Социум

Прошу садиться

домашнее насилие

Судья вынесла обвинительный приговор 31-летнему минчанину, который избивал беременную сожительницу

Ольга и Павел* познакомились в общей компании. Приехавшая из провинции женщина сразу обратила внимание на дерзкого молодого человека, который проявлял к ней неподдельный интерес. Общение продолжилось: они встречались в барах, гуляли по городу. Про себя Павел Одинец рассказывал мало: разведен, детей нет, временно официально нигде не работает. Вскоре Ольга переехала к кавалеру, тому в наследство от бабушки досталась двухкомнатная квартира на улице Воронянского.

— Не знаю, чем он меня привлек. У меня высшее образование, хорошая работа, нормальная внешность, а он кто? — после с явным пренебрежением будет рассуждать Ольга Мартынова. — Вероятно, выработался комплекс, из-за того что родители часто твердили: «Тебе 30, а ни детей, ни мужа нет!»

Конфетно-букетный период закончился быстро. Павел стал чаще приходить домой в изрядном подпитии, мог подолгу где-то пропадать с друзьями. Однажды Ольга сделала замечание, за что получила звонкую оплеуху и услышала поток ругательств в свой адрес. Но не избалованная мужским вниманием простила возлюбленному выходку: протрезвев, тот стоял на коленях, извинялся, обещал: такое больше не повторится. К тому же ее подкупили слова сожителя, что он скоро устроится на высоко­оплачиваемую работу, они накопят денег и сыграют пышную свадьбу.

Однако меняться в лучшую сторону Павел Одинец не спешил. Стоило выпить лишнего, измывался над гражданской женой, каждый раз придумывая разные поводы: то сосед видел ее с другим мужчиной, то до него дошли слухи о ее романе с коллегой.

— Бил по голове, щекам, хватал за руки. Однажды я упала, и он стал избивать меня ногами, прыгал сверху. Удары сыпались один за другим — эксперт тогда насчитал на моем теле не менее 28 следов от побоев, — опустив глаза, рассказывала в суде потерпевшая. — Как-то раз кухонным ножом порезал мне плечо и ягодицу, а спустя некоторое время, когда снова напился, сломал ребра и нос. Тогда меня госпитализировали. Павла не останавливало и то, что я ждала от него ребенка.

В таком нескончаемом кошмаре Ольга прожила около года. Если раньше она не желала выносить сор из избы, терпела побои и унижения, то, узнав, что беременная, стала обращаться в милицию: надеялась, люди в погонах образумят сожителя. Ему каждый раз доходчиво объясняли: если он не прекратит распускать руки, то для него все закончится плачевно. Обычно после профилактических бесед Павел возвращался домой, извинялся перед Ольгой. Та прощала, просила милиционеров не привлекать сожителя к ответственности. Уезжать, будучи на сносях, к родителям в деревню категорически не хотела, для нее это было позором, мол, поехала столицу покорять, а привезла в подоле.

Однако последней каплей стал инцидент, когда пьяный до невменяемости Одинец на почве ревности повалил Ольгу на пол и стал избивать ногами. Женщина всячески прикрывала от ударов уже хорошо округлившийся живот. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не зазвонил мобильник Павла. Тот отвлекся на разговор, а Ольга тем временем ускользнула из квартиры и помчалась к участковому. В тот раз она написала заявление о привлечении сожителя к уголовной ответственности.

В качестве свидетелей судья допросила 5 сотрудников ОВД — участковых инспекторов и милиционеров, выезжавших по вызовам Мартыновой. Давали показания медики, которые наблюдали беременную Ольгу. Все рассказывали, что видели на теле у женщины следы насилия — многочисленные ссадины, кровоподтеки.

Из характеристики участкового инспектора Октябрьского РУВД:  «Павел Одинец — лицо, злоупотребляющее спиртными напитками и нарушающее общественный порядок, ранее судим за угрозу убийством. В январе 2018 года в райуправление поступила информация, что он избил сожительницу. После проведенной проверки факты подтвердились. Спустя 4 месяца гражданка Мартынова обратилась с заявлением, что снова стала жертвой нетрезвого Одинца. Это показала и назначенная экспертиза. Через 2 недели женщина написала заявление с просьбой привлечь сожителя к ответственности за систематическое избиение».

домашнее насилиеОдинец вину в содеянном признал полностью, чистосердечно раскаялся. При этом всячески уверял служителя Фемиды: в связи с давностью событий, происходивших на протяжении года, а также из-за чрезмерного увлечения спиртным многого не помнит.

— При вынесении приговора суд учел характеристику личности обвиняемого: судимый, неработающий, отрицательно характеризующийся по месту жительства, — говорит прокурор Октябрьского района города Минска Юрий Трайковский. — Одинца признали виновным в умышленном причинении продолжительной боли и мучений способами, вызывающими особые физические и психические страдания потерпевшего, и систематическом нанесении побоев, не повлекших тяжких последствий, беременной женщине. Суд назначил наказание в виде лишения свободы на срок 3,5 года с выплатой штрафа в размере 100 базовых величин. Кроме того, по месту отбытия наказания его будут лечить от хронического алкоголизма. Приговор Одинец обжаловать не стал.

Из характеристики участкового инспектора Октябрьского РУВД:

«Павел Одинец — лицо, злоупотребляющее спиртными напитками и нарушающее общественный порядок, ранее судим за угрозу убийством. В январе 2018 года в райуправление поступила информация, что он избил сожительницу. После проведенной проверки факты подтвердились. Спустя 4 месяца гражданка Мартынова обратилась с заявлением, что снова стала жертвой нетрезвого Одинца. Это показала и назначенная экспертиза. Через 2 недели женщина написала заявление с просьбой привлечь сожителя к ответственности за систематическое избиение».

Возмущает позиция родственников, присутствовавших на судебном заседании. Мать Мартыновой рассказала, что неоднократно видела на теле дочери синяки и знала, откуда они по­явились. Ольга ей во всем призналась. Кроме того, родительница сама несколько раз становилась невольным свидетелем конфликтов пары. Однако даже не соизволила поговорить с несостоявшимся зятем о недопустимости такого поведения: боялась, что тот разозлится и прогонит ее беременную дочку восвояси.

На суде выступили соседи Одинца, сообщившие, что часто слышали, как пара выясняет отношения на повышенных тонах, и даже несколько раз видели, как Павел ударил сожительницу по лицу во дворе дома. Однако предпочли не вмешиваться в семейные разборки, мол, милые бранятся — только тешатся.

Лично мне не по себе от такого безразличия окружающих. У них на глазах избивали женщину, причем беременную, а они оставались в стороне. Спасибо, еще не снимали происходящее на камеру мобильника, чтобы потом выложить в Интернет. Не стыдно? А ведь тогда любой удар здоровенного Одинца мог стать последним для хрупкой Ольги и ее будущего ребенка.

Непонятна позиция и самой потерпевшей. Зачем столько времени терпеть унижения и побои, по­стоянно прощать изверга? Неужели Мартынова наивно полагала, что в будущем их отношения наладятся? После родов женщина уехала к родителям в деревню, где растит маленького сынишку. Возможно, тайком Ольга и кусает локти, осознав, что ее жизнь могла бы сложиться иначе, не свяжись она с Одинцом.

*Имена и фамилии героев изменены.

За помощь в подготовке материала автор благодарит прокуратуру Октябрьского района города Минска.