День с «Курьером»

Виктор Манаев: штучный товар

 

 В приемной комиссии театрального вуза прочитанные им стихи о войне восприняли со смехом и посоветовали об актерской профессии даже не думать. Сейчас Виктор Манаев один из самых известных  белорусских артистов, работать на одной сцене с которым каждый считает честью

 

 

ногда создается впечатление, что сама судьба была против актерства Манаева. Виктору было всего два года, когда его отец и брат погиб­ли на пожаре. Мама, Ульяна Мироновна, всю заботу о трех малышах и старой бабушке взвалила на себя. Обычно дети в таких семьях рано взрослеют, предпочитая зарабатывать деньги в доступных местах, например, после школы отправляются прямо на завод. Но Виктор всех удивил, заявив, что собирается стать артистом.

 

В 1975 году, сразу же после школы, Манаев в театрально-художественный институт не поступил. Хоть и советовали профи из приемной комиссии забыть об актерской карьере, Виктор прямиком отправился в театр. Кукольный. Там проработал год без всякого образования.

Виктор Сергеевич Манаев —  актер Национального академического театра имени Я. Купалы, заслуженный артист Беларуси.

Родился 7 августа 1958 года в Минске. В 1980-м окончил Белорусский государственный театрально-художественный институт. Сразу же был принят в труппу Купаловского театра. В 1984-м стал Лауреатом премии Ленинского комсомола БССР. В 1985-м получил Государственную премию СССР. Тогда же за лучшую мужскую роль Манаеву был вручен диплом фестиваля «Прибалтийская театральная весна». За участие во многих театральных постановках Купаловского в 1992-м стал лауреатом Государственной премии БССР. Дипломант театрального фестиваля «Золотой Витязь» (2005 год) за роль деда Жабрака в спектакле «Сымон-музыка», постановка Николая Пинигина. Среди театральных работ выделяются роли в спектаклях «Плач перепелки», «Берег», «Ревизор», «Чичиков», «С.В.», «Слуга двух господ», «Сымон-музыка», «Пiнская шляхта» и другие. Живет в Минске.

 

 — Я настолько полюбил кукольный театр, что решил стать кукольным актером. Даже поступил на кукольное отделение. Но однажды наш режиссер Андрей Федорович Андросик пригласил худсовет театра имени Янки Купалы на спектакль по рассказам Чехова, в котором я играл много ролей сразу. И после просмотра сказал мне: «Ты пойдешь работать в Купаловский». Пришлось выбирать: или любимые куклы, или большая сцена, — признается Манаев.

 

Видимо, Виктор сделал правильный выбор. Совсем скоро к нему пришла любовь публики. Зритель стал ходить именно на Манаева. Безусловно, самой знаковой в его карьере стала встреча с режиссером Николаем Пинигиным, с которым они работают с 1985 года. На одной сцене Манаев играл со многими белорусскими мэтрами. В том числе и со Стефанией Станютой.

 

За десятилетия работы в Купаловском театре Манаев незаметно перешел с юношеских ролей на дедов и пенсионеров. Мягкий, веселый, незлобный, даже когда ворчит, Виктор Сергеевич до сих пор лучшим комплиментом считает, если кто-то в его игре подмечает детскую наивность и непосредственность. Говорит, недаром считается, что дети — лучшие актеры.

 

К слову, Манаев в жизни не так прост, как часто бывает на сцене. Журналисты прекрасно знают, что Виктор Сергеевич очень коммуникабелен, охотно отвечает на все вопросы. Однако как истинный белорус свято хранит свои глубоко запрятанные тайны. И никакими усилиями не выманить их. Конечно, можно это списать и на большую скромность актера. Манаев вполне серьезно считает, что сыгранные роли говорят лучше, чем полные претензий на свою значимость интервью актеров.

 

То, какой Виктор Сергеевич уникальный актер, показывает и его готовность к экспериментам. Согласитесь, не каждый артист сможет за три месяца выучить большую роль на совсем незнакомом языке. А Манаеву удалось.

 

— Николай Пинигин предложил поехать в Варшаву. Поляки хотели, чтобы Николай Николаевич поставил у них «Пiнскую шляхту». Я над предложением долго думал. По-польски не говорю. Хотя кое-что понимаю. Попросил Николая дать ночку по­думать. Тогда же решил, что мало в своей жизни рискую. И согласился играть.

 

Текст на польском Манаев учил три месяца. Делал это основательно: по произношению советовался со знатоками польского. Доучился в итоге до того, что скороговорки на этом языке стали даваться без проблем.

 

— Слава богу! Ведь мой персонаж Крючков очень виртуозно обращается со словом, — объяс­нил свою радость Манаев.

 

Таких, как он, на белорусской сцене единицы. И зритель это чувствует, иначе не стал бы до сих пор ходить именно на Манаева.