Трудно поверить, но миниатюрные иконки для архиерейских митр и заметные издалека лики святых на фасадах огромного храма — дело рук одних и тех же мастеров

Рукотворное чудо начинается в иконописной мастерской Дома милосердия. Всего две мастерицы, Ольга Белая и Татьяна Самкова, и один мастер, он же руководитель, Георгий Сутулин. Исполняют послушание — пишут аналойные иконы на все церковные праздники, «образа-таблетки», которыми украсят богослужебные головные уборы, готовят так называемые картоны для мозаичных полотен.

— Для кого вы работаете? — спросили мы, подразумевая: «Чьи заказы выполняете?» А в ответ услышали:

— Во славу Божию. И во спасение души.

Тем не менее спрос на изделия мастерской немалый. Их ждут и в городах России, включая Санкт-Петербург, и в Украине, и в Беларуси. Среди адресатов даже «Софрино» — художественно-производственное предприятие Русской Православной Церкви. А это такой же мощный российский бренд, как, например, «Аэрофлот».

И все-таки самый интересный заказ — родной, Всехсвятский: 44 иконы-мозаики в натуральную величину опоясали храм-памятник.

— Для его украшения выбраны наиболее почитаемые святые из разных чинов небесной иерар­хии, — рассказывает Георгий Сутулин. — Бесплотные силы представлены у нас архангелами Михаилом и Гавриилом. Из пророков можно увидеть Илию, Иоанна Крестителя. Есть тут апостолы, святители, мученики, блаженные… Думаю, многие узнают лики Николая Чудотворца, Георгия Победоносца, Серафима Саровского, наших соотечественниц Евфросиньи Полоцкой и Софии Слуцкой.

В сонм святых по традиции включены и небесные покровители тех, кто принимал непосредственное участие в создании храма. У Патриарха Алексия II это святитель Алексий, митрополит Московский. У Главы нашего государства — благоверный князь Александр Невский. У митрополита Филарета — праведный Филарет Милостивый. У настоятеля Всехсвятского прихода протоиерея Федора Повного — великомученик Федор Стратилат.

Богатой мозаикой отделывали императорские храмы в Византии. Не случайно в мастерской у иконописцев висят огромные, в полный рост, репродукции древних образцов византийского церковного искусства.

— На них мы и стали опираться, — вспоминает Сутулин. — Однако надо было придумать более теплую цветовую гамму, чем на образцах, поскольку наши мозаики располагаются на холодном фоне светло-серой стены. Плюс требовалось ввести золотой ассист, чтобы перекликался с золотом куполов и зубцов на шатрах.

Ассист — штрихи из сусального золота или серебра на складках одежд, перьях, крыльях ангелов. Символизирует присутствие Божественного света.

Готовые картоны иконописцы передают мозаичникам из УП «Минский художественный комбинат». А те переводят красочное изображение в смальту. И в то же время учитывают расстояние, с которого увидит икону зритель. Поэтому частенько берут более яркие тона, нежели на картоне. Оказывается, воздух съедает цвет. Иногда приходится даже упрощать какие-то мелкие линии, чтобы издалека фигуры святых читались более четко и монументально.

— Весь пояс уже закончен. Осталось замкнуть его центральным панно над главным входом во Всехсвятский храм. В октябре 2011-го Владыка Филарет подписал благословение этого проекта. Выше звонницы разместится Спас на плате в окружении Небесных сил, а ниже — Спас во славе с предстоящими ангелами, Матерью Божией и Иоанном Крестителем. Мы с Ольгой и Татьяной будем выполнять эту работу в сотрудничестве с мозаичниками.

Его отец был солдатом царской армии и строил в Турции узкоколейку. Художник  Михаил Карпук до сих пор помнит его рассказы и нередко использует впечатления о них в своих полотнах

Красные ястребки

Немало у мастера кисти и произведений на военную тему. Сейчас он завершает работу над картиной, посвященной освобождению от фашистов родной земли.

— Пишу уже два года, — рассказывает Михаил Андреевич. — И постоянно что-нибудь правлю. Убрал лишние, как выяснилось, планы, добавил более убедительные тона, уточнил детали… Но я уже близок к завершению полотна. Осталось сделать более четкими фигуры солдат, которые переправляются на плотах через реку. Сюжет картины основан на моих воспоминаниях и соответствует фактам. Вымысел, пожалуй, только в том, что эти факты взяты из разных отрезков времени. Советские самолеты-истребители на картине красного цвета. И это тоже правда. В 1980-е годы мне довелось встретиться с Героем Советского Союза летчиком Михаилом Зеленкиным. Он мне и рассказал, что первым покрасил свою боевую машину в алый цвет. Вслед за ним так же покрасили истребители товарищи по звену, а затем и вся эскадрилья.

Среди бойцов, идущих в атаку, мастер изобразил и своего хорошего знакомого — художника театра оперы и балета Беларуси Владимира Кульвановского. После освобождения Минска 26-летний парень ушел на фронт. В первом же бою был тяжело ранен. Пуля долгие годы оставалась в легком — в двух сантиметрах от сердца. Бывший солдат долго не решался на операцию и сделал ее лишь незадолго до своего 80-летия.

Возможно, в перспективе у художника появится произведение на тему военного детства.  Ведь непростым оно было у большинства ровесников Михаила Карпука.

— Однажды в 1944-м отец, старшая сестра и я отправились в поле — жать рожь и вязать снопы, – поясняет мой собеседник. – В тот день мы наблюдали, как советские самолеты бомбили фашистов, окопавшихся рядом с нашей деревней Мыкшицы, что на Брестчине. В поле нас вывел папа, который сказал: «Война войной, но мы должны сохранить зерно».

Сейчас один из портретов отца хранится в мастерской сына. Андрей Михайлович запечатлен молодым солдатом царской армии. Работа написана с маленького пожелтевшего снимка и сама  кажется раритетной фотографией. А маму Михаил Андреевич и вовсе изобразил на многих своих картинах. Однажды шведские коллекционеры увидели работу, на которой Мария Николаевна написана на фоне старой сельской избы. И сразу купили это произведение. Выставки Михаила Карпука с успехом проходили во многих странах.

Встреча на Висле

В марте художник отметил 82-летие. Несмотря на  возраст, он по-прежнему пишет этюды с натуры. Например, недавно побывал в Лошице, и сейчас на его мольберте стоит почти завершенное полотно — извилистая речка Свислочь, живописные деревья, старый мостик.

— Но на самом деле мостика там не было, — поясняет автор. — Пришлось придумать его для большего романтизма. Хотя некоторые мои коллеги работают по-другому. Так, один мой знакомый москвич очень любил точность. На пленэрах он всегда фиксировал даже малейшие детали. Причем не покидал свое место в любую погоду. Писал и под дождем, и в пронизывающий ветер. Я у него многому научился.

Немало пейзажей Михаил Карпук посвятил родным местам.

— Сейчас в деревне бываю редко, — признается мастер. — Родительский дом давно продан, в нем живут чужие люди. Но мое детство прошло в столь красивых местах, что забыть их невозможно. Особенно часто вспоминаю речку Пульву, которая впадает в Западный Буг. А эта река, как известно, течет в Вислу. Несколько лет назад я побывал в польском городе Торунь, где проходила моя персональная выставка. Когда гулял вдоль Вислы, подошел к берегу и опустил в воду руки. «Здесь вода и моей речки», — сказал я, заметив удивленные взгляды поляков. И все улыбнулись…

C надеждой на внука

О продолжении творческой династии Михаил Карпук мечтал с того дня, когда родился сын. Но Андрей стал архитектором, хотя, по мнению профессионалов, мог бы успешно заниматься изобразительным искусством.

— Педагоги Андрея говорили о его удивительном ощущении цвета, — поясняет Михаил Андреевич. — Но я никогда не настаивал на том, чтобы он стал художником. Каждый должен принимать важные решения сам. Внука я тоже не уговаривал… Михаил после учебы в художественном лицее сначала неожиданно для меня пошел учиться на дизайнера в строительный колледж, а затем поступил… в Минское государственное музыкальное училище имени Глинки по классу вокала. У Миши оказался колоритный бас. Первокурсником он пел в рок-опере Алексея Рыбникова «Юнона» и «Авось». Затем работал в штате Музыкального театра, а сейчас трудится в певческом коллективе при Свято-Троицком Александро-Свирском мужском монастыре, что в Ленинградской области.

Михаил Карпук-младший часто бывает в Минске, где поет с друзьями в ансамбле «Ваганты» и участвует в художественных выставках. К своему первоначальному увлечению он вернулся недавно. В одной из минских галерей некоторое время назад прошла выставка, на которой была представлена графика Михаила-младшего — пейзажи и виды с храмами. Часть работ коллекционеры сразу приобрели.

— Надеюсь, внук продолжит мое дело, — признается Михаил Андреевич. — Сам я каждый день тружусь в мастерской. В хорошую погоду иду к ней пешком, хотя дорога занимает почти час. У меня по-прежнему много замыслов. В работе  нередко пользуюсь своим архивом — этюдами и рисунками, некоторые созданы еще в конце 1940-х годов. И даже придумал собственную технику. Пишу по древесно-волокнистой плите гуашью или темперой. С помощь специальных средств создается такое впечатление, что картина написана на холсте. И храниться она может очень долго. Уверен, даже Леонардо да Винчи и Рембрандт писали бы на ДВП. Но в их время этого материала еще не придумали.

А еще художник пишет книгу, в которой хочет рассказать о своей родословной. Издание скорее всего украсят репродукции автора и графика его внука.

В 1956 году Михаил Карпук поступил в Московский полиграфический институт, где учился у великолепного графика Андрея Гончарова, позже получившего звание народного художника России. Михаил Андреевич работал на белорусском телевидении, киностудии «Беларусьфильм». Его фамилия стоит в титрах фильмов «Вся королевская рать», «Парашюты на деревьях», «Последнее лето детства», «Спроси себя», «Три веселые смены», «Железные игры», «Конец бабьего лета».

Одну из самых популярных в мире компьютерных онлайн-игр World of Tanks создали минские специалисты. В чем секрет успеха?

Два года назад в сети по­явилась многопользовательская онлайн-игра World of Tanks («Мир танков»). Суть ее в максимально приближенных к реальности танковых сражениях, происходивших во времена Второй мировой войны. Новая компьютерная забава сразу же стала популярной у геймеров. В прошлом году на территории стран СНГ за виртуальные рычаги военных машин разом сели более 90 тысяч человек. Это стало новым мировым рекордом среди подобных развлечений, а World of Tanks была занесена в Книгу рекордов Гиннесса. В начале апреля нынешнего года в виртуальный танковый бой одновременно вступили уже 450 тысяч человек. Всего же по всему миру насчитывается более 20 миллионов поклонников этой игры.

Удачный ход

— В чем причины популярности World of Tanks?

— Она удачно нашла свою нишу на рынке, — рассказывает продюсер самой известной и пока наиболее успешной белорусской компьютерной игры World of Tanks Михаил Живец. — Хотя мы предполагали, что участвовать в ней будет раз в пять меньше людей, чем сейчас. По сути, качественной онлайн-игры на военную тематику до этого и не было. Большинство самых популярных сюжетов — фэнтэзи и магия. Сформировалась у нас и своя аудитория — мужчины в возрасте 25-40 лет.

— Игра постоянно дополняется. Большая ли команда работает над ее развитием?

— Около 300 человек. Это программисты различного профиля, художники, рисующие 3D-модели, игровые дизайнеры, которые продумывают, как в игре должен ездить танк и по каким законам физики проходит стрельба. Есть команда специалистов, которая проверяет все нововведения. Первые версии, где на экране ездили и стреляли всего два танка, создавали 20 наших сотрудников. На большие обновления, например разработку режима игры, уходит два-три месяца. На введение танка или карты местности достаточно месяца. Если не включать ничего нового в проект, то интерес к нему постепенно затухает. Поддерживать World of Tanks мы планируем еще 5-7 лет.

— И сколько танков выпустите на поля боев?

— Как минимум в два раза мы точно увеличим их количество (сегодня уже более 150. — Прим. авт.). А может быть, и больше. Все модели у нас реальные: на них либо воевали, либо они существовали в проектах.

Между правдой и фантазией

— Как удается придерживаться исторической реальности?

— У нас работают несколько консультантов. Они проверяют созданные художниками и дизайнерами модели танков: правильно ли воссоздана ходовая часть, башня, орудия. С некоторыми специалистами сотрудничаем внештатно. Недостатка в информации о советских танках нет. Если же вводим в игру какую-нибудь малоизвестную модель, то обращаемся за помощью к нашему московскому эксперту, знатоку отечественной бронетехники времен Второй мировой войны. Сложности возникают с европейскими и американскими танками. Но мы контактируем с различными международными музеями. Например, с британским Бовингтонским музеем танков.

— Приходится ли жертвовать реалистичностью ради игрового процесса?

— Лавировать между реалистичностью, историчностью и зрелищностью игры приходится постоянно. Например, у нас танки ездят и стреляют быстрее, чем на самом деле. Первые тесты показали, что если бы боевые машины передвигались и палили с истинными скоростями, то получилось бы очень унылое и неинтересное действо. Только на перезарядку орудия уходила бы минута. Введены и артиллерийские самоходные установки, которые поражают цель с помощью спутниковой навигации и стреляют куда более метко, чем в действительности. Игровой процесс от этого стал намного зрелищней и динамичней. Многие геймеры, конечно, нам это ставят в укор. Придумывать сюжет с мифическими персонажами в этом плане гораздо легче.

— Мнением об игре непосредственно тех, кто участвовал в реальных боях, ветеранов, интересовались?

— Мнения участников настоящих боевых сражений разделились. Одним понравилось. Хотя и говорят, что картинка совсем не похожа на то, что им довелось увидеть во время реальной войны. Другие ветераны сетуют на смешанный состав команд. У нас ведь на одной стороне могут сражаться и русские, и немецкие, и американские танки. Такова особенность. Мы осознанно не хотели акцентировать внимание на конфликте минувших дней и противопоставлять когда-то воевавшие народы.

— Вы сначала планировали создавать фэнтэзи, а потом переключились на реальные танки. Почему изменили решение?

— Действительно, сначала мы сделали прототип игрушки с магией и выдуманными персонажами. Потом пришло время принимать решение: а что же будем делать дальше? Сколько ресурсов и времени придется вложить в развитие проекта? Насколько он будет популярен? Выходило, что нам нужно было конкурировать с серьезными западными компаниями, которые уже выпустили немало фэнтэзи. Сделать это было бы сложно. И тогда мы решили продолжить собственный военно-исторический опыт (до этого компания выпустила игру «Операция «Багратион». — Прим. авт.). Пошли на риск — и угадали.

В какую копеечку влетел World of Tanks, разработчики умалчивают, ссылаясь на коммерческую тайну. По мировым расценкам, создание среднебюджетного проекта обходится в сумму от 18 миллио­нов до 28 миллионов долларов. У российских компаний подобная цифра в разы меньше — от 100 тысяч до миллиона долларов. А вот бюджет американской Call Of Duty: Modern Warfare 2 составил около 250 миллионов долларов, из которых только около 50 миллионов пошло на создание самой игры, остальные — на рекламу. Вложения окупились с лихвой — прибыль составила около миллиарда долларов.

Наше дело

— Можно ли сказать, что World of Tanks — это полностью белорусский продукт?

— Всю игру создали белорусские специалисты. Идея тоже возникла здесь, в минском офисе. Хотя для того чтобы сделать качественный глобальный проект, необходимо большое количество специалистов, найти которых у нас сложно.

— Но ведь Беларусь считается едва ли не страной программистов?

— С программистами как раз проблем нет. Сложно найти опытного игрового дизайнера. Специалистов приходится выращивать самим. У нас ведь нет, как на Западе, крупных компаний, которые бы на протяжении нескольких десятков лет только и занимались тем, что производили виртуальные развлечения для геймеров. Чтобы о Беларуси заговорили как о стране, где создают популярные и масштабные компьютерные игры, нужно больше компаний и больше проектов высокого качества. Идей в головах хватает, а вот реализовать их непросто.

— На какие еще темы, кроме военной, белорусы могли бы создавать конкурентоспобные на мировом рынке компьютерные игры?

— Создание компьютерных игр — это бизнес. Предложить международной аудитории что-либо с национальным колоритом, чтобы компания могла потом еще и прибыль получить, трудно. В Беларуси ведь не наберется столько людей, которые приобретут игру, чтобы окупилась хотя бы ее разработка. Поэтому с популярными историческими темами разработчикам проще.

— Как к успеху белорусов отнеслись коллеги за рубежом? Ведь, по сути, вы их опередили с темой.

— Когда мы только начинали проект, некоторые российские коллеги к нашей затее отнеслись весьма скептически. В России ведь куда больше крупных фирм, занимающихся разработкой компьютерных игр. Некоторые даже оставляли на наших интернет-форумах комментарии в стиле: «Да что вы сможете сделать со своими танками?» Но мы сумели доказать обратное. 

У любителей виртуальных боев вскоре появится возможность сражаться не только на танках, но и на самолетах и военных кораблях. World of Tanks уже в этом году будет интегрирован с новой компьютерной игрой World of Warplanes («Мир военных самолетов») и в следующем — с World of Battleships («Мир боевых кораблей»).

О смешном и грустном на легендарном космодроме вспоминает инженер-испытатель космических аппаратов подполковник в отставке Николай Смердов

— Первые впечатления от космодрома «Байконур» непередаваемы, — говорит ветеран. — Все вызывало восхищение: размеры монтажных залов и стартовых сооружений, люди, преданные идее освоения космоса, собственные полномочия и ответственность… За 15 лет службы на «Байконуре» я отправил в полет около 40 «Союзов» и три орбитальные станции. Конечно, за такое время любая работа становится обыденной. За одним кораблем следует другой, и ты перестаешь задумываться о значимости происходящего.

— И все же, согласитесь, это очень интересная обыденность — работать рядом с людьми, которых знает весь мир…

— Сослуживцы часто просили взять автограф у космонавтов, а для меня они были обычными ребятами. Климука я запомнил невысоким, веселым парнем. В Центре подготовки его считали везучим: два раза летал в космос, будучи изначально дублером. С одним из членов основного экипажа что-то случалось перед стартом, и Климук занимал его место. Даже шутка была в Звездном городке: «Кто выиграет бутылку шампанского в новогодней лотерее? Конечно, Климук!»

А вот другой белорус — Коваленок — запомнился мне здоровенным, крепким мужиком. Помню, как он, садясь в кресло космического аппарата, нечаянно отломал ручку отстрела стренги парашюта.

— Ну ты и здоровяк! — ворчали на него монтажники.

В Минске сейчас живут около 40 байконурцев. Они организовали «Общество ветеранов Байконура» и отмечают вместе памятные дни — ракетных войск, космонавтики, 23 февраля. Многие из них мечтают вновь побывать на космодроме.

Каждый кандидат в космонавты, несмотря на большой риск, хотел слетать в космос и доказать себе и другим, что его многолетние тренировки были не напрасны. Мы, земные, им завидовали по-хорошему. Впрочем, наша работа была не менее ответственной. Нередко приходилось ночевать на старте, устраняя неполадки, выявленные в системе во время проверок. Ведь заданное время запуска ракеты отменить было невозможно. Нас называли технологическими космонавтами и еще иногда именовали смертниками, ведь всякое могло случиться во время испытаний, подготовки к старту.

— Да и сами космические старты не всегда проходили гладко…

— Помню, космонавты Лазарев и Макаров должны были лететь к орбитальной станции «Салют-4». После подготовки космического аппарата мы усадили их в кресла, закрыли за ними люк, проверив его герметичность, и спустились в бункер. Там уже было много народа, все всматривались в мониторы: один показывал стартовую позицию, другой — экипаж внутри корабля. Сначала все шло хорошо, мы поддерживали связь с космонавтами, следили за их состоянием. И вот уже ракета-носитель почти в космосе — отделились боковушки, был сброшен обтекатель, и в кабину корабля попал солнечный свет. Макаров поднял руку с прикрепленным к скафандру зеркалом и глянул через него в иллюминатор. С Земли спросили:

— Что делаешь?

— Посмотрел на Землю, — ответил он. — Голубая, вся в белом.

И вдруг взвыла сирена, изображение пропало. Внутри бункера все замолкли — связь потеряна. Через минуту был отдан приказ поднять поисковую группу.

Слава богу, вскоре аппарат засекли над Алтаем. Он шел на горы, в снежную пургу. Каким-то чудом после приземления парашют зацепился за сосну, он удержал аппарат на краю пропасти, и космонавты остались живы.

Той ночью я не спал — все прокручивал в голове детали предстартовой проверки, ведь это я последним уходил с корабля.

— Все обошлось?

— Отделались, как говорится, испугом. Правда, Макарова не­много пожурили впоследствии за нецензурные выражения, которыми он разразился во время аварийного спуска. Но в той ситуации это было простительно. Мне, кстати, тоже как-то за ругань досталось. В 1980-м, перед Олимпийскими играми, прошел слух, что руководство хочет запустить в космос олимпийского мишку. Я не придал этому значения. И вот, сижу в корабле, проверяю работу пульта и вдруг чувствую чей-то взгляд. Не по себе стало — в аппарате ведь никого, кроме меня, быть не должно. Медленно поворачиваю голову и вижу огромные глазищи — на панели между парашютными отсеками висит мишка и смотрит на меня.

— Фу ты, черт! — выругался от неожиданности, а палец был на кнопке связи…

— А каким вам запомнился город Байконур?

— Назывался он тогда Ленинском и был режимным: огорожен проволокой, вход только по пропускам. Хочешь, чтобы родственники приехали, — пиши заявление. Рассказывать кому-либо о своей службе запрещалось — все были ознакомлены с приказом 010 о режиме секретности и расписались в этом. Даже жена о моей работе ничего толком не знала.

В годы холодной войны приходилось обеспечивать секретность в разных ситуациях. Помню, надо было проверить систему связи со станцией «Мир» через наш ретрансляционный спутник. А ведь над Байконуром пролетали и американские разведывательные спутники, которые фиксировали, чем это мы занимаемся. И мне надо было, узнав спутниковую обстановку, выбрать «окна» (время, когда спутников над нами нет), чтобы проверить связь. Приходилось много раз включаться и выключаться, расчехлять станцию и вновь зачехлять.

Когда приезжали телевизионщики снимать работу с космонавтами, мы надевали белые халаты — прятали погоны. Никто не должен был знать, что на космодроме работает столько военных. Впрочем, все эти ухищрения были по большому счету ни к чему. При пусках боевых ракет в акваторию Тихого океана американцы порой раньше наших моряков знали, состоится запуск ракеты или нет.

Тяжело было привыкнуть к местному климату: летом — нестерпимая жара. С работы полтора часа ехали в раскаленных за день вагонах поезда, иногда женщины и мужчины садились отдельно, чтобы можно было раздеться по пояс. А зимой — мороз с ветром, продувающим даже меховую куртку. Зато наш город снабжали всем необходимым, гоняться за дефицитом не приходилось. И в отпуск можно было поехать на курорт всей семьей. Много было всего — хорошего и не очень. Мы и не задумывались тогда о том, что делали историю. Молодыми были.

У желания — 100 возможностей, у нежелания — 100 причин. Председатель Белорусской ассоциации врачей Дмитрий Шевцов, главврач 34-й районной центральной клинической поликлиники, — экспериментатор в столичном здравоохранении

Правая рука

Новаторские идеи в его медучреждении не остаются на бумаге, а реализуются на практике довольно быстро и успешно. Пресловутый кадровый вопрос в поликлинике полностью не снят. Тем не менее в одном из терапевтических отделений участковые врачи вздохнули с облегчением: их помощники успешно ведут прием. Причем настолько квалифицированно, что пришлись по душе самым привередливым пациентам. Поначалу были недовольны , рвались в кабинет исключительно к медику с высшим образованием. А теперь все в порядке.

— Сейчас пишу научную работу в аспирантуре Белорусской медицинской академии последипломного образования по организации сестринского дела в условиях поликлиники, — рассказывает Дмитрий Шевцов. — Она базируется на повышении роли среднего медперсонала — медсестер, фельдшеров. Им надо давать больше самостоятельности, чтобы они были не просто исполнителями воли врачей, а их правой рукой. Тогда и стимул работать появится. Два года назад мы создали у себя экспериментальный участок, на котором по сей день работают помощники врачей. Их курирует участковый терапевт и заведующий отделением.

— Каковы должностные обязанности помощников врачей?

— Они принимают первичных пациентов — тех, кто пришел на прием в первый раз. Проводят осмотр, выполняют простейшие медицинские обследования, в том числе и измерение уровня артериального давления, выписывают направления на анализы. Назначают лечение в рамках своей компетенции. Если понимают, что нужна врачебная консультация, направляют к участковому терапевту. И в этом есть плюс: пациент приходит к доктору подготовленный — с результатами обследований на руках.

Но все же основной контингент, с которым работает помощник врача, — люди с хроническими заболеваниями в состоянии ремиссии. Благодаря такому кураторству пациенты стали более внимательны к себе. И, как следствие, снизилось число обострений недугов, что сказалось на уменьшении количества вызовов скорой медицинской помощи. Не секрет: когда гипертоник, например, забывает вовремя принимать лекарства, у него возможен резкий скачок давления — повод для вызова службы «103».

Попали в Сеть

— Где вы еще были первыми?

— 34-я поликлиника первой из амбулаторно-поликлинических учреждений в Беларуси создала собственный сайт (www.34poliklinika.by), на котором сейчас проводят  врачебные онлайн-консультации. Кроме того, мы разработали и внедрили в медицинскую практику выдачу талонов на прием к врачу через Интернет. Эксперимент оправдал себя и был рекомендован для других мед­учреждений.

Инфокиоск, установленный в холле, — тоже новаторство, один из шагов в улучшении доступности медицинской помощи. С его помощью можно записаться не только на прием к док­тору, но и на прохождение водительской комиссии, ознакомиться с перечнем платных медицинских услуг, графиком работы специалистов. К инфокиоску наши пациенты настолько привыкли, что, когда однажды возник сбой в программе (из-за чего он не работал один день), последовали нарекания. Услуга востребована как молодежью, так и пенсионерами. А ведь поначалу из-за того, что на обслуживании в поликлинике состоят 35 процентов пожилого населения, скептики пророчили провал. Ошиблись.

Сейчас около 15 процентов от общего числа выдаваемых на руки талонов заказывают через инфокиоск, а 20 процентов — посредством Интернета.

В 2013 году в поликлинике планируют установить над дверями кабинетов врачей информационные табло: придя на прием с талоном, пациент посмотрит на табло и без лишних вопросов узнает, когда подойдет его очередь.

Новаторский штрихкод

Сегодня в поликлинике все рабочие места участковых терапевтов, офтальмолога, травматолога компьютеризированы. За что такая привилегия? Эти специалисты чаще всего выписывают льготные рецепты. В 34-й они электронные, их распечатывают на принтере и маркируют штрихкодом.

Штрихкод содержит необходимые сведения: номер учреждения здравоохранения, данные выписавшего рецепт врача. Он наносится на лицевую сторону рецепта, с которым пациент приходит в государственную аптеку. Фармацевт при помощи сканера считывает со штрихкода информацию, систематизирует ее. В сети — 3­4-я центральная клиническая поликлиника Советского района и аптеки РУП «Белфармация».

— Маркировка позволяет отслеживать количество выписанных льготных рецептов, а также наименования препаратов, назначенных врачом, — поясняет Дмитрий Евгеньевич. — Если, к примеру, выяснится, что на протяжении длительного времени один из док­торов предлагает пациенту препараты только одной фармацевтической компании, а лечение неэффективно, не исключено, что он лоббирует ее интересы. В этой ситуации врач работает дилером, что недопустимо в государственной медицине.

Рецепт со штрихкодом — уход от заполнения льготных рецептов шариковыми ручками. Врач набирает информацию на компьютере, выводит на печать, маркирует и отдает пациенту. Чем не альтернатива неразборчиво заполненным бланкам?

В регистратуру придет… робот

— Чем удивите в будущем?

— Планируем во втором полугодии 2012 года внедрить программу «Роботизированная электронная регистратура». Специалисты уже приступили к разработке программного обеспечения. В чем смысл? Пациент набирает телефонный номер регистратуры, и, если он занят, с ним пообщается робот-автоответчик (по аналогии с информатором). Расскажет о новых видах платных медуслуг, здоровом образе жизни, профилактике социально значимых заболеваний. Однако самое главное — робот будет сам дозваниваться к пациентам, которые два года и более не обращались в поликлинику (проигнорировали диспансеризацию, флюорографическое обследование). Так, к примеру, звонит информатор РУП «Белтелеком», когда сообщает абоненту о задолженности.

Если человек не был у врача два года, робот будет звонить с 20.00 до 22.00, чтобы пригласить на прием в удобное время.

В 2013 году хотим установить над дверями кабинетов врачей информационные табло, как в банках. Пациент придет на прием с талоном, посмотрит на табло и без лишних вопросов узнает, когда подойдет его очередь.

Проводник

— Вы врач и депутат Мингорсовета XXI созыва…

— Повседневная работа врача похожа на депутатскую деятельность. Доктор каждый день общается с людьми не только по проблемам здоровья, но и зачастую решает социальные, бытовые вопросы. В моем понятии депутат — проводник между исполнительной властью и народом. Он должен прислушиваться к мнению двух сторон. Сделать так, чтобы население было довольно и все действия по решению проблем осуществлялись в рамках закона. Перегибы недопустимы. Баллотировался в депутаты Мингорсовета XXI созыва по Куйбышевскому избирательному округу № 46 для того, чтобы помогать людям решать не только медицинские, но и социальные вопросы.

— Оправдали доверие граждан?

— Избирателям виднее, скажу только: ни одно частное и коллективное обращение не осталось нерешенным. На улице Куйбышева, например, хотели возвести высотку. Она не вписывалась в архитектурный ансамбль, не было места для парковки, и теплосети бы не справились. Вместе с жителями встречался с администрацией Советского района, застройщиками. Проблема снята. На улице Богдановича тоже хотели построить жилой многоэтажный дом, уплотнив таким образом застройку. Провели анкетирование — застройщик ушел.

Историю военных комендатур Российской империи можно отсчитывать с XVIII века. Наша в нынешнем году отметит куда более скромную дату — 95-летие

 Полковник Анатолий Георгиевич Грицев родился в городе Карл-Маркс-Штадт, ГДР. В 1983 году окончил Алма-Атинское высшее общевойсковое командное училище, в 2000 году — командно-штабной факультет Военной академии Республики Беларусь. Прошел путь от командира взвода до командира воинской части. Сейчас — военный комендант Вооруженных Сил Беларуси.

 — Парадные стороны вашей деятельности мы все видим. Вряд ли найдется человек, ни разу не побывавший на салюте или выступлении роты почетного караула. А что скрыто от наших глаз?

— Названные вами парадные стороны характерны только для комендатуры Вооруженных Cил — только у нас имеется под­разделение, проводящее салюты, да и рота почетного караула в Беларуси тоже одна, — говорит военный комендант Вооруженных Сил Беларуси полковник Анатолий Грицев. — Основная же задача любой комендатуры — поддержание дисциплины среди военнослужащих. Еще одна незаметная для посторонних сфера деятельности — работа военной автоинспекции. Она выполняет в отношении воинской техники те же функции, что и ГАИ. Также комендатура следит за содержанием в порядке воинских захоронений — братских могил, кладбищ, памятников. Есть и рота караульной службы, задача которой — охрана и содержание военнослужащих на гауптвахте.

— А туда и вправду можно попасть всего лишь за опоздание из увольнения?

— Опоздание из увольнения, конечно, является нарушением воинской дисциплины, но не самым страшным. Чаще военнослужащих задерживают за самовольные отлучки, употребление спиртного или за злостное нарушение формы одежды.

— У военной формы по определению строгий вид, не допускающий вольностей. Что нужно сделать, чтобы тебя признали злостным нарушителем?

— Прежде всего, военнослужащим запрещается появляться на улице в спецодежде, ходить в ней в увольнение, посещать общественные места. Кроме того, перед увольнением в запас некоторые расшивают форму предметами, которые не предусмотрены уставом. Есть такой вариант нарушения как смешение формы — когда молодой человек, приехав домой в отпуск, надевает брюки от военной формы и гражданскую куртку или наоборот. Это запрещено. К слову, наша промышленность выпускает для представителей некоторых профессий (лесничие, вневедомственная охрана) форму, похожую на военную. Но там иная ткань, иной покрой, и патруль это легко различает.

— В роту почетного караула молодых людей отбирают по очень строгим критериям. А в остальные подразделения комендатуры?

— Все комендатуры, кроме соответствующей структуры Вооруженных Сил, комплектуются только по контракту.  Наша — военнослужащими срочной службы. Мы предъявляем очень высокие требования к физическим данным, к состоянию здоровья. И хотя при призыве некоторым молодым людям иногда удается скрыть заболевания, они обнаруживаются уже на службе. Потому мы проводим углубленный медосмотр, и те, кто не подходит для роты почетного караула, служат в других подраз­делениях.

Впрочем, в чистом виде воинской специальности «солдат роты почетного караула» не существует. Ребята проходят такую же программу подготовки, как и остальные: стреляют из карабинов, метают гранаты, изучают тактику, средства защиты. Отличие одно — они не стреляют из боевой техники. Все остальное, как и в других подразделениях. А в некоторых вопросах нашим военнослужащим приходится даже тяжелее. Если другой молодой человек призывается для того, чтобы овладеть одной военно-учетной специальностью, то наши за этот же период должны в совершенстве овладеть строевой подготовкой и получить воинскую специальность как минимум «стрелок». То же касается и патрульной роты. Когда нет праздников, салютов, ее бойцы несут обычную патрульную службу, занимаются боевой подготовкой, изучают салютную установку, правила безопасности.

Военная комендатура Минского гарнизона создана в 1917 году. Шел четвертый год Первой мировой войны, витали революционные настроения. Дисциплина в войсках (а их в городе на тот момент было немало) упала, необходимо было навести порядок.

У комендатуры Вооруженных Сил есть приоритет при отборе призывников. В военкоматах с началом очередного призыва работают наши представители. Отбирают юношей сначала по личным делам, затем беседуют с каждым. Кроме физического состояния интересуемся прошлой жизнью призывника, направляем необходимые запросы во все компетентные органы. Учитываем количество административных нарушений, в том числе и превышений скорости. Это помогает составить мнение о человеке. Если он игнорирует Правила дорожного движения, так же будет игнорировать и другие требования.

— Правда ли, что современная молодежь физически слабее старшего поколения?

— Нельзя сказать, что они стали намного слабее, но то, что мало внимания уделяют спорту, заметно. После отбора мы 2-3 месяца доводим юношей до нормального физического состояния. Всем нравится смотреть плац-парад, но не все знают, что карабин весит около 5 килограммов — попробуйте подержать и покрутить его в одной руке!

— Мой дедушка, служивший в 30-е годы прошлого века в польской армии, уверял, что поляки маршируют по-другому, иначе, чем русские. Это так?

— Школы строевой подготовки действительно разные. Исторически и русский строевой шаг, и белорусский, и, наверное, польский основаны на прусском. Сейчас в их основе лежит советская школа строевой подготовки, все остальное — вариации на ее тему. Войска США, Великобритании, стран Латинской Америки маршируют не так, как наши. Там даже темп другой. Отличаются и высота подъема ноги, и движения рук, и положение оружия.

— Анатолий Георгиевич, вы начинали службу еще в СССР. Затем были годы неоднозначного отношения к армии. Не возникало желания сменить род деятельности?

— Не возникало. Видимо, нас так воспитывали. Были моменты, когда было тяжело. Но я считаю, что военная служба — призвание. Не каждый может быть художником, хирургом, не каждый может быть и офицером. Любой человек, собирающийся профессионально посвятить себя делу защиты своей страны, должен понимать, что служба в армии — это тяжелая, каждодневная, чаще всего незаметная постороннему взгляду служба и, как правило, вдали от теплых кабинетов и комфорта. Но если ты в душе воин, готов идти защищать Родину, то на направление жизни бытовые трудности значительного влияния не окажут.

 Сейчас в подчинении военной комендатуры Вооруженных Сил находятся:

рота почетного караула,

патрульная рота,

рота караульной службы,

оркестр почетного караула,

военная автоинспекция,

отдел дознания и розыска военнослужащих,

гауптвахта,

военные комендатуры, которые располагаются в других гарнизонах в Бресте, Витебске, Гродно, Барановичах, Борисове, Бобруйске.

Вывести крупное предприятие из минуса на рентабельную работу, да еще за короткие сроки, могут только эффективные руководители. Например, такой как Николай Гуринович, директор ОАО «Алеся», стратег и крепкий хозяйственник в одном лице

Когда Николая Гуриновича семь лет назад настоятельно приглашали поднимать с лопаток обанкротившееся производство, он долго не мог решиться. Еще бы: 31 год на ОАО «Сукно», стабильная работа. И вдруг такая проблемная должность… Прежде успешный Республиканский дом моделей трикотажных изделий (так раньше называлось ОАО «Алеся») потерял свои рынки сбыта и средства на развитие.

Новая история предприятия началась с Указа Президента от 9 и­юня 2005 года № 264. Задолженности перед республиканским и столичным бюджетами (более 4 миллиардов рублей) реструктуризировали. В итоге сегодня государство владеет 99 процентами акций ОАО «Алеся», 28 процентов из которых принадлежат Минску.

К окончательному решению опытного руководителя подтолк­нул бывший градоначальник Михаил Павлов, предложивший помощь и поддержку. И Николай Гуринович новую должность принял.

— И какое наследство вам досталось?

— Мертвое производство. Разваливающееся здание фабрики, два общежития и детский оздоровительный лагерь, которые нужно было доводить до ума. А с кем доводить, когда из 1.500 человек, работавших на предприятии, осталось около 400? Дело о долговых обязательствах лежало в хозяйственном суде, и нужно было срочно что-то предпринимать. Решили продать заброшенный торговый дом «Кросны». С основной задолженностью рассчитались, а тут новый сюрприз: НДС остался непогашенным. Четыреста миллионов рублей!

Помог случай. Николай Александ­рович присутствовал на совещании, которое Президент проводил в Жодино с представителями легкой промышленности. Когда Глава государства поинтересовался состоянием дел на «Алесе», директор рассказал о наболевшем. Более того, предложил возможный путь решения проблемы. Не прошло и месяца, как был снят арест с расчетного счета, задолженность по НДС была реструктуризирована, и стало возможным работать.

— С чего начинали реанимацию?

— Первым делом направили средства, которые нам выделили Мингорисполком и инновационный фонд концерна «Беллегпром», на закупку оборудования. Чтобы наладить современное производство, нужно было обновить минимум 10 вязальных машин. Взвесив все за и против, сделали ставку на машины немецкой фирмы Stoll, прошедшие капитальный ремонт. Новые обошлись бы в два раза дороже. Этой технике можно доверять, компания-производитель более 100 лет на рынке, качество гарантирует. Плюс к этому полная компьютеризация процесса. Рискнули — и не прогадали. Сначала купили 8 плосковязальных машин, через год — еще две и шесть кеттельных. Сегодня действуют 24 единицы оборудования, и пока этого вполне достаточно.

— А как управляетесь с искусственным интеллектом?

— На нашем производстве опыт начинающим передают высококвалифицированные работницы. По необходимости мы консультируемся с представителями производителя машин. Кроме того, мы можем использовать программы и модели, которые разрабатывает Stoll. Их приходится адаптировать, но это проще, чем создавать с нуля. Сегодня на нашей фабрике работают шесть технологов-программистов, которые этим занимаются. Каждый может подготовить максимум четыре программы в месяц. Вообще с доморощенной подготовкой сложно. Откровенно говоря, потенциал оборудования мы пока используем только на 75 процентов.

— К слову, о кадрах. Как я понимаю, большинство ваших сотрудников не из Минска. Какие социальные гарантии они получают при устройстве на работу?

— Здесь правильнее говорить не о сотрудниках, а о сотрудницах. Большинство — выпускницы Барановичского колледжа легкой промышленности и Витебского технологического института. Жить им в столице негде, поэтому мы предоставляем места в общежитии. В этот объект вкладываем немалые деньги, хотя 60 процентов проживающих — не наши работники. Тем не менее стараемся каждого нуждающегося обеспечить комнатой. Если сотрудница выходит замуж, ищем возможность заселить молодоженов в семейный блок. Нужно понимать: коллектив в основном женский, взяли сотрудницу, а она через какое-то время уходит в декрет. И приходится привлекать нового человека и снова думать о его обустройстве…

Большинство выпускниц техникума продолжают обучение. Помогаем им оплачивать учебу, но при условии, что взамен они отработают на предприятии не менее трех лет.

— А что с зарплатой?

— С учетом нынешних цен не могу назвать ее высокой. В среднем миллион семьсот — миллион восемьсот рублей выходит. Но повысить сейчас оплату труда в два раза — значит поднять цены на нашу продукцию. Мы ориентируемся на среднего потребителя, не бедного, но экономного. Если товары пойдут на склад, ни коллектив, ни предприятие в целом от этого не выиграют. Однако у наших работниц есть возможность потрудиться сверхурочно или в выходные и заработать дополнительно. Многие эту возможность используют.

— Прошлый год был непрос­тым для экономики. Как «Алеся» держала инфляционный удар?

— Кризис съел часть наших оборотных средств. Но минимизировать затраты, как это сделали небольшие частные предприятия, мы не можем. Вязальное оборудование работает 24 часа в сутки, коллектив сохранили. Уровень отходов сырья сократился с 28 до 3-5 процентов. Делаем акцент на грамотную маркетинговую политику, расширяем рынки сбыта, привлекаем покупателя новыми моделями, качеством и в то же время доступной ценой.

— Приходилось слышать, что сегодня трудно найти приличный трикотаж белорусского производства. То с цветом производители перемудрят, то фасончик подкачал…

— И мы, бывает, не угадываем с дизайном. Но продукция «Алеси» в основном находит потребителя. Почти во всех наших изделиях не менее 50 процентов натурального волокна. Сырье обычно итальянское — мягкое, ноское. И модели соответствуют основным модным тенденциям.

— На экспорт работаете?

— В Россию и Эстонию в прошлом году отправили 25 процентов от общего объема продукции. Всю вырученную валюту конвертируем в пряжу и оборудование. Кроме того, заключаем с белорусскими и зарубежными заказчиками контракты на пошив корпоративной и фирменной одежды.

— А как у «Алеси» с рентабельностью?

— Она достаточно высокая. Не стану озвучивать цифры, но наши дела идут в гору. Оборудование обновили, процесс наладили, что еще надо? Главное теперь — думать на перспективу и много работать.

Становление предприятия началось в 1958 году, когда артель «Светлый путь» переименовали в «Красный трикотажник». За три года произошло несколько объединений и смен названий. В итоге исторической датой образования трикотажной фабрики «Прогресс» считают 1962 год.

Изначально ассортимент изделий отличался самой низкой категорией качества: выпускали варежки, перчатки, шапки, джемпера. Благодаря усилиям коллектива фабрика стремительно развивалась: были открыты новые производственные площади, оснащенные технологическим оборудованием.

В 1991 году на карте города был сформирован Республиканский Дом моделей трикотажных изделий. Именно на его базе выросла современная «Алеся».

  Многократную чемпионку Паралимпийских игр белорусскую лыжницу Людмилу Волчек судьба брала на излом, но невероятная страсть к жизни и любовь к спорту помогли не пасть духом

  По восходящей

Школу многообещающая спорт­сменка окончила не с юниорским, а уже со взрослым разрядом. Через год, в 2000-м, стала бронзовым призером Кубка Европы в беге на 5 километров. А ведь Людмила была самой юной в коман­де — всего 19 лет. В перспективе — старт четырехлетия, Олимпиада в Афинах. Но судьба внесла в планы девушки свои коррективы. Через день после трагических событий в США, 12 сентября 2001 года, случилась беда, разделившая жизнь Людмилы на «до» и «после».

— По телевизору сообщали подробности об американских башнях-близнецах, но «ящик» барахлил, а программа была интересной. Я решила поправить телевизионную антенну на крыше общежития. Раньше делала это не раз, всегда успешно. Но в тот раз не удержалась и сорвалась вниз. Врачи сказали, что ходить больше не смогу, — вспоминает Людмила.

Спортсменка получила тяжелейшую травму позвоночника, которая навсегда приковала ее к инвалидной коляске.

— На первых порах была уверена, что со спортивной карьерой покончено, но именно спорт помог мне выкарабкаться. Не позволила себе расслабиться! Было тяжело, но еще тяжелее — моим родным. Брат Саша, несмотря на то что уже имел свою семью, ухаживал за мной день и ночь. С тех пор он для меня самый близкий человек на свете.

— Были те, кто отвернулся?

— Да, но я не осуждаю их. Потому что, честно говоря, не знаю, как бы сама поступила в такой ситуации.

— Сложно было привыкнуть к новой жизни?

— Очень. Иногда руки опускались. Все друзья занимались своими делами: соревнования, тренировки, а у меня началась совсем другая жизнь. В ней я в коляске и никому не нужна. Чтобы заметили, принимала участие во многих соревнованиях, которые проводились в Беларуси: армрестлинг, настольный теннис, легкая атлетика… Потом начала участвовать в реабилитационной программе с детьми-инвалидами и почувствовала себя хоть кому-то полезной. Уже позже, в 2003 году, позвонила главный тренер нацио­нальной сборной по инваспорту Тамара Шиманская и позвала на лыжные гонки.

— А до травмы вы лыжами увлекались?

— Терпеть не могла еще со школы (смеется). Поэтому начала упорно отказываться от предложения тренера. Но в то время случилась неприятность: пришло письмо об отчислении из физкультурного института. Сессию не успела сдать: в больнице была. Мама стала уговаривать, чтобы я поехала на соревнования, куда звала Татьяна Шиманская. Я согласилась. И, знаете, мне по­нравилось! Это, конечно, не бег, но тоже неплохой спорт.

Старания Людмилы под руководством хорошего тренера не прошли даром. В 2006 году на Олимпиаде в Турине Волчек произвела фурор: взяла «золото» на дистанции 10 километров. Более того, к «золоту» Паралимпийских игр Людмила присовокупила еще и три «серебра»!

В академическую греблю Людмила Волчек пришла немного поз­же, но и здесь успех не заставил себя ждать. При поддержке Президентского спортивного клуба спортсменка 10 дней тренировалась в Германии и достигла превосходных результатов на своих дебютных соревнованиях — привезла «серебро».

— Обидно, правда, что проиграла в финальном заезде бразильской спортсменке меньше секунды, — с досадой вспоминает Людмила.

— Что служит стимулом снова выходить на трассу?

— Получаю огромное удовольствие от того, что делаю. Не «золото», не деньги, не признание, а напряженная борьба на трассе, дух соревнований для меня и есть стимул. Чувства в миг большой победы невозможно передать словами. Это надо пережить. Вот то главное, ради чего я готова снова выходить на старт. Спорт как наркотик. Безум­ный драйв, без которого спортсмен уже не может.

— На Паралимпийских играх в Ванкувере ваша копилка пополнилась «золотом». Не переманивали выступать за Украину, например?

— Предложений из-за границы было много и до сих пор есть. Но я не хочу уезжать: здесь мои родные, семья и друзья.

Вне спорта

— Какова ваша жизнь вне спорта?

— Намного более спокойная. Заканчиваю обучение в магистратуре Института туризма БГУФК, совершенствую английский язык. Хочу, чтобы люди с ограниченными возможностями могли себе позволить нормальный отдых в любой точке мира. У меня много идей по развитию безбарьерной среды.

— Вы часто путешествуете, можете судить о том, насколько хорошо приспособлен Минск для передвижения людей с ограниченными возможностями…

— В Европе инвалиды передвигаются без проблем. У нас в стране их всячески поддерживают, создают условия, но не в таких темпах, как хотелось бы. Автобус без ступенек приходится ждать очень долго: далеко не каждый приспособлен для колясочника.

Белорусам видеть людей с ограниченными возможностями очень непривычно, потому что они выходят на улицы крайне редко. Хотелось бы это исправить.

— Вы сейчас ездите по городу на машине. Правила нарушаете?

— Иногда. Был случай, когда инспекторы ГАИ пригрозили, что пешеходом стану. С улыбкой ответила, что рада была бы, но ситуация не позволяет (смеется). Они извинились и отпустили.

— У вас есть хобби?

— Я люблю заниматься поделками, вышивать, вязать, встречаться с друзьями и еще очень многое.

— Вы человек верующий?

— Да. Знаю, Бог меня любит и о­граждает от серьезных неприятностей. Не совсем крест поставил на мне (смеется). Я всегда рисковала своей жизнью. Даже трудно представить, к чему это могло привести. Ведь прыгала с 15-метрового дерева в реку вниз головой. Можно было и шею сломать. А в детстве любила гулять по тонкому льду речки и не раз проваливалась. Уходила с головой, но всегда самостоятельно выбиралась. Потом сушилась у соседки, а то дома ждал ремень. Мама все время удивлялась, почему так часто меняю шнурки в коньках? Они же намокали, потом на морозе замерзали — приходилось резать и покупать новые.

— Рецептом оптимизма поделитесь?

— Нужно ценить, что имеешь, и наслаждаться жизнью. И, конечно же, относиться друг к другу с пониманием, уважением. Каждое мгновение ценно!

  Дух волшебства, который витал в стенах нашей редакции в предпраздничные деньки, стал странным образом сгущаться, как только на пороге появился фокусник. Огоньки на елке, мирно горевшие с одинаковой яркостью, начали нервно мигать. А входная дверь в здание, не пропускавшая посетителей без звонка, послушно открылась, стоило только магу дотронуться до ручки. Я вопросительно посматривала на гостя, он лишь улыбался в ответ, словно ничего удивительного не происходило.

Сергей Островский — иллюзио­нист. По его словам, это скорее профессия, чем образ жизни. Правда, показалось, что собеседник немного лукавил. Уж очень сильно вжился в роль мага. Черные, как смоль, слегка взъерошенные волосы, темные глаза. От взгляда — мурашки по коже.

Искусство обмана

— Да, выгляжу молодо. И работаю фокусником всего несколько лет, — словно предугадывает воп­рос Островский. — Помню, как с замиранием сердца смотрел передачи про уличных магов. Видели Дэвида Блейна — американского иллюзиониста? Его полеты по воздуху будоражат фантазию. До сих пор остается секретом, как знаменитый иллюзионист мог несколько дней пробыть замороженным в глыбе льда, хотя над его фокусом ломали головы лучшие умы мира.

Начинал Островский с примитивных трюков, подсмотренных в Интернете. Научившись ловко их повторять, создал себе базу.

— Сейчас фокусы придумываю сам. И нужно сказать, дело это не из легких. Все должно быть продумано до мелочей. А лучший друг и безмолвный советник — зеркало. Проверяя очередной фокус, кручусь перед ним, как кокетливая красавица, — улыбается Сергей.

У магов есть своя градация. К примеру, микромаги демонстрируют чудеса на мелких предметах, тех, что могут уместиться в ладони. Часы, мобильные телефоны, зажигалки, монеты — привычная атрибутика. У менталистов главная задача — психологически воздействовать на человека, внушить ему ощущение чуда. Самой зрелищной является сценическая магия: летающая девушка, исчезновение крупных предметов. Такое шоу требует создания сложных конструкций.

Сергей использует в практике три вида магии.

— Начинаю с микрофокусов. В моих руках обычная бумага превращается в долларовую купюру. Или перед носом у зрителя летает сигарета. Потом, после предупреж­дения «нервным не смотреть», проглатываю нить, а затем вытягиваю ее через глаз. Люди морщатся и отворачиваются. Моя неотъемлемая атрибутика — канаты, цепи, наручники, колоды карт и деньги. С ними и провожу основные манипуляции.

сФОКУСировать внимание

Есть фокусы, не связанные с ловкостью рук. Маг не пытается обмануть публику. Тут самое время ввести термин «биоэнергетика тела человека». А это, по словам Островского, как раз то, что при большом умственном сосредоточении незаметно выходит наружу и двигает предметы.

— О скрытых способностях человеческого тела я узнал, прочитав книгу знаменитого доктора психологии Мирзакарима Норбекова. Долго тренировался, пробуждал в себе биоэнергию. Направить ее мысленно на предмет, стронуть его с места, а то и заставить летать — суть одного из моих трюков. Сигарета движется в воздухе, проходит между пальцев и в конце попадает в рот. Публика шокирована, — с этими словами Сергей широко раскрывает глаза, демонстрируя всеобщее изумление. — Правда, для таких фокусов требуется много сил. После них чувствую себя опустевшим сосудом. Потому не злоупотребляю.

Теперь появилось и новое направление — уличная магия. Первое условие, считает иллюзионист, — мгновенно собрать прохожих и сделать их соучастниками фокуса.

— Когда я выхожу на улицу и готовлюсь «подцепить» зрителя, наблюдается стандартная ответная реакция. Человек хватается за карманы, шустро проверяет ценные предметы — все ли на месте. Главное, не начинать с фокусов с деньгами — это сразу вызывает недоверие. Однажды во время сеанса уличной магии ко мне подошли две девушки. Я продемонстрировал коронный номер — превратил клочок бумаги в доллар. Девушки отреагировали своеобразно. Одна упала к моим ногам и обняла за колени. Другая перекрестилась, а потом вообще убежала, — вспоминает Островский.

И ты, Брут?

У иллюзионистов есть профес­сио­нальная этика, где самый важный принцип — ни при каких обстоятельствах не разглашать секрет фокуса.

— Иначе последствия будут печальными — вера в чудо у людей пропадет напрочь. Но секрет можно купить за деньги. Причем большие. В таком случае покупатель вряд ли станет его разглашать, — считает маг.

За границей иллюзионисты создают объединения, совместными усилиями борются за сохранение профессиональных секретов.

— К примеру, объединение французских иллюзионистов привлекает «предателя» к ответственности через суд. Если не получится, стараются всячески помешать его выступлениям на публике, чинят препятствия, — рассказывает Сергей.

Планов у мага множество. Давняя мечта — грандиозное иллюзионное шоу. К нему уже готовится. По словам Сергея, еще года два — и он сможет удивлять и восхищать публику не хуже Дэвида Копперфильда.

Экспертиза «МК»

Чтобы фокусник не лукавил и показывал только качественные трюки, мы пригласили в гости экспертный совет. Аня, Никита и два Матвея — школьники 3-го и 4-го класса — внимательно следили за манипуляциями.

Иллюзионист предлагает Ане сжать кулак. А сам зажигает свечу и подносит к своей ладони. На ней остается черная точка от огня.

— Ничего не чувствуешь в своей руке? — смотрит на девочку Сергей.

— Нет, — уверенно отвечает школьница и разжимает кулак. Мальчишки замерли в изумлении: на ладошке у Ани было такое же черное пятнышко, как и у Сергея.

Затем последовало несколько фокусов с веревкой и железными оковами. Как бы тщательно малыши ни связывали узлом запястья мага, ему чудесным образом все равно удавалось освободиться.

— Это настоящий фокусник, — вынесли вердикт маленькие эксперты. И еще долго не хотели отпускать Сергея, буквально разрывали его на части и пищали от радости и удивления.

Сесть на диету

В мае Сергей планирует удивить публику в парке Горького необычным трюком. На некоторой высоте установят большой воздушный шар. В нем на протяжении нескольких дней и ночей (минимум четверо суток) будет находиться фокусник. Главное условие: все это время не есть, не пить и не спать. Возле шара поместят видеокамеру, которая в режиме онлайн будет транслировать трюк в Интернете.

— Своим фокусом хочу продемонстрировать возможности организма. Если человек находится без сна трое суток, наступает состояние, аналогичное белой горячке. Я собираюсь превозмочь его. Тренируюсь уже сейчас. Не сомневайтесь, это возможно! — уверяет иллюзионист. — Правда, главная трудность — получить у столичных властей разрешение на проведение подобного публичного мероприятия.

К слову, похожие трюки проделывают во всем мире. К примеру, Дэвид Блейн не ел 40 суток, находясь при этом в стеклянном ящике на всеобщем обозрении. Что, собственно, его и прославило.

 Вячеслав Довнар — личность в столице и далеко за ее пределами известная. Он и владелец крупного бизнеса, и общественный деятель, и филантроп. И просто интересный человек и собеседник

 Начинал он рабочим в инструментальном цеху Объединения вычислительной техники, известном минчанам как завод имени Орджоникидзе. В разгар перестройки вдруг решил попробовать свои силы в диковинном тогда виде деятельности — предпринимательстве. И в 1986 году Довнар получил лицензию № 1 на грузоперевозки.

Обслуживал покупателей мебельного магазина, доставляя им стенки, шкафы и диваны. И параллельно продумывал организацию настоящего, серьезного бизнеса с использованием большегрузных автомобилей на дальние расстояния. Вячеслав Иванович обратил внимание на пригородный колхоз «Вишневка», предложивший молодому предпринимателю часть своих владений вместе с полузаброшенными коровниками на горе Касынь.

Сегодня международный транспортно-логистический холдинг «Белинтертранс» объединяет предприятия различного профиля. Торговый дом «Вишневка», что на улице Скорины в Минске, — одно из них. Есть своя макаронная фабрика, типография, СТО по ремонту грузовой техники, две АЗС, диагностическая станция гостех­осмотра, сеть транспортно-логистических центров, предприятия по внутренним и международным перевозкам, строительная фирма. А еще хоккейная команда и даже собственная газета. Небезызвестный продюсер группы «Ласковый май» как-то обратился к Вячеславу Довнару за поддержкой. В результате родилось совместное белорусско-российское торговое предприятие «Разин и Ко».

«Белинтертранс» в числе не­многих (не более полусотни) белорусских предприятий входит в систему созданного по инициативе ООН Глобального договора, который объединяет по всему миру бизнес социальной направленности. Вячеслав Довнар первым среди предпринимателей создал у себя профсоюзную организацию. А недавно здесь появилась еще и первичная ячейка РОО «Белая Русь».

Зачем? Чтобы защищать интересы работников, помогать администрации формировать в коллективе здоровый корпоративный дух, решать сложные проблемы взаимоотношений рядовых сотрудников и руководителей. Кстати, именно Довнару принадлежит идея разместить логотип «Белой Руси» на кабинах всех автомобилей, осуществляющих перевозки в ближнем и дальнем зарубежье. Реклама? Не только. Еще и гордость за державу, пропаганда в хорошем смысле слова. Пусть знает заграница, от Иркутска до Лиссабона, что есть такая страна — Беларусь!

Вячеслав Иванович — член Совета по развитию предпринимательства при Президенте Респуб­лики Беларусь. Он также член Республиканского совета общественного объединения «Белая Русь», входит в состав правления Ассоциации международных автоперевозчиков «БАМАП», депутат местного Совета…

— Не мешают ли общественные нагрузки ведению бизнеса, на все ведь требуется время, силы, энергия?

— Свое рабочее время распределяю так: половину отдаю общественной, политической, спортивной работе, половину — бизнесу. Рабочий день начинается в восемь утра, а заканчивается в восемь вечера. За 12 часов я успеваю все. Мне нравится такая нагрузка.

— На семью что-то остается?

— Какая бы ни была загрузка, про семью забывать нельзя. На субботу и воскресенье не назначаю никаких встреч. Про дела ни слова. Такой стиль перенял у своих зарубежных партнеров, которые умеют все успевать и разделять работу и дом. Тому же научил своих детей — все четверо уже взрослые, работают.

— У вас есть увлечения?

— Отец приохотил меня к рыбной ловле. На первой же своей рыбалке поймал двухкилограммовую щуку! А был еще совсем пацаном, в шестом классе учился. Еще увлекался спортом, бегал на лыжах, играл в хоккей за «Спартак» и «Буревестник». Люблю теннис, бильярд, за грибами обожаю ходить. Но сейчас на все это просто нет времени. Поэтому сегодня мое увлечение — это семья.

— Вы сами живете в высоком темпе, и на фирме все крутится, как шестеренки в часах. Все ли выдерживают?

— Сам от нас редко кто уходит. Хотя темп и в самом деле нелегкий. Кому-то бывает трудновато. Но мы стараемся не увольнять таких людей, а подыскиваем им среди наших многочисленных предприятий различного профиля работу по силам и по душе. Что называется, от каждого по способностям. Главное, четко различать, когда работник просто халтурит, а когда завышена планка требований к нему. Люди это ценят.

— «Белинтертранс» славится своим социальным пакетом, хорошими заработками, комфортной для работников организацией труда. Наверняка к вам многие просятся по блату, по звонкам от друзей. Берете?

— Я беру и по блату, и просто со стороны. И со всех спрос единый. Будь ты мне трижды знакомый, но работать должен на совесть, как и другие сотрудники. Не получается? Поможем. Не хочешь? Уходи! Без обид. Протеже друзей должны вдвое лучше работать. Родственники — втрое!

— Говорят, вы даже тестя своего уволили…

— Не только его, но и родную сестру, мужа сестры. Тесть был замечательный человек, жаль, его уже нет с нами. Но не получалось у него то, что было поручено. И я взял того, у кого получается. А с тестем у меня сохранялись прекрасные отношения.

— Что ваши работники имеют помимо денег?

— Начнем с зарплаты. Она варьируется в зависимости от интенсивности труда, от возложенной ответственности. И вовсе не запредельная. Я плачу столько, сколько могу. Созданы все условия по доставке людей к месту работы и возвращению обратно. Несмотря на то что фирма расположена далеко за городом, сотрудники, проживающие, например, в Зеленом Луге, в 17.30 уже дома. У нас существует развитая система премирования: за некурение, за активность, различные выплаты к юбилеям, праздникам… Есть возможность для занятия спортом, начинаем строить жилье. На автобусе предприятия наши работники вместе с семьями объездили всю страну, побывали в памятных местах, ознакомились с достопримечательностями родины.

— Этакий бизнес с человеческим лицом…

— Конечно. Заниматься предпринимательством вовсе не означает выжимать все соки из работников, ничего не давая взамен. Приобретая репутацию добросовестного бизнесмена, по-человечески относящегося ко всем участникам процесса производства или оказания услуги, руководитель предприятия получает и преимущества в делах. С ним охотнее заключают договоры парт­неры, ему больше доверяют. Порядок и ответственность тоже приносят дивиденды.