Слава Минска

Сад на земле

15,01,01След за собой можно оставить разный: застывший в бетоне, колосящийся нивой, радующий спелыми плодами

15,01,01Лидия Кузьминична Тарасевич высшим проявлением творчества природы считает растения. Только они, находясь рядом в одной почве, в одном климате, под одним солнцем способны не просто превращать неорганические вещества в живой организм, но и производить разные плоды с только им присущими формой, вкусом, ароматом. Какие лаборатории заключены в каждом дереве, каждой былинке, какие внутренние заводы денно и нощно творят там загадочный производственный процесс?

Она из года в год задавала эти вопросы своим ученикам, вовлекая их в захватывающий процесс изучения мира.

Самой же ей важнейшие уроки познания дали война и тяжелые годы после нее. До того было безоблачное детство. Позднее дитя немолодых родителей, она была выпестована их лаской, любовью, вниманием. Никогда ни одного бранного слова не слышала от отца Кузьмы Афанасьевича. Добротой лучилась мама Евдокия Игнатьевна. Да и вся их деревня Раковщина под Мстиславлем была щедрой и гостеприимной, с наполненной раками чистой речкой, гудящими от пчел лугами, блюдцами озер среди хлебных полей.

Старшая сестра, Нина, росла боевой, способной как к работе, так и к танцам. Потому, не заморачиваясь учебой, стала колхозным бригадиром, вышла замуж. Лида же любила учиться и слыла в деревне умницей. Может быть, этот природный ум и прочитанные книги помогли тринадцатилетней девочке мгновенно сориентироваться, когда за ней для отправки в Германию явились немцы и полицаи из соседней деревни. Вместо того чтобы бежать, девчонка раскрыла рот, скосила глаза и, бормоча что-то невнятное, двинулась навстречу пришедшим. От нее отмахнулись как от больной и вычеркнули из списка. И соседи, с плачем и причитаниями отправлявшие своих детей в рабство, Лиду не выдали.

 Лидия Кузьминична Тарасевич является почетным жителем Фрунзенского района. 

После освобождения сразу принялась за учебу, по-взрослому сочетая ее с работой в колхозе. Никаких каникул, никакой передышки. Ей нравился этот темп, но мечталось как-то соединить страстное желание быть учительницей и извечную крестьянскую тягу к земле. Все оказалось не таким сложным: в Оршанском учительском институте готовили преподавателей био­логии, и после двух лет учебы, в 1950-м, молодая учительница уже ехала по направлению в Бегомльский район.

— Из Минска мы, трое однокурсников, добирались до райцентра на местном автобусе. Его по дороге обогнала легковушка, автобус остановился, и в салон зашел очень серьезный мужчина в костюме с галстуком. «Кого везешь для нас?» — спросил шофера, и тот кивнул, мол, вот ваши кадры. Перехватчиком оказался заведующий РОНО. И тут же в автобусе распределил нас по школам. Двоих — преподавателями, а меня — завучем в деревню Недаль. Да еще и предсказал: и руководитель из тебя выйдет превосходный, и замуж там выйдешь, не робей.

Так и получилось. Завучем Лидия Кузьминична проработала всю свою школьную жизнь. В директора никогда не стремилась. Должность эта ей казалась несколько бюрократической, оторванной от школьного процесса, короче, не по ней. А вот завуч — да! И биология тоже. Она в первую же осень организовала из сельских ребят кружок юннатов и разбила возле школы сад и цветники. Что касается замужества… Инженер минской проектной организации уроженец Недали Иван Тарасевич стал непривычно часто навещать родителей, заодно протаптывая стежку к школе, к саду молодого завуча Лидии Максуевой. И в конце концов еще одно предсказание заведующего РОНО сбылось — она стала Лидией Тарасевич и уехала в Минск, оставив деревне на память сад.

Второй сад она заложила в минской школе № 7. Потом пришел черед собственного. Молодые получили участок в переулке Коротком и соорудили дом. Не ахти какой. Иван Андреевич хоть и был проектировщиком, а строил его на скудные средства недавних студентов. Бревенчатый, крытый дранкой, без архитектурных изысков. Но яблони и сирень возле него Лидия Кузьминична посадила сразу. Как, впрочем, и в школе № 96, открывшейся в 1964 году, куда ее перевели работать. Новому зданию в новом микрорайоне сад был крайне необходим. Трудилась она на пришкольном участке, естественно, не одна. Всегда находились ученики-единомышленники, фанаты биологии. Они, как и учительница, не признавали каникул, выходных, нормированного дня. Теперь, глядя на одну из фотографий, где запечатлены ее муж и дети, Лидия Кузьминична раскаивается: она тогда спешила в школу и отказалась задержаться на пару минут перед фотообъективом. Кто знал, что так мало отпущено Ивану Андреевичу жизни, а ей — женского счастья…

Всю нерастраченную любовь она отдала детям. Своим и чужим. Сына и дочку помогала растить няня, чужим помогала она.

— В первые дни работы в деревне я заметила мальчишек-близнецов, бедно одетых, голодных, — вспоминает Лидия Кузьминична. — Получила зарплату и повела их в магазин, одному купила брюки, второму — пиджак. Помню, уже в Минске был один мальчик, которому не давалась учеба. Так я индивидуальную методику придумывала для него — составляла письменные вопросы и просила найти на них ответы в книге, тем самым приучая парня работать самостоятельно. Потом дети стали раскрепощеннее, родители богаче, столица также накладывала свой отпечаток… А я даже в сытые времена все равно всегда их жалела. Особенно подростков. На этот возраст приходится много решений — надо избрать профессию, отшлифовать характер, воспитать в себе самостоятельность. Это очень трудно, и я помогала как могла, не жалея времени и сил. И горжусь, когда до сих пор уже седые мои ученики дарят мне цветы. Это дорогого стоит.

Учителем биологии стала дочь Лидии Тарасевич Татьяна Ивановна.

Когда в молодости Лидия распевала прославленную «Заботу» Пахмутовой, она не подозревала, что слова «…а слава тебя найдет» относятся к ней непосредственно. Уроки, общественная работа, обязанности завуча, пришкольный участок, свой дом и дети. Таков был маршрут изо дня в день, привычный и, казалось бы, неприметный. Но первой ласточкой того, что ее труд заметен и нужен, стал знак «Отличник народного образования», потом орден Трудового Красного Знамени в 1971 году. Через три года педагогу Лидии Тарасевич было присвоено звание «Заслуженный учитель БССР», а в 1978-м она стала Героем Социалистического Труда.

Лидия Кузьминична на диво спокойно отнеслась к славе. Даже парадного портрета с наградами в ту пору не сделала — просто случайный черно-белый снимок во время какой-то беседы. Льгот и почестей тоже не просила — работала, как преж­де, отдавая ученикам свои знания и сердце, прививая им трудолюбие и жажду познания.