Сто лиц столицы

Женского ума дело

10-01-01-91— Профессия у вас не совсем девичья.

— Я бы так не сказала. Вот когда начала работать в 2000 году, то была единственной программисткой в компании. Сегодня же у нас на проекте из 50 сотрудников 5 девушек… 

10-01-01-91О работе

После окончания механико-математического факультета Белгос­университета Ирина Сусанина была единственной девушкой-программистом в чисто мужском коллективе. Писали программное обеспечение для роботов в полупроводниковой промышленности по заказам всемирно известных корпораций Fujitsu, Intel, IBM. И многие коллеги в отношении Ирины придерживались патриархального взгляда: женщина хорошим программистом не может быть в принципе. Приходилось доказывать, что в голове не только мода и кухня, что умеет логически мыслить. И даже когда начала подниматься по карьерной лестнице, оставив скептиков и критиков позади, все равно слышала, что продвижение идет благодаря красивым глазкам.

— Конечно же, хотелось доказать, что они не правы, — вспоминает Ирина. — Но мы же женщины, то есть не только умны, но и находчивы. Как удалось? Где-то пришлось подстроиться под коллег, потом постепенно вывести общение на новый уровень доверительности, в чем-то помогала им расти, так постепенно и выстроились отношения.

Чтобы стать программистом, необходимо иметь серьезные знания и обладать усидчивостью. Ирина вспоминает свои первые шаги в профессии:

— В университете на первом занятии по практическому программированию я не знала даже как включить компьютер. Поначалу все манипуляции с техникой производила, записав указания студентов-минчан. Раньше невозможно было стать программистом, даже начинающим, пройдя лишь курсы онлайн. Сейчас и языки программирования стали проще, и оборудование шустрее. Словом, для девушек дорога в профессию расширилась. Но есть и существенные препоны для женщин-программистов — декретный отпуск. Прак­тически на три года уходишь из профессии, что для нас непозволительная роскошь. Перезагрузка сферы программирования идет буквально каждые пару месяцев. Причем перемены нельзя пропускать, иначе сразу же становишься никому не нужным.

Кстати, сама Ирина после рож­дения ребенка была в отпуске только три месяца.

Дочь Ирины присутствовала на совещаниях вместе с мамой с полугодовалого возраста. Чтобы проводить больше времени вдвоем, они сегодня не смотрят телевизор, в доме нет компьютера, кроме рабочего ноутбука, в выходные ходят в кинотеатры, стараются ездить по стране. Девятилетняя дочь понимает, что у мамы серьезная работа.

О благотворительности

Благотворительностью Ирина стала заниматься задолго до прихода в крупную компанию. Начиналось все очень просто — с листовок о помощи больным детям, которые развешивают в банках. Оплачивая собственные кредиты, девушка переводила немного денег и на благотворительные счета. Все знакомые недоумевали: как она, закредитованная по уши, может раздавать деньги неизвестно кому. Но у Ирины была своя точка зрения: небольшие по ее меркам деньги погоды в личном бюджете не сделают. Хотя пять-шесть лет назад суммы в 500-600 тысяч рублей маленькими не называли.

Буквально все решения о помощи чужим детям принимаются на семейном совете. Когда дочери было только пять лет, рассказала ей, что вокруг есть много деток, которым очень нужна помощь. Но если помочь кому-то, то им придется, например, отказаться от покупки игрушки или пропустить поход в кинотеатр. Все сомнения у ребенка исчезли, когда страшный диагноз поставили мальчику, с которым ходили в одну группу в садик.

— Понимаете, если делаешь кому-то что-то хорошее по капельке, и если так делают многие, то в итоге можно море собрать, — убеждена Ирина Сусанина.