переведены на 50 языков, коллекционирует виниловые джазовые пластинки. В его коллекции свыше 50 000 альбомов!

Мечта меломана и  первопресс Led Zeppelin

Шло время. Валерий к винилу охладел. Он распродал коллекцию и отдал предпочтение дискам-репликациям (копии настоящих виниловых «пластов» в уменьшенном размере в формате компакт-диска). У него и сего­дня их около сотни.

Однако, обнаружив лет пять назад, что на винил вновь бум, мой собеседник вспомнил молодость: обзавелся качественным японским проигрывателем и вернулся к прежнему увлечению. Благодаря этому, по его словам, познакомился с несколькими очень серьезными коллекционерами.

Это хобби не только увлекательное, но и необычайно затратное занятие. Пластинки могут быть баснословно дорогими, а их конверты зачастую никогда не вскрывались. Как правило, это сверхценные экземпляры.

Важнейшие факторы, влияющие на ценность пластинки: год издания, лимитированность тиража, популярность и мировая востребованность исполнителя, состояние самого диска и его конверта, лейбл компании-издателя. А если на обложке расписался сам музыкант, цена альбома подскакивала в разы.

— Я, как выяснил недавно благодаря Интернету, был в свое время обладателем довольно редкого и дорогого первопресса альбома Led Zeppelin III, — улыбается Валерий. — Но обменял его. Кто бы мог тогда подумать… Поспешил!

…В затянувшемся споре, что лучше, чище звучит — пластинка или CD, аналог или цифра, у каждой стороны свои аргументы. Но настоящий ценитель винила для себя этот вопрос решил окончательно и бесповоротно. Уж он-то знает, что на самом деле не виниловый, а именно компактный диск — уходящая натура, искусственный звук, слушать который только время терять.